Темпус - Дмитрий Шмелев

Больно, больно, БОЛЬНО!!!

— Придержи! — раздался зычный окрик. — Он пока живой нужен.

Грузно переваливаясь, откуда-то сбоку к хозяину тела вышел верзила бандитской наружности. Спереди и справа, из-за камней, вышло еще трое. Как минимум еще один сзади. С перебитыми руками, да не соображающей от слияния головой — без шансов. Подкараулили, суки. Подловили на том, что адаптироваться от тьмы к свету не успел. Засада была явно спланирована заранее.

Мне показалось, или он действительно сказал "пока живой"?

Верзила довольно ухмыльнулся, подтверждая мои мысли. Кажется, это главарь — все держатся строго за ним. Шрам через все лицо наискось, перевязь с ножнами за спиной, потрепанная и неоднократно латанная одежка, легкая кожаная броня.

— Попался, крысеныш? Думал мы за тобой сквозь катакомбы полезем? — он презрительно сплюнул, оскалившись во весь рот. — Наивный щенок.

Главарь, беззлобно ударив носителя под дых, порылся у в его поясной сумке и вытащил на свет небольшой рубин в золотой оправе.

— Не ожидал, да?

На камне был искусно выгравировал глаз, переливающийся багровыми тонами и из-за смены оттенков казавшийся почти живым.

— Kavel'lashiktesh! — сквозь зубы выдохнул хозяин нашего тела. Поглощенный призрак такого языка не знал. Черт побери, может уши действительно острые? Как жаль, что их сейчас будут отрезать.

— Именно. — глумливо заухмылялся верзила. — От самого дома следили, спасибо твоей маменьке. Как в подземье сунулся — не пошли следом. Обошли, да у выхода засаду устроили. И черта бы с два ты нас обнаружил — "глушилку" дала, не пожалела.

Побегать, конечно, пришлось — не знали, с какой именно стороны тебя ждать. Но затем… Выход в этой части гор всего один. Что ноги бить, когда птичка сама в клетку летит. Скоро и сестренки твоей черед, только она так легко не отделается. Негоже ее сразу убивать, да, парни?

Банда радостно загоготала, предвкушая мучения очередной жертвы. Как жаль, что мой второй носитель оказался ничуть не удачливей первого. Где это видано, чтобы мама сыну следящее устройство подбрасывала, да головорезов по следу отправляла снабжая их средствами маскировки? Походу проблемы в семье у парня нешуточные.

Хозяин тела при упоминании сестры яростно задергался, но тщетно — с передавленным горлом и простреленными руками особо не повоюешь. Крепко же я его подставил, вселившись в тело и притупив скорость реакции…

Один из бандитов, подойдя к главарю, протянул тому предмет, отдаленно похожий на охотничий рожок. Лицо верзилы покрылось морщинами, выказывая титаническую работу мысли. Послышалось невнятно бурчание:

— Га…Как там она сказала? Кровью наполнить, за цепь дернуть… К голове… А, нет. К сердцу приложить, крышкой закрыть. Или не так?

Наконец, решившись, головорез перешел к действиям.

— Держите его!

Сзади тут же потянули за руки, чуть ли не до хруста выворачивая суставы. Хозяин тела застонал от нестерпимой боли и едва не потерял сознание. Выходит, сзади трое.

— Да не так, идиоты! — поморщился верзила и рявкнул: — Кистями вперед! Откуда я по вашему кровь сцеживать буду?!

Сзади тут же исправились, на всякий случай передавив горло еще сильнее. Носитель засипел и начал безвольно обвисать. Не обращая на это внимания, главарь полоснул ножом по подставленным запястьям и начал собирать закапавшую юшку в рожок. Нужное количество накопилось довольно быстро и верзила, не мешкая, перешел к заключительной части.

Дернув за цепочку с краю, он приставил артефакт (а что еще это могло быть?) к груди носителя точно напротив сердца. Поначалу ничего не происходило и я уж было подумал, что все обошлось. Наивный. Рожок внезапно ожил и, зашумев точно так же, золотой диск, явил миру сероватую воронку, которая начала затягивать в себя личностную матрицу носителя. Меня почему-то не тронуло. Необычные ощущения. Как будто из работающей машины на ходу вытащили ключ — тело начало оседать на землю, сломанной куклой повиснув на руках у бандитов.

Тлять!

Попытки всосаться в артефакт вместе с носителем успеха не принесли — я будто натыкался на невидимую стену. Точно! Это же магия на крови, а моей в рожке нету.

От отчаяния я схватился за последний кусок "души" носителя, исчезающий в воронке, и потянул на себя. Получилось на удивление легко. Перетягивание каната длилось почти минуту с переменным успехом, пока артефакту не надоело со мной тягаться. Резко сузив воронку, рожок попросту разорвал матрицу носителя на две неравные части: себе побольше, мне поменьше. Я победно воскликнул и потряс в воздухе своим куском — знай наших! Бедный, бедный хозяин тела — это, должно быть, очень больно.

Шум стих, и раструб рожка захлопнулся крышкой. Глаза носителя закатились, а картинка смазалась, как на неисправном телевизоре. Главарь удовлетворенно кивнул и, вручив артефакт помощнику, принялся обшаривать практически бездыханную жертву.

— Интересно, зачем ей этот рог? — задумался один из головорезов, снимая с трупа сапоги.

— Поисковые заклятия найти щенка не смогут. — пояснил довольный главарь. — Даже некромант не поможет, а его нанимать обязательно будут — щенок ведь не абы-кто. А раз ни живого, ни мертвого найти нельзя — значит пропал без вести. А раз пропал — то по законам все наследство ее будет. И наше. Осталось только до сестры сопляка добраться — и дело в шляпе.

— Ты гля, чо нашел! — востороженно воскликнул бандит, потроша сумку носителя. — Золотой блин!

Чертов чурбан! Сам ты блин! Ущербный. Положь диск на место!

— Странный он какой-то. — верзила повертел артефакт в руках и с подозрением осмотрел с разных сторон. — Да и хрен с ним. Меняле толкнем по частям, забирай.

Сволочи. Это же была моя последняя надежда выжить! И так из последних сил держусь, мир перед глазами меркнет и расплывается. Не везет тебе, сорок седьмой. Взял, да подставил носителя, дуростью своей заразив, да медлительностью. Без тебя он бы бандитов разнес, как нечего делать. Сидел бы тихо, не пытаясь перехватить управление — выжил бы.

— Оттащить тело обратно, под землю, чтобы гнарры полакомились? — спросил бугай со свернутым носом, закончив мародерствовать.

— И охота тебе возиться? — отмахнулся верзила. — Тут тоже падальщики есть — от него к утру лишь костяк останется. Забираем вещи и сваливаем.

Дальнейшие переговоры я уже не слышал, скатываясь в бессознательное состояние. Картинка перед глазами, сузившись до луча света, грозила вот-вот выключиться.

Сегодня мне определенно не везет.