ЗЕМЛЯКИ ПО РАЗУМУ - Олег Готко

– Я так больше не могу! Ленка, идем со мной! – Ира решительно поднялась. – Ребята, почему вы сидите?

– Не такой он придурок, каким кажется, – отмахнулся Димка.

Тяжело вздохнув, Лена встала и последовала за подругой.

– Козел, конечно, козел, но и Семен ведет себя, как баран, – констатировал факт Длинный и проводил взглядом фигуры девушек. – А Ира эта очень даже ничего...

– Только нервная очень.

К тому времени, когда к нему подошли девушки, Саньковскому уже и самому начало казаться, что перед решающей схваткой не мешало бы освежиться, потому как дилемма была решена в пользу козла. Он быстро дал себя уговорить, и его под руки, как жениха русалки, препроводили к воде. Козел проблеял вслед что-то презрительное.

– Боже, какой позор... – пробормотал Семен, оттолкнул сестер милосердия и рухнул лицом в воду.

«Утопиться, что ли?» – лениво подумалось под водой, но через несколько секунд, когда в легких исчерпался кислород, этот способ самоубийства показался донельзя пошлым. Отфыркиваясь напоенным верблюдом, Саньковский выполз обратно на берег.

И тотчас раздался душераздирающий визг. На сей раз девушки завопили разом, словно узрев водяного. Димка с Длинным вскочили, как укушенные, но причины никто из друзей не понял. Правда, с головы Семена свисали водоросли, но не это же, в самом деле, признак губернатора подводного царства. Козел тоже таращился на недоумка, но атаковать, похоже, не собирался.

– Что случилось?

Девушки на секунду умолкли и синхронно ткнули пальцами перед собой. С недоумением глядя на них добрыми глазами, Семен поднялся на ноги. Пошатываясь и пьяно улыбаясь, он принялся стягивать с тяжелой головы мокрую зелень. Неожиданно рука наткнулась на нечто холодное, мягкое и пульсирующее – живое. И это сидело у него на голове. Инстинкт самосохранения моментально сошел с ума.

Саньковский запрыгал камлающим шаманом, яростно тряся башкой. Друзья подошли поближе, а подруги шарахнулись назад. Под аккомпанемент несмолкающего визга Димка и Длинный тупо смотрели на конвульсивные пляски, но понять ничего не могли.

– Убедительно прошу вас заткнуться и объяснить в чем дело! – велеречиво обратился к дамам Длинный, но орущий дуэт игнорировал просьбу.

Ответ явился сам собой в тот момент, когда неожиданно с головы Семена слетел серый ком и с противным звуком шлепнулся наземь.

– Ух, ты! – не веря своим глазам, воскликнул Самохин. – Осьминог!

Тварь, мерзко извивающаяся на такой обыкновенной траве, и в самом деле была сильно похожа на осьминога. Неожиданно она замерла, и на людей уставился круглый беспощадный глаз. Время от времени его затягивала мутно-белая пленка.

– Мужики! Это точно осьминог! Вот уж не думал, что в нашей речке водятся настоящие осьминоги! – Димкиному восторгу не было границ. Он радовался так, словно повстречал родного брата-близнеца, с которым его еще в детстве разлучила злая судьбина.

Остальные были настроены менее жизнерадостно. Семен медленно, но с завидным упорством приходил в себя. Два жестоких потрясения в течение десяти минут – это уже слишком даже для флегматика. То козел, то осьминог – Природа достала его до печенок. Хмель проходил, оставляя только злость и обиду. Вот этому представителю родной фауны он и предъявит вексель, а заодно докажет всем остальным, что случай с козлом – лишь досадное недоразумение!

Саньковский настороженно посмотрел на зрителей.

Девчонки выдохлись и молча пятились. Длинный, воспользовавшись тишиной, поинтересовался у Димки насчет ядовитости осьминогов. Получив довольно уклончивый ответ, он решился было подойти поближе к твари, но тут та шевельнулась и от нее поползло щупальце. Вытягиваясь пиявкой, оно влажно поблескивало на солнце и шевелило присосками. Под глазом, откуда-то из складки кожи появился клюв и раздался скрипящий звук.

Друзья опешили, а Семен счел момент подходящим, чтобы привести приговор Природе в исполнение.

– Так ты, гадина, напугать меня решила? – просипел он, когда осьминог поднял над собой два щупальца и начал раскачивать ими из стороны в сторону. – Сопля членоногая! Сейчас я тебе покажу, где должно зимовать ракам с осьминогами и в какой позе!!!

Разъяренный герой асфальта занес ногу для удара. Тварь подпрыгнула, и одно из восьми щупальцев обмоталось вокруг щиколотки.

И всё.

Димка видел, как зависнув на секунду на ноге, осьминог был отброшен в сторону. Шлепнувшись оземь, он сжался в комок и покатился к воде. Мутная пучина поглотила тварь, и только круги на невозмутимом зеркале омута говорили о том, что увиденное – отнюдь не галлюцинация.

– Вы видели? – обратился Самохин к остальным на всякий случай.

– Ты лучше на него посмотри, – предложил Длинный, указывая на Саньковского.

Тот лежал, подогнув под себя правую ногу.

Димка нагнулся над ним и похлопал по щекам. Адекватной реакции не последовало. На глазах Иры заблестели слезы.

– Я так и знала, что это плохо кончится, – всхлипнула она.

– Не ной, ради Бога, а лучше принеси водки! – рявкнул Димка. У него уже начала болеть рука, а голова приятеля лишь моталась из стороны в сторону.

Рядом присел Длинный и начал неумело искать пульс. Нащупав, он принялся считать, шевеля узкими губами. Дойдя до ста тридцати двух, он спохватился, что не засек время. Однако результат и так был ясен. Саньковский несомненно был жив, но пребывал в глубоком обмороке.

Самохин влил приятелю в рот подоспевшую водку и добился тихого мычания.

– Как самочувствие? Нормально?

Из горла Семена вырвался нечленораздельный хрип. Обладая буйной фантазией, его можно было считать утвердительным. Глаза открылись и бессмысленно полезли из орбит. По телу пробежала судорога, и оно попыталось опереться на конечности, но потерпело фиаско. Бессильно завалившись на левый бок, Саньковский снова перестал подавать признаки жизни.

Длинному все это сильно напоминало обычную агонию. Было самое время подыскивать добрые слова для некролога, но тут появилось еще одно действующее лицо.

– Привет, сосед! Ты чего такой скучный? – пнул Семена рыболов-любитель Василий Рында, привлеченный женским визгом и непонятной суетой.

 – Он... э-э, заболел, – буркнул Димка.

Рында наклонился.

– Да он же пьян в стельку! – не без зависти мигом определил он болезнь. – И это в одиннадцать часов утра да еще в наше безалкогольное время...

– А вдруг эта штука его ужалила? – перебил Длинный, обращаясь к Самохину. – Давай его лучше в больницу, а? Вдруг этот осьминог ядовитый?

– Осьминог?! – обвис челюстью Василий. – Да тут у вас у всех солнечный удар! Какие осьминоги? Поменьше бы вы, ребятки, злоупотребляли на жаре, а? Если для вас слишком много, то можете поделиться. Я с приятелями с удовольствием вас выручу.