Огонь на поражение (Атомный шантаж) - Сергей Кутергин

Поднявшись на второй этаж штаба, Гришка махнул рукой своим спутникам:

- Вторая дверь налево, вас ждут,- а сам присел на перила лестницы, рядом с постом дежурного. Сегодня дежурил по штабу Петро, двухметровый украинец, отслуживший в Афганистане два двухгодичных срока. В 83 году он впервые попал туда еще совсем зеленым лейтенантом и, как ни странно, полюбил эту страну. Может быть как раз эта его способность любить и способствовала его быстрой карьере. Командуя взводом, а впоследствие ротой, он старался заботиться о каждом своем солдате, избежать ненужных покойников. И в 85, в начале перестройки вернулся в Советский Союз уже капитаном. Тихая служба оказалась не для него, Петро начал забрасывать начальство рапортами о переводе в Афганистан. Почти два года понадобилось ему, чтобы добиться своего. Правда вместо Кандагара, куда он просил по старой памяти его направить, служить пришлось на севере, неподалеку от Файзабада.

За два года службы он опять дважды подрос в звании. Сперва поменял звание холостого человека на чин мужа, взяв в жены местную учительницу Зульфию, чем вызвал немало споров и драк в офицерской среде. А потом получил и звание майора. Но в 89, всего за два месяца до возвращения в Союз, фортуна начала отворачиваться от него. Сперва МИ-8, в котором он летел, сбили душманы. Чудом он остался жив, с околком под сердцем и переломанными ногами. Год Петро провел без сознания, и еще год заняло реабилитационное лечение. И все это время рядом с ним была Зульфия. Когда он в первый раз пришел в себя в госпитале Бурденко, то сперва не узнал женщину, сидевшую рядом, так его жена исхудала. Сколько он потом не распрашивал ее об этих годах, так она ни разу и не рассказала, как жила без него, как терпела, когда ее обзывали лимитчицей, подстилкой или еще хуже, как забыла про свой диплом с отличием об окончании Кабульского университета и устроилась работать дворником ради квартиры, чтобы быть рядом с мужем.

Осенью девяносто первого года Петро одновременно с выпиской из госпиталя комиссовали из армии по причине инвалидности, и он переехал в маленькую квартирку к жене. Он попытался начать мирную жизнь, но это получалось у него с трудом, не нашлось в этой жизни места для него. Даже положенную ему добавку к пенсии он никак не мог получить от чиновников собеса. На все его бумаги у них был один ответ: "Не мы вас туда посылали". Через полгода хождений по кабинетам Петро, здоровье к которому стало возращаться в результате ежедневных изнурительных тренировок, поднапрягся, да и выкинул в окно одного из таких непосылателей. Ему грозил большой срок за нанесение тяжких телесных повреждений, но тут в его жизни появился Северов. Михаил Александрович тогда только создавал свою организацию и посчитал Петро подходящим человеком. Уж неизвестно, какие маневры пришлось предпринимать Северову, но Петро судили по статье за хулиганство и дали всего пятнадцать суток.

После отсидки Петро забрал Зульфию и они перебрались из негостеприимной Москвы в Казань, где Петро стал работать инструктором по рукопашному бою в охранном агентстве "Поворот". Тогда у "Поворота" еще не было богатых спонсоров, так что основной доход они получали от обучения всех желающих приемам каратэ.

Увлекшись работой, Петро быстро вычеркнул из своей жизни три самых неприятных года. И теперь он снова был жизнерадостным здоровяком, пламенно любящим свою жену и появившихся за годы жизни в Казани троих детей. Вот и сейчас Петро по обыкновению добродушно спросил:

- Гриня, ты чего нос повесил?

- Петро, ты видел этих уродов?

- И их, и хозяина ихнего. Люди, как и все другие.

- Ладно, ты всех людей любишь, но поверь мне - с этими мы еще наплачемся,- Гришка спрыгнул с перил и помчался вниз по лестнице,Увидишь! А я, когда сменюсь - пойду мышцы качать, чтоб, когда придется эти хари бить, не облажаться.

В кабинете же Северова происходил же совсем другой разговор. До прихода шестерок Северов и его гость молча рассматривали друг друга. Но вот скрипнула дверь, впуская троицу, и командир "Поворота" произнес:

- Ну, майор, знакомьте меня с вашими людьми и перейдем к делу.

- Как мы и договорились, имен никаких не будет,- холеный господин, названный "майором", повернулся к двери, указывая на своих людей,- вон тот бородатый - Старший, а эти двое - Средний и Младший, соответственно. Запомните?

- Уж постараюсь. Садитесь, ребятки. И давайте теперь все же перейдем к делу.

"Майор" достал из кармана пакет и протянул его Северову. Тот пробежал глазами письмо, перевел взгляд на посыльного и медленно, неприятным голосом произнес:

- Мальчики, подождите в холле. Наш разговор не будет предназначен для чужих ушей.

Шестерки уставились на своего шефа. Тот немного подумал - и решил, что не стоит злить хозяина, когда ты у него в гостях. Кивком головы он отпустил своих людей, и они скрылись за дверью. Тогда Северов, сдерживавший до этого момента свои эмоции, перегнулся через стол и, потрясая письмом, закричал на своего собеседника:

- Ну и как понимать это дерьмо? Твой генерал совсем мозги в унитаз спустил?

- Эй-эй, не стоит кусать руку, которая тебя кормит! Повежливей про моего генерала.

- Кормит? Как тот поп свою собаку!.. Мои люди два месяца в деталях обрабатывали все части операции. А теперь появились вы со своей цидулькой и думаете, что легко все можно поменять. У меня бригада месяц репетировала захват вагона. Что, эту операцию тоже можно будет подвинуть, майор?

- Послушайте, полковник. Я понимаю все ваше недовольство, но успокойтесь и давайте поговорим, как цивилизованные люди!

- Ну хорошо, было бы интересно, как вы это объясните.

- Полковник, не забывайте, что все, что вам удалось создать, куплено на наши деньги. И та информация, которая содержится в этом письме, обошлась нам тоже в весьма кругленькую сумму.

- Ладно, майор, я успокоился. И даже могу понять вашу позицию. Нет смысла делать вид, что мы добрые друзья. Мы ими никогда не были и никогда не станем. Мои люди никогда не будут сходить с ума от желания обладать кучей денег. И не думаю, чтобы хоть кто-нибудь из людей Немирова пошевелил бы пальцем ради идеи.

- Каждому свое, полковник. После того, как мы расставили все точки над Ё, перейдем к делу. Да, нам удалось сдвинуть время операции. И, если вы подумаете, то поймете, что так всем проще - можно будет провернуть все дело так, чтоб про него никто не узнал. А у вас есть две недели на подготовку.

- Две недели. Вы не понимаете, как это мало! Значит - уже сегодня мне придется выехать в Москву, чтобы начать предварительную фазу. А операцию "Вагон", которая была просто конфеткой, современным вариантом старой детективной загадки о закрытой комнате, придется менять на простую силовую акцию. Я понимаю, вам это все равно, а вот моим людям придется рисковать жизнью. Причем - своей...