Путешествие на Луну - Жорж Ле Фор

— Пожалуйте! — проговорил граф.

Леночка вошла внутрь вагона-гранаты. За нею, сгорая от нетерпения, поспешил Михаил Васильевич.

Внутренность снаряда походила на футляр для драгоценностей. Обои из толстой шелковой материи, пушистый ковер, покрывавший пол, поднятый на рессорах, — мягкий диван вокруг стены, изящная люстра в четыре лампы, привешенная к потолку, — все это делало вагон-гранату очень уютным внутри. С четырёх сторон в стенках гранаты были прорезаны четыре полупортика с окнами, позволявшими пассажирам вагона видеть все, что происходит снаружи.

— Меблировка еще не окончена, — заметил Гонтран, читавший на лице Михаила Васильевича полнейшее удовлетворение, — столяр еще не доставил единственную мебель, которая будет украшать это помещение, — нечто вроде шкафа-буфета, наверху которого будет библиотека, в середине выдвижная конторка, под нею туалет, а внизу ящики для платья.

— Браво! — воскликнул профессор, — я совсем упустил из виду эти мелочи, а между тем они очень важны.

— Часть изобретения этого шкафа должна быть всецело приписана моему другу, — скромно заметил молодой дипломат.

Г-н Сломка по без некоторой досады прошептал на ухо Елене:

— Право, это слишком… Ведь только этот шкаф и принадлежит Гонтрану, а все остальное мне…

— О, господин Сломка! — умоляющим тоном отвечала девушка, — так как счастье вашего друга зависит от этого, то пожертвуйте немного своим самолюбием!

— Немного? Да я только и делаю, что жертвую им, даже более, — я его топчу… Ей Богу, топчу… Нельзя просить у меня большего…

И г-н Сломка сквозь зубы проворчал что-то, чего не могла расслышать Елена, а если бы расслышала, то это далеко бы ей не польстило: как всегда, инженер проклинал всех женщин земного шара.

Михаил Васильевич, услыхав шепот за своей спиной, быстро обернулся.

— Что там такое? — подозрительно спросил он.

— Да вот, m-lle Елена спрашивала меня насчет верхней части гранаты, — развязно отвечал инженер, — и я говорю, что туда можно подняться по этой лестнице. Там три комнаты, каждая с окном: одна будет служить кухней, другая лабораторией, третья кладовой для кислорода, спирта и других запасов, которые мы возьмем с собою.

— Я вижу, — обратился старый учёный к Гонтрану, — что вы исполнили в точности эту часть моего плана.

— Да, она показалась мне вполне удовлетворительной, — важно отвечал граф.

Смотря на своего жениха, Леночка должна была призвать на помощь всю силу воли, чтобы не расхохотаться.

— Господин Сломка, — сказала она, обращаясь к инженеру, — вы сейчас упомянули о кухне… Как же мы будем в ней готовить кушанье?

— Очень просто: мы возьмем с собою батарею Трувэ[5].

— Да, да, Трувэ, — авторитетно подтвердил Гонтран, — вы знаете, дорогая Елена? — Это изобретатель кастрюль нового образца…

Жесточайший приступ кашля, внезапно приключившийся у Вячеслава, заглушил голос его приятеля. В то же время молодой инженер сильно наступил на ногу Гонтрана, чтобы заставить его замолчать.

— Мы возьмем с собою, — повторил Сломка, когда кашель прошел, — электрическую батарею Трувэ в двенадцать элементов, с таким запасом необходимых веществ, чтобы заставить батарею действовать в продолжении 240 часов, или десяти суток без перерыва. Ток, развиваемый элементами, будет служить для освещения люстры и ламп в каждой из комнат верхнего этажа. Что касается ночей, то мы будем отапливать их спиртом, который, сгорая, дает сильный жар, не производит дыма и не портит воздух.

Молодая девушка захлопала руками.

— Браво! браво! — вскричала она, — со своей стороны обещаюсь быть искусной кухаркой и готовить вам, господа, вкусные кушанья.

Гонтран покачал головою.

— Как? — притворно обиженным голосом произнесла Леночка, — вы сомневаетесь в моем искусстве?

— Сохрани Бог!.. Но прежде, чем думать этом, что мы будем кушать, надо подумать о том, чем мы будем дышать… Не буду скрывать от вас, дорогой Михаил Васильевич, что этот вопрос меня сильно беспокоит, так как в вашем плане нет на него никакого намека.

РАЗРЕЗ ВАГОНА-ГРАНАТЫ.

A — лабораторная печь. B — электрическая батарея Трувэ. CCC — свернутые и привязанные к стенам гамаки. D — полки с химическими приборами. E — помещение для бутылей с жидким кислородом. FFF — помещение для припасов. K — электрическая люстра. L — выдвижная конторка. M — библиотека. N — туалет и комод для платья. O — кухня. R — резервуар для сгущённого воздуха. T — диван. YYY — окна.

— Вероятно, — вмешался молодой инженер, — м-р Осиповтдумает искусственно добывать кислород для дыхания из бертолетовой соли и перекиси марганца?

Профессор сделал энергический жест отрицания.

— Ни за что в свете, — отвечал он, — ведь для добывания кислорода из этой смеси ее нужно сильно нагревать.

И Михаил Васильевич посмотрел на Гонтрана, приглашая его догадаться.

— Ах, знаю! — воскликнул ех-дипломат, которому Сломка успел шепнуть несколько слов, — вы хотите применить способ Тесье дю Мотай?

Старик с многозначительной улыбкой снова отрицательно покачал головою.

— Нет, я вовсе не хочу прибегать к химии.

— Тогда… тогда вы, значит, открыли новый способ?

— Не я, а ваши же соотечественники, Рауль Пиктэ и Кальетэ, которые нашли возможность сгущать в жидкость кислород и водород. По их примеру, и я прибегну к низкой температуре и сильному давлению, и сделаю запас жидкого кислорода. Собственно говоря, я мог бы даже сгустить последний в твердое тело и взять его с собою в виде плиток, но я предпочитаю запастись этой необходимой частью воздуха в жидком виде, в стальных бутылях.

— Но знаете ли, ведь его нужно большое количество? — сказал Сломка, немного обеспокоенный.

— Не беспокойтесь, любезный друг, я уже вычислил, что один литр жидкого кислорода даст нам пятнадцать кубических метров, или пятнадцать тысяч литров живительного газа. Сто литров взять с собою будет за глаза: ведь в сутки все мы истратим не более одного литра, считая по 150 литров газа на каждого из нас в час.

— Но подумали ли вы о том, что воздух в дороге будет портиться? — спросил инженер.

— Для этого я употреблю едкий кали, который будет поглощать всю выделяемую нашими легкими углекислоту; кроме того, я намерен устроить в нашем вагоне энергичную вентиляцию… Что вы об этом думаете, граф?

— Я думаю, — авторитетно отвечал молодой человек, — что вы позаботились обо всем.

С этими словами Гонтран крепко пожал руку старого ученого. Леночка, бросив последний взгляд на внутренность вагона, собиралась уже выйти из него, как вдруг лестница, приставленная снаружи к дверце, привлекла ее внимание.

— На какой высоте находится этот пол над дном гранаты? — спросила она Сломку, стукая зонтиком, но ковру.

— На высоте одного метра.

— А что там внутри, между полом и дном?

— Сжатый воздух, который при вылете снаряда