Рожденная водой - Рейчел Уорд

Я выжимаю костюм. Струйка воды уходит в сливное отверстие на полу. Костюм я заворачиваю в полотенце, туда же кладу купальную шапочку. После этого подхожу к зеркалу перед умывальником. Это место, где мы любим поприкалываться друг над другом, пока подкрашиваем глаза и губы, увлажняем кожу лица, высушиваем волосы. Кристи прихорашивается, заполнив собой все пространство. Шеннон и Нирмала загораживают зеркало.

– Слушайте! Дождитесь своей очереди! – возмущается Кристи.

– Вот мы и дождались, – парирует Нирмала. – А твое время истекло.

– Я сегодня должна выглядеть на все сто. Быть эффектной.

– Зачем?

– Вы же знаете, кто сегодня дежурит, – смущается Кристи.

– Гарри Горячие Губки? – подкалывает ее Нирмала.

– Заткнись! Не называй его так!

Кристи покраснела. Совсем как я, когда Гарри поймал мой взгляд. Он смотрел на меня, а не на нее, однако я не собираюсь хвастаться. Это наш секрет. Так лучше.

– Замечталась ты, – фыркает Нирмала.

– Если и так? Мечтать не запрещается. Особенно о нем.

Кристи умело подкрашивает губы, выпячивает их, любуясь оттенком.

– Он кого хочешь заведет.

Выйдя из раздевалки, я смотрю на часы. У меня целых семнадцать минут, чтобы добраться до школы. Отлично.

В коридоре иду впереди девчонок и чуть не налетаю на кого-то. Подняв голову, вижу Гарри.

– Бум! – выдает он.

– Прошу прощения.

Его руки – у меня на плечах. Как это понимать? Жест отторжения? Или знак того, что он хочет быть рядом? Я отстраняюсь, Гарри наклоняется ко мне:

– У тебя все нормально?

– Да.

– Я сегодня следил за тобой. В общем-то, я всегда тебя высматриваю.

Он говорит так тихо, что я почти не слышу слов. Иду, опустив глаза, но слегка улыбаюсь. Коридор заканчивается, я толкаю дверь и выхожу на улицу. Только здесь до меня наконец доходят слова Гарри. У меня вспыхивают щеки, и пусть все думают, что от жары.

Я же знала! Он смотрел на меня, а не на Кристи. Я оглядываюсь, но ничего и никого не вижу. Стеклянная дверь залита солнцем. Девчонки, которые тоже вышли, молча смотрят на меня. Брови Кристи изумленно подняты чуть ли не до середины лба.

– Едва не столкнулась с ним, – запинаясь, поясняю я.

– Или он с тобой… – уточняет Нирмала. Она надувает губы и обмахивается рукой.

– Нет. Так получилось. Я смотрела под ноги, а не перед собой… А вот и мой папа. Пока, девочки.

Папина старенькая «фиеста», как всегда, припаркована у обочины. Дверца со стороны водительского сиденья бросается в глаза, она выкрашена в другой цвет. Отец приходит на каждую мою тренировку и стоит на галерее. А пока я моюсь и переодеваюсь, подгоняет машину и ждет меня, как настоящий личный водитель.

Спортивную сумку я закидываю на заднее сиденье, а сама усаживаюсь рядом с отцом. Ланч уже ждет меня. На приборной доске лежат банан и энергетический батончик, а в держалке – пластмассовая кружка с молочным коктейлем, куда добавлен клубничный сироп. Я тянусь за коктейлем. Мимо машины проходят девчонки, отражаются в зеркале заднего обзора. У Кристи такая физиономия, будто она жует лимон.

– Принцесса, что с тобой сегодня было? Ты как-то вяло плавала.

Отцу я тоже не хочу рассказывать про оранжевую куклу. Я с таким трудом уговорила родителей разрешить мне заниматься плаванием. Помню, в пятом и шестом классе мама с папой заставляли меня выбрать какой-нибудь вид спорта. Я отбрыкивалась. А потом, когда остановилась на плавании, они вдруг начали отговаривать меня, не объясняя причин. У нас в классе многие девчонки плавали. Я не хотела от них отставать, стояла на своем и в конце концов уломала родителей. Нырнув впервые в воду, почувствовала себя рыбой. Казалось, вода терпеливо дожидалась, когда я услышу свое спортивное призвание.

– Ничего особенного. Просто живот свело. Уже все нормально.

Пока я отвечаю, отец трогается с места и вливается в уличный поток машин. Кто-то отчаянно сигналит. У нас открыты окна, и звук кажется особенно громким и резким. Отец поднимает руку, не то извиняясь, не то благодаря за понимание.

– Спасибо! – говорит он и вполголоса добавляет: – Идиот.

– Па-па!

– Кто-то уже перегрелся до градуса нетерпимости, – замечает он. – Разумеется, не я. – Он оглядывается на меня. – А сейчас, принцесса, ты хорошо себя чувствуешь?

У меня полон рот, и я могу лишь мычать в ответ. Смотрю на часы. Осталось четырнадцать минут. Движение плотное, но утром оно другим и не бывает. По правде говоря, я могла бы и пройтись, однако отец всегда подвозит меня до школы, и мне это даже нравится. Он проверяет, собран ли мой рюкзак, отвозит в школу и забирает после занятий. Он знает расписание моих уроков и все изменения в них. Такое ощущение, что он учится вместе со мной. Иногда я спрашиваю себя: а о чем еще известно моему отцу?

Радио в машине настроено на местную станцию. Передают выпуск новостей:

– После серии несчастных случаев, произошедших за последние недели, полиция настоятельно призывает юношей и девушек не заплывать далеко от берега, избегать открытых участков водоемов. Тяга к воде, естественная в жаркую погоду, только в центральных графствах унесла жизнь пятерых молодых людей, погибших в каналах, реках и озерах. Последняя жертва в этой трагической цепи – девочка-подросток Самми Ша, которая в минувшие выходные утонула в озере Терли. Инспектор Рави Патель сказал, что прекрасно понимает, как трудно в эти жаркие дни устоять перед искушением поплавать. Особенно для молодежи. Но, помимо прохлады, вода таит в себе опасности, и обычное купание нередко оборачивается бедой.

Я тянусь к приемнику, чтобы переключиться на другую станцию. Неужели там нет музыки или еще чего-то вместо этой назидаловки? Но отец берет меня за руку:

– Оставь.

– Па-ап, они такую тоску нагоняют…

– Они серьезные вещи говорят. Давай послушаем.

Мы молча дослушиваем сообщение до последней фразы:

– …еще раз повторяем: будьте осторожны на воде.

Папа нажимает на панели кнопку «без звука».

– Ник, вода действительно бывает очень опасной. И коварной. Помни об этом.

– Я знаю, папа.

– Конечно. Конечно, ты знаешь. Ты ведь любишь воду и делаешь большие успехи в плавании. Русалочка ты наша. И все равно…

Мы подъезжаем к временной стоянке у ворот школы. Тренькает мобильник – кто-то прислал мне эсэмэску.

– До встречи. – Отец целует меня в щеку. – Ты после школы сразу домой?

– А куда же еще, папа? Ранний чай, и в восемь часов – заниматься.

Он кивает, поскольку знает мой распорядок дня наизусть.

– Пока, Ник.

Я подхватываю рюкзак и блейзер. Оглянувшись, вижу, что отец опять слушает радио. Выпуск новостей продолжается. Папа машет мне рукой. Я ему тоже машу и достаю мобильник. Сообщение прислал Гарри: Хорошо выглядишь сегодня.

Улыбаюсь, запихиваю мобильник в карман и вливаюсь в толпу спешащих учеников.

Глава 2

Попробуйте при такой жаре вникать в материал урока! Даже учителя сдались. На занятиях мы без конца смотрим то фильмы, то видеоролики. Некоторые даже отдаленно не связаны с темой урока. Кажется, будто это последняя неделя перед летними каникулами, хотя до них еще целых три недели. В классах открыты все окна. На столах у нас – бутылки с водой. Нам разрешили не надевать блейзеры, и все равно мокрые рубашки прилипают к телу.

Жарко так, что и дурака валять не хочется. Мы сидим с остекленевшими глазами и пялимся в экран на передней стене. Я беспрестанно думаю о плавании, о мире, частью которого стала, о словах «старший состав» и «элита». Я создана для этого!

Не понимаю, почему вода вызывает у отца такое беспокойство. Для меня она эталон безопасности. Прямоугольник воды в прямоугольном здании бассейна. Привкус хлорки во рту, ее ощущение на коже. Это место я не променяю ни на какое другое. Я бы и сейчас с удовольствием плавала, но никак не могла выбросить из головы оранжевый торс куклы. Затонувшая кукла… и девочка, утонувшая в озере.

На большой перемене я сижу с одноклассницами в тенистом уголке двора. Вроде бы все как всегда, но… Я примостилась на краю круга, не ощущая себя частью компании. Никто не сдвигается, чтобы меня впустить. Раньше мы по-настоящему дружили, но с тех пор, как я начала плавать, наши отношения изменились. После школы я уже не могу отправиться с ними в город. У меня тренировки. Я не выпиваю, не курю и избегаю всего, что плохо влияет на спортивную форму. Когда отдаляешься от компании, можешь взглянуть на своих друзей со стороны. Замечаешь особенности, которые тебе не нравятся. Пока все сидят вместе, кажется, подруги неразлейвода. Но вот одна уходит, и о ней почти сразу же начинают сплетничать. Колкие замечания, едкие шуточки. И так постоянно. Не сомневаюсь, мне тоже кости перемывают. Иногда даже любопытно: какие мои недостатки они смакуют?