Похитители умов - Джоан Холли

- Не надо всегда извиняться, Морган! Я не сказала, что это доставляет мне беспокойство. Я только имела в виду, что ты должен спрятать эти свои чувства, так как это все бесполезно, тщетно и глупо. Ты хотел бы, чтобы наши пути скрестились прямо сейчас. Но я не позволю тебе. Ты - землянин, я риганка, и мы не можем принадлежать друг другу.

- В моем мире любовь преодолевает и не такие преграды каждый день.

- Но я не знаю, что такое любовь. И не хочу знать.

Ее глаза твердо смотрели на него и он опять сел в кресло, смущенный так, как не был никогда до того. В его жизни были ухаживания за женщинами, были и отказы со стороны женщин, но никогда у него не было таких взаимоотношений с женщиной, которая могла читать все его эмоции. До сих пор ни один отказ не был для него таким болезненным. Этот отказ бил сразу и по душе, и по сердцу.

- Чем я ранила тебя? - спросила она искренне, - скажи мне.

- Ты не ранила меня. Это все порождение ночи и того беспокойства и ужаса, которые я пережил, когда ты наказывала Кенда.

- Ну вот, теперь ты говоришь то же, что говорила тебе я. Что мы привлекаем друг друга только потому, что мы очень разные существа. Ладно, я не буду приставать к тебе с расспросами сейчас. Но ты постарайся переключить свои эмоции так, чтобы я поверила тебе. Что касается Кенда, то ты напрасно беспокоишься. Если он не научится твердо придерживаться Закона и будет нарушать его, когда станет взрослым, то он проведет недели, а не минуты, в Черноте. К тому же Чернота для взрослых гораздо страшнее, чем для детей, - у взрослых больше страхов, окружающих их.

Она мило переключилась на другую тему и он должен был последовать за ней, с одной стороны желая такого исхода и, вместе с тем, не желая его. Он знал, что раз он впустил это чувство к себе в душу, он будет все время думать о ней подсознательно. Он был уверен, что может заполучить ее в любое время, если только захочет. Протестуя или нет, но она придет к нему. Эти эмоции уже захватили его и у него не было сил освободиться от них. Ему хотелось, чтобы Кенд уже вернулся в комнату. Он удивлялся, чем мальчик так долго занимается на кухне. Единственное, что он мог сказать Эйрил сейчас, было:

- Пожалуйста, на сегодня уроков достаточно. В мою голову вбито столько сведений об образе жизни риганцев, что мне их хватит до конца моей жизни.

- Теперь мы боремся и ты чувствуешь себя лучше.

- Сражаемся из-за чего? - Это был Джаэль, трущий ладонями глаза, сонный, но все же поднявшийся с постели. - Что происходит? Я слышал крик Кенда и больше никакого шума. Но что-то носится в комнатах - эмоции гораздо большего накала, чем я люблю в середине ночи.

Морган был изумлен. Неужели повышенные эмоции их разговора действительно разбудили Джаэля? Но как?

- То, о чем мы говорили и что мы при этом чувствовали, - это наше личное дело, - сказала ему Эйрил, - ты не должен настраиваться на наши эмоции.

- Но я ничего не мог поделать. Они были слишком громкими.

- Я пытался объяснить Эйрил, что такое любовь. - Морган хотел своим объяснением скрыть свое замешательство. Ее отказ - это было действительно очень личное.

- Опять любовь, - насмешливо произнес Джаэль. - Это слово используется на Земле чаще всех других слов, этим словом очень злоупотребляют. Излишняя трата энергии.

- Спасибо, - коротко кинул в ответ Морган, наконец освободившийся от стесняющих его оков молчания и решившийся наконец ответить Джаэлю. - Счет - плюс один в пользу риганцев и минус один - Земле.

Джаэль сел, не обратив внимания на настроение Моргана.

- Что это должно означать?

- То, что с меня хватит, я устал терпеть твои постоянные оскорбления, насмешки надо мной и моим образом жизни. Я больше не хочу терпеть этого и не буду. Я должен был остановить тебя в первый же день нашего знакомства. Я считаю, что допустил ошибку, позволив тебе зайти так далеко, но больше этого не будет.

9

Наконец Джаэль проснулся, пораженный тем гневом, который на него обрушился. Зато Морган наслаждался произведенным эффектом. Он начинал задание человеком уверенным в себе, знающим свое дело и хорошо обученным, но каждый день, который он проводил с Джаэлем, выслушивая его замечания, низводил его все ниже и ниже, пока он не стал смущающимся, неуверенным в себе и путающимся во всем человеком. Он не мог этого больше терпеть.

- Теперь я собираюсь открыть наш счет сначала, - продолжил Морган. И ты приготовься, потому что я не такой кроткий человек, как ты думаешь. Я никогда таким и не был.

Джаэль уставился на Эйрил, они оба были поражены.

- Ты что-нибудь понимаешь? - спросил он ее.

- И ее с меня достаточно, - перебил их Морган. - Я хочу, чтобы она оставила нас одних. У нас есть что обсудить и настало время это сделать. Эйрил?

Она медленно, с сомнением поднялась, затем пожала плечами и вышла с усмешкой на губах, над смыслом которой он не стал размышлять.

Прежде чем Морган начал говорить дальше, Джаэль спокойно произнес:

- Не мог бы ты сбросить свой эмоциональный накал. Ты слишком больно меня задеваешь.

- А меня теперь это не беспокоит, - ответил Морган. - Наступило время, когда мы должны полностью выяснить наши отношения.

- Ну что ж, делай по-своему.

- Не надо насмешничать надо мной, Джаэль. Я больше этого не позволю.

- Но чего ты ожидаешь от меня?

- Я хочу, чтобы ты сначала ответил на один вопрос. На один простой вопрос. Ты все еще мой напарник, или нет?

- Конечно, я твой напарник! - Джаэль даже покраснел.

- Тогда ответь мне, когда же ты начнешь действовать, делать свою часть работы? Напарники находятся в равном положении. Они уважают друг друга, доверяют друг другу, работают вместе, объединяя свои знания и умение.

- Но мы совершенно разные существа.

- Наверное, слишком разные, - отметил Морган. - Мы могли бы постараться составить Команду. Но вместо этого, ты наносишь мне удары, делаешь из меня посмешище и одновременно преувеличиваешь свои достоинства, постоянно повторяя, какая ты выдающаяся личность. Но это неправда.

- Если это мучило тебя все время, Морган, ты должен был высказать это сразу, а не ждать и выплескивать свои чувства мне в лицо в порыве гнева.

- Я знаю. Но шеф убедил меня, что ты самый важный член нашей Команды, так как ты риганец и знаешь Ригу, а я должен быть с тобой шелковым. Он ошибался. И я ошибся, подчинившись ему. Тебя даже нельзя назвать членом Команды. Ты мешаешь мне на каждом шагу; ты не хочешь объяснять мне вещи, которые очень важно для меня знать, - я начинаю думать, что твое правительство ведет грязную игру, а ты их главный агент, который должен сбить меня со следа.

- Подожди минутку! - Джаэль вскочил. - Я не буду терпеть такое обвинение. Ты не имеешь права, у тебя нет основания бросать мне такое обвинение.