Чудодейственное средство - Уильям Шанн

Его уже почти взяли в Намибию, когда Соединенные Штаты закрыли свои границы. Они сделали это не только для того, чтобы поставить преграду на пути нового поколения террористов, но и для того, чтобы не выпустить технологии, которые можно было обратить во вред им самим. Ни к чему хорошему это не привело. Почти каждую неделю на территории Соединенных Штатов взрывались очередные бомбы, заложенные террористически настроенными представителями американских же национальных меньшинств, а в других странах постоянно возникали новые модификации наноприборов… Как бы то ни было, но все пути к африканским больницам теперь были Фэрберну заказаны.

В отчаянии он обратился к коллегам-хирургам. Через пару бесконечно долгих месяцев ему организовали невероятно дорогостоящее бегство. Наконец он отправился в техасский городок Игл-Пасс на встречу с первым из проводников, которые должны были переправить его сначала через американскую границу, потом - на ту сторону экватора, а потом - и на другую сторону Атлантического океана. Однако проводник так и не появился, а Фэрберну пришлось проделать томительный путь домой на автомобиле. При этом у него было время обдумать произошедшее. Его могли просто надуть, или проводник испугался правительственных агентов…

Судя по огромным черным автомобилям, шнырявшим по всему Техасу, во всем наверняка виновато правительство!

"До Нового года осталось полминуты!" - радостно воскликнула дикторша.

"Местные новости!" - приказал Фэрберн, и на голографическом экране появился парк Молл [Молл (в Вашингтоне) - большой парк в центре города, протянувшийся от мемориала Линкольна до здания Капитолия.] в пяти милях от его дома. Здесь было столько народу, что человеческие головы казались на общем плане камнями мостовой. Иллюзия пропадала лишь тогда, когда камеры фокусировались на отдельных разрумянившихся лицах.

Фэрберн устроился в кресле за рабочим столом, сжав в левой руке, которой всегда проводил самые ответственные операции, Чудодейственное Средство, казавшееся ему теперь очень тяжелым скальпелем.

"Осталось пятнадцать секунд!" - завопил другой диктор, и толпа вторила эхом его отсчету, словно в такт ударам сердца.

"Четырнадцать! Тринадцать! Двенадцать! Одиннадцать!.."

Глядя на голографический экран, изображавший теперь небо над мемориалом Линкольна [Мемориал Линкольна в Вашингтоне расположен в парке на берегу реки Потомак.], Фэрберн взвел курок Чудодейственного Средства и ткнул его ствол себе прямо под нижнюю челюсть.

Как только над Потомаком засверкают фейерверки, у него в мозгу тоже полыхнет красно-белая вспышка, и его мозг не соберут воедино даже вся королевская конница и вся королевская рать…

В этот момент Фэрберн рассеянно подумал о том, именем которой из бывших жен зовется та пуля, которая его прикончит.

"Восемь! Семь! Шесть!.."

Фэрберн не без удовольствия ощущал кожей прохладу металла. Его палец на курке напрягся. Повинуясь мгновенному капризу, он потянулся к шахматной доске и сбил с нее щелчком черного короля.

"Три! Две!.."

Портьеры на восточном окне кабинета Фэрберна озарились белой вспышкой, тут же превратившейся в отблески оранжевого адского пламени. Изображение на голографическом экране исчезло, а в репродукторах оглушительно завизжало и затихло. В кабинете сгустился мрак…

Несколько мгновений Фэрберн не понимал, спустил ли он курок.

Неужели именно это и ощущаешь, вышибив себе мозги?!

Доктор разжал руку. Чудодейственное Средство выпало из его онемевших пальцев и упало на пол со стуком комьев земли о крышку гроба.

Прошло несколько мгновений, прежде чем Фэрберн понял, что все еще жив, кое-как поднялся на ноги и отдернул с окна портьеры.

Кабинет находился на втором этаже. Из его окна были прекрасно видны дворик и садик, но красное зарево на северо-востоке постепенно охватывало все пасмурное ночное небо.

Вокруг царила неестественно мертвая тишина. Лампочки у дверей домов с непонимающим видом смотрели в небо. Люди с хлопушками, веселившиеся в соседнем дворе в шутовских колпаках, застыли с открытыми ртами вокруг украшенной елочки…

Тем временем окутанный дымом столб оранжевого огня ударил о невидимый свод небес и стал расплываться в форме огромного гриба.

"Боже мой! " - в благоговейном ужасе пробормотал Фэрберн.

Внезапно гриб исчез за черными облаками пыли и обломков, несшимися на Арлингтон, как всадники Апокалипсиса. Фэрберн бросился на пол за секунду до того, как подлетела ударная волна. Стекла в окнах разлетелись на миллионы острейших игл, со свистом вонзившихся в противоположную стену. Фэрберну показалось, что у него над головой промчался грузовой поезд. Доктор едва успел закрыть голову руками.

Его накрыла мгла. Потом его подбросило и стало швырять по полу, как тряпичную куклу…

Наконец Фэрберн пришел в себя и с трудом поднялся на четвереньки. Из правого уха у него текло что-то горячее. Кабинет лежал перед ним в развалинах. Теплый ветер ворошил остатки его прежней жизни.

Фэрберн уставился на свои чудом уцелевшие бесценные руки. В этот момент до него издалека, словно откуда-то из-под земли, донеслись человеческие крики. Кричали на разные голоса…

Перед мысленным взором Фэрберна тут же возникла свистящая на улице стеклянная шрапнель, падающие с неба обломки и здания, оседающие бесформенными грудами камня и кирпича.

Схватившись за край стола, Фэрберн с трудом поднялся на ноги и стал искать в облаках пыли еще один, жесткий врачебный чемоданчик, в котором было гораздо больше пользы, чем в антикварном докторском саквояже. Наконец он нашел чемоданчик под горой рухнувших на пол книг, вытащил его на свет божий и отряхнул с него пыль.

Доктор Фэрберн направился было к дверям, когда заметил валявшееся на полу Чудодейственное Средство. Он остановился, поднял револьвер и некоторое время его разглядывал. Потом он поднял руку, прицелился в потолок, но так и не выстрелил, засунул оружие за пояс и спустился в гостиную. Дом Фэрберна был почти полностью разрушен, но, подставив лицо порывам пыльного ветра, веявшего над руинами, среди которых корчились от боли раненые люди, доктор улыбнулся, вновь почувствовав себя нужным и всесильным.

William Shunn. Strong Medicine