Секрет Семерки - Виктор Сапарин

- Скажите, а кто изготовляет их?

- Тот же мастер, который делал и первые два комплекта. Товарищ Бархударян. Вот он.

Худощавый старик с совершенно белой, стриженной под машинку головой и черными бровями держал в руках гладкий, словно покрытый маслом, шар. Казалось, от этого шара становилось светлее в мастерской: так много света разбрасывал он вокруг. На молочно-белой поверхности его четно вырисовывались аккуратные квадратики, и можно было подумать, что это не уменьшенные отражения окон мастерской, крохотные оконца, ведущие вглубь шара.

- Вано, - сказал председатель, - вот тут товарищ приезжий хочет с тобой поговорить.

Рабочий день уже кончился, и Бархударян пригласил Петра Семеновича к себе домой.

В чистой комнатке, заставленной цветами в горшках, с окнами выходящими в палисадник, старый мастер, усадив гостя на почетное место, потчевал его вином местного производства.

- Нигде нет таких штамбовых роз, - говорил он, - как в нашем городе. А посмотрите , какие розы у меня. Как я их вывел? Любовь требуется, чтобы создать что-то стоящее. Если вещь сделана без любви, я сразу почувствую, будь то пуговица или обыкновенная лопата, достаточно взять ее в руки. Когда я вижу тупую булавку или такую, что гнется, как простая проволока, я думаю о том, кто сеет эту тупость и податливость по белу по свету. А вы думаете, чтобы изготовить бильярдный шар, не требуется любви?

Петр Семенович с улыбкой возразил, что нисколько в этом не сомневается.

- Зачем вы улыбаетесь? - с укором произнес старик. - У меня есть внук, его тоже зовут Вано, он учится в ремесленном училище. Так вот знаете, какой случай произошел недавно с этим мальчуганом? Я сделал два комплекта шаров. Как раз в это время приехали ко мне родственники, и я решил показать им свою работу. Принес я домой один комплект, показал гостям и поставил ящик с шарами вот на эту полку. Два дня пролежали шары у меня дома, соседи приходили и удивлялись, а на третий день, когда я собрался их уносить в мастерскую, вдруг смотрю, одного шара нет. Я испугался. А тут входит мой внук Вано, и в руках у него шар.

"Зачем ты взял его без спросу?! - закричал я.

А Вано говорит, что он показывал шары своим товарищам. Работой деда решил похвалиться, сорванец! Ну, и как там у них получилось, не знаю, но только один шар они уронили, он упал на выступ станина, на самый угол, и раскололся. Как вы думаете, что сделал Вано? Он пошел в мастерскую своего училища и изготовил новый шар.

-Где твой шар? - спросил я. - Ты испортил весь комплект. Подай мне свой шар".

"Деду, - говорит Вано и лукаво так смотрит на меня, - вы его найдете сами".

Так что же вы думаете? Я перерыл весь комплект, но не мог отличить его шар от моих шаров.

"Может,быть, ты всю эту историю выдумал?" - говорю я.

Тогда Вано уходит и приносит мне две половинки расколотого шара.

"Поди сюда, - говорю, - я поцелую тебя, Вано. Ту унаследовал от своего деда самое дорогое - любовь к труду". Вот видите, о чем говорит вещь, которую держишь в руках.

- Я и до сих пор не знаю, - добавил, помолчав, старый мастер, - какой же шар сделал Вано.

- А я скажу вам, - сказал Проторенко, слушавший с большим вниманием всю эту историю с шаром. - Это была "семерка" из комплекта, который был послан в гостиницу "Юг". Мне очень хочется узнать, откуда Вано достал пластмассу для шара.

- Ну, в нашем городе нетрудно достать пластмассу. Может, выпросил у мастера в училище. Я его об этом не спрашивал.

- А нельзя ли мне поговорить с Вано?

- Почему же нельзя? Только он, наверное, бегает с мальчишками. ведь он и сам еще мальчик, хотя уже и мастер.

Петру Семеновичу удалось разыскать Вано. мальчик рассказал, что нашел кусок пластмассы в овраге рядом с парком культуры.

Вместе с ватагой ребят Проторенко прочесал овраг, и они нашли еще несколько обломков того "камня", что ударился когда-то о бронзовую статую купальщицы.

Проторенко сложил собранные обломки. К его удивлению, они напоминали огромную пулю, грубо сделанную не из металла, а из какого-то вещества вроде слоновой кости. Только несколько кусков так и не удалось разыскать.

- А ну-ка, ребята, - скомандовал он, - пошарьте еще, да еще хорошенько!

Вскоре ребята принесли письмо в капсуле от фотопленки, которая, по-видимому, была заложена в корпус снаряда.

* * *

Вскоре Проторенко докладывал Свиридову о результатах поездки. Перед ним на белом столе в лаборатории лежали куски ракеты, найденной в овраге.

Сергей Иванович внимательного прочел письмо.

"На всякий случай повторяем всю историю еще раз, - начиналось письмо, так как не уверены, дошла ли по адресу первая ракета."

Из письма было видно, что оно послано геолого-разведочной экспедицией, которая работает в горах, в глухих, малообследованных местах. Следу рудных залежей привели исследователей к глубокой пропасти, и разведчики отважились спуститься с помощью каната вниз. Они достигли дна пропасти в общем благополучно, но при этом разбили рацию. Теперь у них было единственное средство для связи с внешним миром - уцелевшая почтовая ракета, которую они отправили из Каменной пропасти посредством ракетной установки. послали без точного прицела в сторону ближайшего населенного района, полагая, что, в чьи бы руки она ни попала, советские люди, конечно, перешлют ее по адресу. Однако то ли потому, что геологи забились в такую тараканью щель, окруженную лесом, что обнаружить их с вертолета было трудно, то ли потому, что в письме были неточно названы координаты Каменной пропасти, но до сих пор никто не пришел на помощь экспедиции.

За эти дни в каменной пропасти было сделано много ценных находок. Особый интерес у геологов вызвал камень цвета слоновой кости: он легко поддавался обработке, а при ударе о твердую скалу отскакивал, точно резиновый. Это и навело работников экспедиции на мысль изготовить из этого камня снаряд и послать с ним еще одно письмо.

- Так, - сказал Сергей Иванович, - нужно немедленно заказать телефонный разговор с Москвой. Не зря вы так настойчиво искали след "семерки"!

Через час все заинтересованные организации были извещены о находке. Оказалось, что после получения посылки с первой ракетой в район Каменной пропасти с ближайшего аэродрома уже вылетел вертолет. Второе письмо облегчило поиски экспедиции.

Свиридов получил разрешение оставить часть ракеты для исследования в своей лаборатории.

- Обо всяких камнях слыхал, - сказал он Петру Семеновичу, - и о таких, которые похожи на тряпку, и о заменяющих мыло, и даже о съедобных, а вот о прыгучем камне узнаю впервые. Ну что же, Петр Семенович, за работу!

Испытание

Автомобиль нежно-кремового цвета описал круг по двору и въехал на помост, обрывающийся наподобие лыжного трамплина. Промчавшись по помосту, он с разгону пролетел в воздухе метров десять.