Идеaльный мир - Дим Край

Он улыбнулся. Говорил он мягко, неспеша. В нём чувствовалась твёрдая непоколебимость. Поэтому Лена не могла ему не верить, не смотря на всю необычайность фраз, не совместимую с реальностью. Она не понимала, что думать о нём: о человеке со сверхспособностями? — Но таких людей на свете не существует! Или как об инопланетянине, прибывшего с другой планеты?

— Можно задать тебе вопрос? — спросила она.

— Конечно.

— Кто ты? Ты — человек?

Женя приподнял брови:

— Ух, ты! — смутился он. — Не думал, что сразу сделаешь такой вывод. Но смею заверить тебя. Я — человек. Никакой не инопланетный типизоид или инородная сущность. Я — обычный человек, прямо, как ты. Просто оказался я не в том месте и не в то время.

— Откуда же ты? Тот тип тебя назвал 'французом' — ты из Франции?.. Ты не похож на иностранца, ты не говоришь с акцентом, ведёшь себя как обычный русский парень… Кто же ты?! Расскажи мне правду?

Женя задумчиво вздохнул, понимая, что уйти от ответа у него не получится:

— Это не просто объяснить, дорогая Леночка, — сообщил он. — Я тебе могу всё рассказать. История, правда, долгая — поэтому сейчас смогу только рассказать суть… Но боюсь, что ты мне не поверишь. Потому что нормальный человек воспримет это за исповедь безумного, лишённую логического смысла… Только безумец будет способен меня понять правильно. А нормальный человек рассмеётся и уйдёт прочь…

— Я постараюсь понять тебя правильно, — сказал Лена, усаживаясь рядом к нему и сжав его ладонь. — За последние дни я видела много странностей и готова поверить в любую историю, какой бы нелепой она не была. Лишь бы мне объяснили, наконец, что происходит. И я очень хочу знать кто ты? Как ты здесь оказался?

Женя собрался с мыслями и начал рассказывать. Лена напряжённо слушала и, стараясь ничему не удивляться, запоминала его слова.

— Меня не случайно все называют французом. Я действительно француз, потому что родился во Франции в городе Анси, депортамента Верхняя Савойя. И французский — это мой родной язык. А русский я изучил за первые полгода, как здесь очутился. Тебе Наташа разве не рассказала?.. У меня есть спецспособности для быстрой адаптации к любой местности. Мои настоящие имя и фамилия — Жан Ромо́н. Однако я родился и вырос не в известной тебе по фотографиям и интернет-страничкам Франции, мирно расположившейся в Западной Европе. Я из совершенно другой Франции, совершенно другого мира. Я родился 15 мая 2536 года. Двадцать шестой век, пойми правильно!

— Так ты из будущего? — не удержалась Лена.

— Не совсем из будущего. Я прибыл из другого мира, в каком-то роде параллельного мира, который является точной копией этого мира, но живущий далёким будущим. Звучит странно, не правда ли?.. Но это есть истинная правда. Я — чужой для этого мира… Не по своему желанию я сюда попал. Таков приговор Шимерши. Странное, конечно, наказание — отправить в ссылку на родную Землю, в будущем известную как Гео, но живущей ныне в канувшем 21 веке… Ты не подумай, что я какой-то каторжник и за содеянные преступления отбываю свой срок в исправительном лагере под названием 'Земля, 21 век'. Хотя в какой-то степени, это справедливый приговор для меня. Да и прибыл я сюда не из 26 века, как можно подумать, а из более далёкого будущего, которое вообразить не так просто и назвать это 'будущим' язык не поворачивается. Как-никак 62-ое тысячелетие от рождества Христова по вашему летоисчислению, к которому вы все привыкли. Как мне удалось забраться в такое 'глубокое будущее' из родного 26 века? — это отдельная история, очень длинная, запутанная, и если будет время, я тебе обязательно её расскажу… Мне сейчас должно быть 43 года по биологическому хронометру. Но я могу ошибаться примерно на один год, плюс или минус. Как-то не получилось у меня следить за своим биологическим летоисчислением, к тому же я часто пребывал в креозонных снах — и беспробудно спал по несколько месяцев кряду. Прибавлять ли это к своему биологическому возрасту или нет? — для меня так и не решённая диллема… Выгляжу я, разумеется, гораздо моложе своего истинного возраста. Лет мне можно дать 25, и то с натяжкой. В моём времени старение клеток победить удалось успешно. К тому же практикуются курсы разного рода омолаживания организма… — он прервался на секунду и продолжил торопливо. — Если ты мне всё ещё продолжаешь верить, то я тебе многое готов рассказать 'необычного и странного' о себе. Поверь, в своей жизни я многое повидал, многое совершил как хорошего, так и по большей части плохого. Поэтому занятных историй с интригующими фактами у меня приогромное количество… Но сейчас бы я рекомендовал сходить в баньку, а то жар пропадает…

Глава 5

Младший лейтенант Фёдоров стоял на лестничной клетке и пускал бледные струйки дыма в потолок. Напротив него, в почтительном удалении, отмахивая от себя сигаретный дым, стоял его коллега. Натянув очки, он внимательно рассматривал листки бумаги формата A4, наклонив их к светлому проёму.

— Ну, и что ты думаешь? — спросил Фёдоров собеседника.

— Брехня! Читать не охото… — грубо ответил он. — Ну вот кто так пишет?.. Вот только посмотри 'померещилось в темноте…'

— Да это я писал, — признался Фёдоров.

— А-а, ну тогда ладно… А чё ты хочешь от меня?

Фёдоров усмехнулся. Потушил сигарету. Проговорил:

— Так… ты же знаешь его?

— Кого? Этого что ли придурка? — он указал на листки бумаги.

— Да нет же! Француза, ты должен знать!

— Ах, француза! Так бы и сказал. А то вытащил меня из дома в семь утра, поднял ни свет не заря, ничего не объяснил, и требуешь от меня быстро вникнуть в ситуацию и разобраться в тёмном полубредовом деле? Так, извини меня, я-то тут причём? И причём здесь француз?

— Ты показания-то почитай! — ткнул пальцем в бумагу Федёров. — Там же чёрным по белому написано, вот смотри, сейчас найду…

— Ладно, ладно. Я видел… Но это же полный бред!

— Да какой-то… — лейтенант крутанул ладонью в поисках нужного слова, — 'подозрительный' бред, знаешь ли! Думаешь, мне сейчас легче во всё это вникать, когда меня тут в пять утра подняли?.. Позвонил мне знакомый врач из районной больницы, сообщил, что к ним едет тяжелораненый от ПУЛЕВОГО ранения в ногу!.. Так вот, сон — не сон… а разобраться в деле надо. В нашем районе как шесть недель никто не стрелял. Последним был охотник-садист, который прострелил другому ногу от пьяной зависти. А здесь стреляли не из ружья, а из боевого пистолета!

— Погоди-ка, — остановил его коллеги. — Так я чего-то не врубаюсь… Здесь же написано никакой раны нет!

— В том-то и прикол, Димка, что он божился всем на свете, мамой клялся, что ему ногу прострелили. Он видел пистолет в руках француза, он слышал огушительный выстрел и он чувствовал как пуля прошила ему бедро, раздирая ткани. Он чувствовал эту адскую боль. И он видел как хлещет из бедра фонтаном кровь… Откуда у француза пистолет взлялся?