Милые домашние зверюшки - Нил Барретт

Грил рысцой пересек фойе с широкой улыбкой на безволосом голубом лице.

- Рад, что ты не унываешь, - сказал я. - Может, тебе стоило посетить наших друзей наверху? Грил засмеялся.

- Скорее всего, это вообще ни к чему, шеф. Ребята считают, что мы поймаем скедзитов к утру.

- А что, есть трофеи? Грил поднял вверх палец.

- Один. Скорно поднял пепельницу на десятом, и она чуть не откусила ему руку.

Он кивнул в сторону стола, мы с Олли опасливо приблизились. Он пододвинул мне коробку.

- Когда Скорно его поймал, он не успел еще полностью измениться. Смотрите, что он пытался сделать.

В коробке лежал мертвый скедзит, однако скедзитом он был лишь на одну четверть. Последним, к чему он прикоснулся, была рука Скорно. Следуя слепому инстинкту, он воспроизвел голубую безволосую руку фензийца почти до локтя, но после у него либо не хватило строительной ткани, либо он умер.

Теперь, мертвый, он медленно приобретал свою естественную форму. Та часть, которую мы видели, походила на огромную гусеницу с короткими фигурными ножками. Словом, очень уязвимое животное, которое, чтобы выжить, научилось мастерски менять наружность. Мягкотелое и неповоротливое, оно легко могло стать добычей любого врага, тем более что было оно яркого, почти фосфоресцирующего оранжевого цвета.

- Ну что, парень, видишь, с кем мы боремся? Глаза Олли приклеились к ящику, и его лицо приобрело синеватый оттенок.

- Они могут ... приспособиться ко всему?

- Нет, - сказал Грил, - у них есть свои ограничения: Конечно, они способны имитировать почти все, но не могут быстро трансформироваться при сильной гравитации или, к примеру, в метановой атмосфере.

- По крайней мере первых два-три поколения, - добавил я рассудительно. Грил кивнул.

- Дело в том, Олли, что эти создания уже привыкли к атмосфере таких планет, как Стентор и Земля. И если они выберутся наружу...

- Это можно будет сравнить разве что с эпидемией чумы, - добавил я.

Думаю, Олли только сейчас оценил всю серьезность ситуации. В его глазах мелькнуло отчаяние, когда до него дошло, что он наделал.

- Мистер Дункан, я виноват, и ... и... -Он дрожал как осиновый лист. Давайте обратимся в полицию.

Я твердо покачал головой.

- Только этого нам сейчас не хватает. Федерация установит в гостинице карантин, потревожит несколько тысяч гостей, и начнется такой шум, что проснутся все сони аж до созвездия Андромеды.

- Не говоря уже о том, - добавил Грил, - что каждый скедзит в гостинице сможет легко выбраться отсюда в кармане полисмена.

- Правильно. Ладно, сами справимся. Бывало и хуже.

На лице Олли было написано сомнение. Но ведь я говорил: парню многое предстоит узнать о гостиничном деле.

Скедзиты рыскали по гостинице с трех часов ночи. К пяти утра мы убили восемь штук, и у пятерых моих ребят были перебинтованы руки.

Это не дело, касаться всех предметов, чтобы узнать, цапнут они тебя или нет. Причем неясно, как определить, когда мы истребим их всех. Скедзиты появились в виде четырех сумок стенториан, но было не известно, сколько их изображало одну сумку. А стенториане помогать не хотели.

Я позвал Грила и Олли с целью выработать стратегию. Олли плюхнулся в кресло и погрузился в раздумья. Да и Грила покинул его неистребимый оптимизм. Он доложил, что теперь мои ребята тыкали в предметы палками, но это не приносило никаких результатов.

- Нам нужна система, - пожаловался Грил.

- Да, нам нужна система, - эхом отозвался Олли.

Я встал и принялся расхаживать по комнате.

- Давайте будем размышлять логически, - сказал я. - Наша задача избавиться от скедзитов, так?

- Так, - хором ответили Грил и Олли.

- Хорошо. Чтобы ликвидировать, надо увидеть. То есть "увидеть" не торшер, а животное.

- Или поймать во время трансформации, - добавил Грил.

- Именно. - Где-то в глубине моего сознания рождалась идея. Я продолжал говорить, пытаясь на ходу сформулировать ее.

- Тогда проблема в следующем. Надо заставить их принять форму того, в чем мы наверняка узнаем скедзита.

Грил просветлел и выпрямился.

- Вы имеете в виду заставить их принять форму такого предмета, который у нас один-единственный?

- Что-то в этом роде. Только это значит, что нам придется изолировать скедзитов на ограниченном пространстве, и даже если нам удастся это сделать, нелегко будет убрать оттуда все остальные предметы. А это значит, что снова придется тыкать палкой. Помните: им так же легко распластаться по стене или потолку, как и прикинуться пепельницей или диванной подушкой. - Лицо Грила изобразило мину разочарования.

- Нет, общую идею ты понял правильно, - успокоил его я. - Правда, все это можно сделать быстрее и надежнее.

Грил внезапно оглянулся, я за ним, и мы увидели, как Скорно, наша первая жертва скедзитов, выходил из лифта, держа в забинтованой руке здоровенную дубину, а в другой окровавленный коврик. Он подошел к нам, ухмыляясь, и швырнул коврик на пол.

- Еще три, шеф, - сказал он.

Я наклонился, чтобы рассмотреть повнимательнее его добычу. На этот раз три скедзита сплелись вместе, прикинувшись ковриком. Работа, близкая к совершенству. Они ошиблись только в одном. Проходя мимо этого ковра по пятьдесят раз на дню, Скорно знал, что он должен быть вдвое меньше.

Что-то мне в этом не понравилось. Я спросил, сколько времени, по его мнению, требовалось скедзиту, чтобы изменить форму.

- Где-то полсекунды, - ответил Скорно. - Но я думаю, это зависит от того, что они имитируют.

- Например?

- Ну, на плоскости, например, на стене, они действуют быстрее.

- Ты имеешь в виду, - спросил я, - когда они имитируют что-то более сложное, это занимает больше времени? - Скорно покачал головой.

- Если бы это было так! Так бывает лишь в первый раз. Потом они запоминают образ и укладываются в те же полсекунды.

- Черт возьми! - не сдержался я. - Но ведь это, считай, почти мгновенно! Скорно беспомощно развел руками.

- Да, шеф. Поэтому мы и ловим только одного из десяти.

- Ладно, - сказал я твердо. - Нечего хныкать. У меня есть одна идейка, которая может спасти остатки имущества "Интергалактики". Если уж мы превратили отель в полигон, то надо хотя бы видеть, во что вы палите низковольтными разрядами.

Просмотрев с Грилом и Скорно план этажа, мы выбрали место, где скедзиты были особо несносны. Затем я послал Грила отгородить другие "оккупированные" этажи, а Скорно приказал направить "войска" в зал гуманоидов. Я выбрал зал гуманоидов по двум причинам: там много скедзитов и мало мебели. Взяв Олли с собой, я спустился на восьмой этаж.

Не раз я уже благодарил судьбу за то, что у нас такие строгие меры безопасности в лифтах. Куда бы скедзиты ни подались, я был твердо уверен, что им не забраться в комнаты гостей. По одной простой причине. Как правило, в гостинице одновременно находятся около тридцати тысяч гостей, то есть от пяти до пятнадцати тысяч различных рас, каждая из которых требует индивидуального подхода. В четвертом квадранте у меня проживают денебийские ледяные черви при температуре 200 градусов по Фаренгейту, а в "соседнем номере" крепко спит в кипящей ртути колония калистанских фероидов. И никаких проблем. Мы можем создавать 1240 различных атмосфер с бесчисленными вариациями плотности, температуры и освещения. Настоящая проблема в социологии, а не в механике. Вражда, существующая между отдельными расами, так же стара, как и сама галактика. Грубо говоря, некоторые из этих типов так давно ненавидят друг друга, что уже миллион лет назад забыли, что явилось причиной их ссоры.