Странная встреча - Николай Введенский

Итак, я сантор Джоэфлория Эн, - начал коротышка после паузы. Он теперь "произносил" слова медленно, и вся его поза выражала покой и благодушие. Да, да, что-то вроде вашего доктора наук, пожалуй. Я всегда был большим оригиналом, иначе идея провести отпуск на вашей странной планете просто не пришла бы мне в голову.

- Вы хотите сказать, что прилетели с другой планеты?! - с изумлением воскликнул Лаврентьев.

- Да, именно это я и хочу сказать, - подтвердил Джоэфлория. Он имел вид человека, который закончил все дела и может позволить себе роскошь немного поболтать. - Материализовавшись неподалеку от этого города, я скоро понял, что необходимо переодеться. В элегантной одежде из пактаута я выглядел настолько странно, что жители оборачивались и смотрели мне вслед.

Да, теперь одно маленькое замечание: я, конечно, стараюсь переводить свои мысли в наиболее понятные для вас термины. Это не всегда удается. Если какое-то слово будет вам непонятно, не обращайте внимания.

Зайдя в один из домов, - продолжил Джоэфлория, - я попросил у хозяина подарить мне модную здесь одежду. Ведь так приятно делать подарки. Это странное существо вытолкало меня за дверь. Но не зря же я умею читать чужие мысли на расстоянии. Через некоторое время я уже знал, что пищу и покровы, именуемые одеждой, здешнее население получает в обмен на бумажные прямоугольники, называемые деньгами. И вот пришлось приобрести это уродливое одеяние. - Джоэфлория с неудовольствием посмотрел на рукав пиджака.

- Позвольте, но у вас же не было денег, - заметил Лаврентьев. Он пытался логически мыслить, хотя и был ошарашен столь странным оборотом событий.

- Я внушил продавцу, что уплатил требуемую сумму, - продолжал Джоэфлория. - Это было несложно.

Лаврентьев больше не сомневался, что все это правда...

- Не хотите ли попить чайку?

- Я благодарен, но это только осложнит трансфокацию. Как хорошо, что трансфокатор сейчас рядом со мной. - И он посмотрел на чемодан, принесенный из камеры хранения. - Теперь можно не волноваться. Вы оказали мне большую услугу. Я бы мог сам съездить за ним, но боялся, что это вызовет ненужные волнения. На вокзале ко мне уже подходил представитель власти и требовал некий паспорт. Я не знал, что это такое, и был вынужден прибегнуть к гипнозу.

Лаврентьева мучило любопытство: во-первых, не терпелось узнать, откуда прибыл пришелец, но он боялся, что его вопрос прозвучит невпопад.

- Я с четвертой планеты вашей системы. На Земле ее именуют Марсом, ответил Джоэфлория на его мысли.

- Как же так? Ведь ученые считают, что там нет разумных существ! чистосердечно воскликнул Лаврентьев.

- А мы давно знали о жизни на Земле и даже имели возможность неплохо ее изучить.

- Но каким образом?!

- Несколько наших автоматических станций - некоторые из них, кстати сказать, были замечены с Земли и получили название в вашей прессе "летающие тарелки" - были запущены на околоземную орбиту. В последнее время в целях безопасности им стали придавать вид ваших искусственных спутников. Иногда они снижались к самой Земле, но основное назначение этих станций - перехват и ретрансляция на Марс ваших теле- и радиопрограмм.

- Я не могу опомниться от изумления, - пробормотал Лаврентьев. - Но если все это так, то я не понимаю одного, почему до сих пор ваша цивилизация не вступила в контакт с земной?

- На данном этапе такой контакт невозможен. Сейчас постараюсь это объяснить - правда, времени у меня немного. Итак, встреча двух различных цивилизаций предполагает прежде всего обмен информацией. Новая научная информация вызовет ускоренный скачок в развитии науки и техники, но использована на благо общества она может быть только в том случае, если это общество имеет единую цель и идет по пути прогресса. Согласитесь, что, когда оно расколото на два враждебных лагеря, один из которых пытается спасти свой отживающий общественный строй любой ценой, военное столкновение между ними во многом предотвращает боязнь ответного удара, который способен свести на нет почти все преимущества напавшей стороны. Одинаковое развитие науки и техники предполагает равенство военных сил. В такой обстановке приток информации извне может вызвать скачок в развитии науки только в одном лагере. Если власть в нем принадлежит народу, то, разумеется, поступившие сведения будут использованы в мирных целях, но где гарантия того, что они не просочатся в другую систему, которая займется военным их применением.

Теперь вы, надеюсь, понимаете, почему до сих пор мы не прилетали на Землю открыто? Кроме того, есть и другая причина. О ней я сообщу позже.

Мы на Марсе, - продолжал Джоэфлория, - восхищаемся успехами земной науки, а вернее - темпами ее развития. Уровень нашей техники гораздо выше, но вы нас быстро обгоните, потому что спираль прогресса раскручивается на Марсе раз в пять медленнее. Пока мы опережаем землян только за счет значительно большего возраста нашей цивилизации.

У нас жизнь куда спокойнее и течет значительно медленнее, чем на Земле, марсиане не знали таких грандиозных потрясений в общественной жизни, как войны.

Условия жизни на нашей планете исключали ту напряженную и драматическую борьбу за существование, которая выпала на долю человечества. Вы закалились в этой борьбе и приобрели быстроту мозговых процессов и нервных реакций. А нам пришлось заплатить непомерно большую цену за эволюцию в тепличных условиях покоя и безопасности. Марсиане по сравнению с людьми вялы, апатичны, заторможенны. У нас нет вашей энергии и воли - качеств, приобретенных человеком в борьбе с природой. У марсиан почти не было врагов, а у вас их были сотни.

Ваше общество прошагало по ступеням прогресса, оставив позади первобытно-общинный строй, рабовладельческий, феодальный, раскололось на две системы и в конце концов должно прийти к коммунистической формации, если, конечно, дело обойдется без войны, которая отбросит человеческий род назад, на пройденный участок истории.

На Марсе все шло несколько по-иному. Пользуясь грубой аналогией, можно сообщить, что марсиане начали с первобытно-общинного строя, который постепенно эволюционировал в коммунистический. Изменялись только средства производства, но они всегда находились в руках общества.

Возможно, жители Марса самые мирные разумные существа во вселенной, но тут-то и таится страшная опасность для нас - неизбежная гибель при столкновении с любой космической цивилизацией, настроенной агрессивно. Естественно, что мы должны были подумать, как оградить себя от инопланетного вторжения.

Наука Марса сделала грандиозные успехи в области парапсихологии. Передача мыслей на расстояние, чтение чужих, массовый гипноз и внушение все это сейчас доступно марсианам. Недавнее открытие телетранспортации позволило мне в индивидуальном порядке прибыть на Землю.