Война - Вольфрам Кобер

- Не знаю.

Только и всего.

Однако Эмиль, равно как и все остальные, не видел причин, чтобы ломать себе голову над этим феноменом, сколь удивительным он бы ни был. Им-то что? Они солдаты.

После мучительного оцепенения людей переполняла жажда действий, битв и побед. А то, что это чувство, похожее на опьянение, было вызвано психогенными средствами, введенными в организм с уколом, ничего не меняло.

Они продолжали шагать по узкой дороге. И перед ними открылась идиллическая картина: тщательно ухоженные поля, веселое пенье птиц вдали тишину нарушало только топанье их солдатских сапог. В мире, полном ужасов войны, кто-то словно по волшебству сотворил картину, дышащую покоем и благополучием.

"Им здесь не место, этим беззаботным пискунам. Они и понятия не имеют о смерти", - подумал Эмиль. Он поднял голову, но ни одной птички не увидел. Завидев приближающихся солдат, они отлетели подальше.

Солнце скрылось за горными вершинами.

Солдаты сбились в кучу. Метрах в двадцати от них у подножия холма командир возился с детектором. Эмиль понял, что он пытается сориентироваться на местности.

Если что-то и привлекло внимание командира, то пройдет несколько минут, прежде чем идентификатор выдаст результат. Их детектор инфракрасного излучения реагировал и на перемещение крупных животных, так что порой трудно было отличить такое движение от перемещения людей.

Но вот Ярдок вернулся к солдатам. По его бесстрастному лицу никто не мог догадаться, что именно произошло. Он сунул на ходу прибор в болтавшуюся сбоку сумку и взял в руки лазер.

- Перед нами селение. Дома в нем разбросаны. Мне пока удалось насчитать семь строений. Допускаю, что в них разместились войска противника. Будем атаковать. Задача: выбить противника из селения и взять заложников.

"Начинается! И не будет этому ни конца, ни краю!" - подумал Эмиль. Слова команды оборвали ход его мыслей, придали чувствам определенную цель, а телу движение, сходное с действием машины. Ярдок выделил в его подчинение Эстебана и раненого Уорнера, и они составили правый фланг развернувшейся роты, которая была разделена на семь троек и резерв.

Участок местности, который им предстояло преодолеть, был слегка всхолмленным, порос кустарником и небольшими группами деревьев - укрыться нетрудно. Детектор определил расстояние до селения: пять километров. Так что путь, надо полагать, не займет много времени.

- Влипли мы по уши, - сказал Эстебан, помогая Уорнеру накрыться накидкой и натянуть маску. - Если там регулярные части, да к тому же готовые к обороне, остается только помолиться и вознестись с молитвой прямо на небо...

Уорнер заскрежетал зубами.

- С меня хватит, сыт по горло. Пусть подыхает, кому нравится...

- Здесь никто не умирает. Здесь остались победители, - возразил Эмиль, который при виде белого как мел Уорнера и сам не знал, действительно ли он так считает или просто посмеивается над потерявшими всякий смысл пустыми словами. Впрочем, что им еще оставалось: лишь победив, они остались бы в живых.

Вперед продвигались перебежками. Солнце зашло. Но и в сумерках Эмилю удалось разглядеть цветы на кустарнике. В ноябре - и цветущий кустарник? Ни о чем подобном ему слышать не доводилось. Что здесь происходит? Куда они попали?

Чем ближе они подходили к селению, тем ровнее становился ландшафт. Там, где, по данным компьютерной карты, должен был начаться заболоченный участок местности, открывалось сухое, поросшее густой травой пространство. И вот перед ними первые дома.

Они остановились.

- Посмотрите, какие у них дома! Занятные! - сказал Эмиль. - Похожи на грибы. Я таких сроду не видал. А вы?

Эстебан пожал плечами.

- Ну и что с того? Пусть будут похожи хоть на пломбир.

Оставшиеся метры они проползли.

Потом Эмиль подал условный знак, они вскочили, побежали к ближайшему дому. Эстебан взметнул свое тело в воздух, перевернулся в прыжке и ногами со всей силой ударил в то место, где полагалось быть замку. Дверь спружинила, но не поддалась. Тогда Эмиль вспорол автоматический замок лучом лазера. И вместе с Эстебаном бросился к воняющей горящим пластиком двери.

Коридор, куда они попали, был освещен люминесцентными лампами. Каждый из троих выбрал себе по комнате, пока еще закрытой.

Агрессивность Эмиля сменилась удивлением и беспокойством, когда дверь перед ним открылась сама собой.

За столом в комнате сидела семья: муж, жена и дочь.

Эмиль мгновенно схватил лазер, направил его на сидящих, потом отпрыгнул от двери к стене и в возбуждении ждал их ответной реакции.

Женщина, вскрикнув, вскочила с места, опрокинула тарелку. Тарелка упала на пол. Девушка в ужасе переводила взгляд с Эмиля на отца. А тот высоченный мужчина со скуластым лицом навис над столом неподвижно, как скала. Его густые черные брови мирно уживались с седыми прядями на голове. Он слегка приоткрыл рот, и Эмиль увидел его жемчужной белизны зубы. Весь он так и являл собой олицетворение здоровья. Мужчина даже бровью не повел и, казалось, ничуть не испугался, только удивился. Медленно поднялся с кресла.

В комнату ввалились Уорнер и Эстебан.

- Повсюду пусто... Ох ты!

Эстебан сорвал с лица защитную маску, лицо его расплылось в ухмылке. Облизнув губы, он не сводил глаз с девушки.

- Что вам нужно? Кто вы такие? - спросил хозяин дома.

- Не болтай, старик! Сесть! И руки на стол! Кому говорят, садись! закричал Эстебан и направил на него оружие.

Но великан словно бы не слышал приказа. Спокойно, без всякого страха посмотрел на Эмиля.

- Вы - пленные! Мы заняли эту деревню. Сопротивление бесполезно. Сесть!

Смирившись, тот повиновался.

- Ничего не понимаю. Что вам здесь нужно?

"Он сумасшедший, - мелькнуло в голове Эмиля. - Спрашивает, что нам нужно. Нет, право, он не в себе. Кругом война, а он задает такие вопросы!"

- В деревне есть армейские части? - спросил он.

- Что это такое - армейские части? - переспросила девушка.

Эстебан захохотал во все горло. А Уорнер, застонав от боли, съехал по стенке на пол. Женщина, успевшая было сесть, вновь вскочила. Солдаты тотчас направили на нее оружие. Не обращая на них внимания, она сделала несколько шагов по направлению к Уорнеру. Эстебан хотел ее удержать, но Эмиль бросил на него быстрый взгляд, словно говоря: пусть поможет, это даже кстати.

Женщина опустилась перед раненым на колени и попыталась расстегнуть его накидку, но безуспешно.

"Она впервые видит вакуумные застежки. А ведь они каждому ребенку известны, с начала войны накидки розданы всему населению", - подумал Эмиль. И никак не мог решиться подойти к ней и помочь. Он несколько оторопел.