Рожденная водой - Рейчел Уорд

– Что с… Гарри?

– «Скорая» уже едет.

Папа без конца гладит мне лоб. Про какую «скорую» он говорит? Для меня или для Гарри? Не хочу в больницу.

– Я в норме. – Я пытаюсь сесть.

– Полежи. Отдохни немного.

– Нет. Я прекрасно себя чувствую. И хочу уйти отсюда.

Отец помогает мне сесть.

– Мы можем пойти домой?

– Сначала тебя должны осмотреть. А потом… конечно, пойдем домой. Потерпи немного.

Люди, собравшиеся вокруг меня, переключаются на Гарри. Отец помогает мне подняться.

– Как ты себя чувствуешь?

Если честно, я ощущаю полную отстраненность, словно все происходит с кем-то другим. Смотрю на свои пальцы, сжимаю их в кулаки, потом разжимаю. Это мои руки. Я – в бассейне. У меня случился обморок. И все равно я не чувствую реальности происходящего. Кажется, это сон или фильм.

– Мне надо в душ, – говорю я отцу.

– Только не ходи одна.

– Я пойду с ней, – вызывается седая женщина.

Она довольно толстая, одета в яркий купальный костюм с подобием оборок на бедрах, чтобы скрыть пласты жира, не иначе. Женщина берет меня под руку, и мы выходим из плавательного зала. Джейк наблюдает за нами, точнее – за мной. Лицо у него каменное.

Женщину зовут Ширли. Она помогает мне достать из шкафчика шампунь и полотенце.

– Ты дверь не закрывай. На всякий случай. Вдруг опять станет плохо? Я постою снаружи, так что никто к тебе не войдет, – предлагает она.

Я вхожу в душевую, вешаю полотенце, ставлю на полочку шампунь и включаю душ. Через несколько секунд холодная вода теплеет. Закрываю глаза и подставляю лицо под струи. Откидываю волосы назад и, не открывая глаз, стаскиваю плавательный костюм, бросаю его на пол. Стою под искусственным дождем, пока струи не ослабевают и не исчезают совсем – в целях экономии воды душ оборудован таймером. Снова нажимаю кнопку, поворачиваюсь и приседаю. Пора смыть с себя это тяжелое утро.

Открываю глаза и у двери вижу ноги, преграждающие мне выход. Голые ноги, покрытые следами порезов.

Они прозрачны. Сквозь них видны плитки пола.

Шумно глотаю воздух.

Хочется зажмуриться, но я продолжаю смотреть на ноги. Волосатые, с глубокими шрамами на бледной, прозрачной коже. Поднимаю голову. Мокрые белые боксеры прилипли к телу. Худощавый торс с просвечивающими ребрами. И лицо. Он выше меня и потому смотрит, наклонившись.

Роб.

Остаюсь на корточках и как могу заслоняюсь от него руками, головой, плечами и коленями.

– Ты не должен… Тебе нельзя, – запинаясь, бормочу я.

«Тише».

Он подносит к губам указательный палец.

– Как ты там? – кричит Ширли. – У тебя что-то упало?

– Нормально. Шампунь уронила.

В бассейне Роб читал мои мысли. Попробую и здесь общаться с ним мысленно.

Тебе нельзя здесь находиться.

Эти слова я произношу про себя, стараясь, чтобы они прозвучали весомо. Одновременно пытаюсь сохранять спокойствие.

«Мне здесь нравится».

Нет! Нет. Так нельзя. Пожалуйста, уходи.

«Двумя меньше, – продолжает он. – Двое уже не в счет».

Что?

«Мы сделали это. Работа сделана».

Не понимаю.

«Ты и я. Мы решили твою проблему».

Гарри? Это несчастный случай. Я совсем не хотела, чтобы он бился головой…

«Он получил по заслугам».

Душ снова выключается. Тоненькие струйки текут по моей спине. Вода капает с подбородка на колени. И Роб начинает таять. Дверь за его спиной – пластик с имитацией под дерево – и полотенце на крючке теперь видны отчетливее.

Что за… Куда ты уходишь?

«Ник, нажми кнопку».

Нет. Встретимся в бассейне. Завтра. Я обязательно приду. Обещаю.

«Нажми! Кнопку!»

Он не просит. Приказывает, причем с оттенком угрозы.

Не могу дотянуться до кнопки. Слегка приподнимаюсь, ладонью прикрываю сиськи, локтем – лобок, другую руку протягиваю к кнопке.

Снова хлещет вода, и Роб возвращается.

«Умница».

Хочу поскорее вытереться. Хочу домой.

«Домой. К мамочке и папочке».

Да.

«К Нейше и Карлу».

Конечно же, он знает имена. И все равно мне становится не по себе, когда он их произносит.

«Я по ним соскучился».

Не удивляюсь. Мама была твоей приятельницей. Отец – братом. Семнадцать лет – долгий срок.

«Долгий. Но скоро он закончится».

Что? Как это понимать?

Душ опять выключился.

Роб, мы увидимся завтра?

Он молчит. Просто смотрит на меня. Безжалостный взгляд сверлит мое голое тело.

Дверь душевой приоткрывается на дюйм. Протягиваю руку и закрываю ее.

– Ты уже вымылась? – спрашивает Ширли.

– Почти.

Роб тает в воздухе. Я снова одна в тесном пространстве душевой. Голову я так и не вымыла, но мне все равно. Больше я не нажму душевую кнопку. Сегодня уж точно.

Встаю и заворачиваюсь в полотенце.

Ширли по-прежнему дежурит у двери.

– Ты хорошо себя чувствуешь?

– Да.

То, как я себя чувствую, не описать словами. Но даже если бы я и могла выразить свои ощущения, никому бы о них не рассказала.

– Можно мне быстренько сполоснуться в душе, пока ты одеваешься? – спрашивает Ширли.

– Конечно.

Кто-то приоткрывает дверь раздевалки, и я слышу сирену отъехавшей «скорой». Расстояние приглушило резкий звук, Гарри везут в больницу. Интересно, если машина везет мертвого, она тоже едет с сиреной? Не представляю, как можно остаться в живых, потеряв столько крови.

«Он получил по заслугам».

«Мы сделали это».

«Работа сделана».

Но это же несчастный случай! Да, я толкнула Гарри. Но откуда я могла знать, что он споткнется о канат? Как я могла предвидеть, что он не просто упадет в воду, а ударится головой о край бассейна?

«Мы сделали это».

Роб взялся решать мои проблемы, попросил назвать всех, кто мне чем-либо помешал. И я назвала. Маму, отца и Гарри.

«Двумя меньше. Двое уже не в счет».

Двумя меньше. Значит, он имел в виду и Кристи? Боже! Что я наделала? В какой ад влезла с головой?

Из душевой выходит Ширли.

– Ты еще не одета? – удивляется она. – Может, ты плохо себя чувствуешь?

Мои вещи разбросаны по скамейке. Привычный хаос.

– Нет, все нормально. Просто эта история… немного вышибла меня из колеи.

– Тебе помочь?

– Спасибо, справлюсь сама.

На полном автопилоте вытираюсь и одеваюсь, расчесываю волосы и собираю сумку.

Отец уже возле раздевалки, расхаживает по коридору. Увидев меня, бросается навстречу, забирает сумку и обнимает за плечи.

– Девочка моя, ты как? Едем домой. Я вызвал такси.

– Как ты узнал, что я пошла в бассейн? Тебе тоже прислали сообщение об отмене тренировок?

– Да, прислали. Я его прочитал и снова уснул. Потом проснулся, увидел, что тебя нет, и сразу понял, где искать. Ник, я же знаю тебя с первых дней. Я могу читать свою дочь, как книгу.

– Ты рассердился?

– Сначала – да. Но когда увидел тебя в бассейне и кровь вокруг, у меня сердце остановилось. Весь гнев пропал. Только бы с тобой ничего не случилось. Других мыслей не было.

– Как видишь, со мной ничего не случилось, если не считать… кроме…

– Кроме чего?

– Папа, мне страшно.

Он еще крепче сжимает мое плечо. Я утыкаюсь ему в затылок, он целует мои волосы.

– Мне тоже страшно, но главное – ты в полном порядке. Поехали домой.

Быть может, отец невнимательно слушал. Или не понял, что мой страх никуда не делся. Он и сейчас со мной.

Кажется, у меня появляются те же ощущения, что и у него.

Я боюсь того, что уже натворила и на что способна.

Мне страшно за него и маму.

И за себя тоже неспокойно.

Глава 22

Лежу в постели. Простыни взмокли от пота. Спала ли я? Даже не знаю. Я проснулась, когда в щель между шторами робко пробился рассвет. Наверное, я очнулась вместе с птицами. Воздух в комнате и сейчас душный и тяжелый.

Смотрю на часы. Почти шесть утра. Обычно в это время я уже поднимаюсь, легко завтракаю и иду на тренировку. Но сегодня никуда не пойду, сделаю небольшую паузу в тренировках.

Весь вчерашний день я не могла отделаться от мыслей о Кристи и Гарри. И никак не получалось избавиться от назойливой фразы Роба: «Мы сделали это».

Мобильник подает сигнал. Сообщение от Клайва.

В 8:30 командная встреча в память о Кристи.

Потом тренировка. Ник, можешь подойти на час раньше? Надо поговорить.

Со стоном отбрасываю мобильник.

Легкий стук в дверь, которая сразу же открывается. Входит отец.

– Получил эсэмэску от Клайва, – сообщает он.

– Я тоже. Сегодня мне не хочется идти в бассейн. За пару дней, надеюсь, форму не потеряю.

– У администрации есть к тебе вопросы по поводу вчерашнего. Не волнуйся, я пойду с тобой.