Лекарство от всего - Северна Парк

Мария показала Н'Ликли и водителю-мексиканцу где они могут улечься спать, а потом сошла к Зоне С, чтобы получше разглядеть Лекарство-От-Всего.

Коттеджи заповедника Шингу нельзя, конечно, сравнивать с отелем, но для спасающихся бегством племен плетеные навесы, чистая вода и очаги были пятизвездочными удовольствиями. Изгороди отделяли зоны коттеджей друг от друга. Межплеменные конфликты прекрасно существуют в эпоху бульдозеров и нарезных винтовок.

Мария миновала охранника, который прищурился на нее, а потом махнул рукой, пропуская. Ближе к Зоне С она с удивлением наткнулась на второго охранника. Низкорослый парень - она догадалась, что это водитель грузовика скроенный, словно валун, и слишком плотный для своей форменной куртки с надписью "Хиллер".

Его глаза расширились при виде Марии, и он перекрестился. "Вам нельзя сюда входить".

"Я работаю здесь", огрызнулась Мария.

"Все спят", сказал охранник, но Мария сделала еще шаг к нему, позволяя хорошо взглянуть в свое бледное, как у призрака, лицо, и его решимость, похоже, испарилась. "Микробы", сказал он. "Вы можете их заразить".

"У меня есть все нужные прививки", огрызнулась она, продолжая шагать.

x x x

Они не спали. Было слишком темно, чтобы различить подробности, но из своего тайника в тени дерева Мария видела семь-восемь человек, сидящих у ближайшего костра и разговаривающих друг с другом. Никаких отличий от сотен других принимаемых индейцев. Измученные маленькие дети спроважены под навесы. Взрослые останутся бдить неизвестные опасности вплоть до самого рассвета.

Мария, невидимая, пригнулась в листьях и слушала. Пятьсот лет изолированного существования популяции может означать неведомый диалект. Она сможет разобрать слово-другое. Но доказательство проекта Хиллера может оказаться в том, что она услышит, но не поймет. До конца ночи у нее есть время решить, не лжет ли Н'Ликли, и если она решит, что он лжет, то утром все как есть расскажет Хорасу. Она назовет ему точное название своей призрачности и расскажет, что именно пообещал ей Н'Ликли. Хорас должен понять.

Она сощурилась в голубоватый дымок костра. Тон разговора вокруг огня повышался, переходя в спор. Молодой мужчина делал широкие, гневные жесты. Что-то сверкало в его ухе, яркое, рубиново красное, и Марии показалось, что она различила слово на тупи-гуарани, означающее пленников.

Напротив него удивительно старая женщина тыкала тростью утрамбованную глину. Костер освещал ее почти нагое тело - высохшие груди и жилистые мускулы - раскрашенное здесь и там желтыми полосами. И в ее ухе тоже отсвечивало красным.

Старуха еще сильнее ткнула тростью, подняв тучи пыли. Пламя подпрыгнуло, на мгновение дав Марии увидеть полдесятка старейшин с заплетенными волосами и в перьях, в ушных раковинах у каждого сверкал рубиновый огонек. Их древние лица фокусировались на несогласном молодом человеке. А тот закричал, испустив стаккато гортанных высоких звуков, из всех известных Марии языков бассейна Амазонки наиболее близких к китайской опере. Старуха обеими руками сделала явственный отпускающий жест. Сочувственный. Молодой человек вскочил на ноги и зашагал прочь. Старейшины смотрели, как он уходит. Старуху освещал костер, никто не произносил ни слова.

В темноте, окруженная москитами и густой, влажной жарой, Мария выпрямилась из своего неудобного положения. Жуки заползли в ее носки. Левую ногу свела судорога, она сдерживала дыхание, но чувствовала, как меняется ее тело. Она становится прочнее и ярче, чем прежде. Ее жизнь в качестве призрака закончилась. Прямо здесь. На этом самом месте. Ее невидимость и ее изоляция. Ее старательно не зачатые, со сросшимися пальцами, дети-мутанты, прятавшиеся в ее снах так много лет, плыли вокруг нее, рассеиваясь, словно дым, и Мария ощущала деревья, почву, насекомых, ночных птиц - все вокруг полным жизни и надежды, положительного возрождения - в первый раз в своей жизни.

Она встала на ноги, шатаясь от оптимизма, повернулась и увидела его.

Он смотрел на нее так же, как смотрели все. Она взглянула в ответ на широко поставленные глаза и честный рот. Лицо, раскрашенное желтым, и яркие перья попугая-макао. Рубиновая серьга в ухе вовсе не была украшением, а крошечным цифровым устройством, помигивающее комбинациями цифр, шевелящихся в такт дыханию. Она пыталась сказать себе, что он не тот, о котором говорил Н'Ликли. Что это не лицо и не гибкое тело Лекарства-От-Всего.

Но это был он.

Мои микробы, подумала она и сделала нетвердый шаг назад.

Он подошел к ней и сказал на сдавленном португальском: "Ты видела, как я говорю. Ты слышала меня".

Она кивнула.

Он выдохнул через зубы: "Пожалуйста, увези меня отсюда, Джамарикума."

Еще одно слово с древними корнями из тупи-гуарани. Джамарикума: мать мощных женских духов.

Она повернулась и побежала.

x x x

Она направилась повидаться с Н'Ликли . Забарабанила в его дверь и разбудила его.

"Куда в действительности вы их везете?", спросила она. "В Шавантине нет ничего, кроме пары разорившихся каучуковых плантаций."

Он сгорбился на краешке кровати, прикрываясь простыней. "У "Интернейшнл Фармацевтикл" там предприятие".

"Эти люди знают, что вы... что вы их попросту доите?"

Он состроил извиняющуюся гримасу. "Мы объяснили, в чем именно мы от них нуждаемся, и они это обсудили. Они все понимают о дамбе. Они знают, почему не могут оставаться в Ипиранге."

"Почему они тогда думают, что станут пленниками?"

Н'Ликли сел прямее. "Послушайте. Они не пленные. Нескольким не нравится сама идея, но мы не увозим их против воли. Мы находимся в контакте с ними почти десять лет. Мы даже объяснили про заповедник Шингу и про вашу программу ассимиляции. Они не желают иметь с ней ничего общего. Они не хотят оказаться разделенными".

"Мы не разделяем семьи".

"Разве вы сможете переместить целое племя - восемьсот семьдесят четыре человека - в приятное предместье города Бразилиа?"

"Но здесь всего лишь..."

"Это последняя группа", сказал он. "Мы перевозим их в Шавантину уже почти месяц."

Она уселась на единственный в комнате стул. "И я даже не смогу их опросить, чтобы удостовериться, правда ли то, что вы говорите."

Он снова пожал плечами.

Она сделала вдох. "Так что вы мне предлагаете делать? Ждать, пока "ИФ" не объявит о лекарстве от Люкноу?"

Н'Ликли поскреб подбородок. "Вам не надо излечиваться от синдрома, чтобы иметь нормальных детей. Вам просто нужен правильный отец."

Мария пристально смотрела на него.

Он опустил глаза на пол. "Мы берем не только пробы крови. Я могу послать вам кое-что через пару недель. Оно будет заморожено и вам надо будет им правильно воспользоваться. Я пришлю инструкции..."