Адрес: Центавр - Уоллес Фредерик

Почти тут же Доччи оказался рядом с ним.

— Нет, еще летят за нами, но сильно отстали. — Преследовавшие их точки уменьшались на глазах, растворяясь во тьме космоса.

— Какова относительная скорость? — спросил Джордан и сам посмотрел на круговую шкалу. Постучал по ней пальцем, потом ударил по прибору кулаком, но показания скорости не изменились. Если бы не картинка на экране, он мог решить, что стрелка залипла или весь прибор неисправен.

— Что ты сделал с двигателями? — спросил Доччи.

— Глупый вопрос. Что я мог сделать? Эта рухлядь и так уже шла на предельной скорости.

Получалось, что никакого объяснения поразительному явлению нет. Все находились в отсеке управления — Кэмерон, Анти, Джордан и сам Доччи. Нона сидела здесь же, в кресле, сжавшись и обхватив голову руками. Объяснения не существовало, если только… Доччи еще раз проверил все приборы. И только тут заметил.

Гравитационная тяга работала — в нее потоком лилась энергия. Бесполезный или, по крайней мере, давно не используемый индикатор показывал невиданное потребление мощности.

— Гравитационная тяга приведена в действие, — сообщил Доччи.

— Ерунда, — возразила Анти. — Я не чувствую веса.

— Ты и не должна, — сказал Доччи. — Гравитационная тяга предназначена для движения корабля. Когда оказалось, что она работает неудовлетворительно, ее просто конвертировали в бортовую силу тяжести — это было дешевле, чем демонтаж. Разница между тягой и гравитацией на борту небольшая, но существенная. Ненаправленное поле создает силу тяжести внутри корабля. Направленное поле, излучаемое в космос, толкает корабль. Работает либо первое, либо второе, только не одновременно.

— Но я тягу не включал, — озадаченно выговорил Джордан. — И даже если бы включил, она не проработала бы дольше нескольких секунд. Это уже доказано.

— Я согласился бы с тобой, если бы не одна деталь. Она работает, и нет никаких признаков, что собирается заглохнуть. — Доччи изучающе посмотрел на Нону. Та свернулась в кресле, но не спала. Тело ее оставалось напряженным. — Привлеки внимание Ноны, — попросил он друга.

Джордан мягко коснулся плеча девушки. Она открыла глаза, но смотрела не на присутствующих в отсеке. Стрелка некогда бесполезного прибора качнулась и замерла.

— Что с бедняжкой происходит? — спросила Анти. — Она вся дрожит.

— Оставьте ее в покое, — сказал Доччи. — Оставьте в покое, если не хотите вернуться на астероид. — Никто не двигался. Все молчали. Минуты шли. А древний корабль, поскрипывая и вибрируя, уносился все дальше от самых быстрых ракет в Солнечной системе.

— Думаю, что смогу объяснить это, — заговорил, наконец Доччи, нахмурившись, потому что сам не до конца разобрался в происходящем. Некоторые вещи от него пока ускользали. — Часть установки, генерирующей гравитацию — в каком-то смысле ключевая часть — это электронный компьютер, способный производить вычисления и регулировать потоки энергии, необходимые для создания направленного или ненаправленного постоянного гравитационного поля. Или, другими словами, мозг, сложный механический интеллект. Но он страдал от неосведомленности и не понимал, зачем ему бесконечно выполнять одну и туже сложную и бессмысленную работу. Не понимал, зачем, и потому очень просто мог отказаться от выполнения.

— В этом смысле он напоминает Нону. Она глухая, не может говорить или общаться каким-то другим способом. Подобно компьютеру, Нона обладает высокоразвитым интеллектом и, также как он, испытывает трудности в оценке окружающей действительности. А разница между ними в том, что она контактирует с людьми и кое-чему научилась. Насколько глубоки ее знания — неизвестно, но они гораздо обширнее, чем считают психологи. Просто ученые не могут измерить объем знаний, которым обладает этот тип интеллекта.

— Ну, ладно, — неуверенно вступил Джордан. — Насчет Ноны я согласен. Но что она сейчас делает?

— Если бы речь шла о людях, ты мог бы назвать это телепатией, — ответил Доччи. Он сам понимал, что здесь начинаются неувязки с его концепцией. Машина есть машина — инструмент, который используют люди. Какое здесь может быть взаимопонимание? — Один мозг электронный, другой — органический. Ты должен сам решить, какие термины использовать, потому что мне на ум приходит только экстрасенсорное восприятие. Кажется нелепостью, но мы имеем дело именно с ним.

Джордан улыбнулся и потер ладони. Под его бесформенным одеянием заиграли мускулы.

— Для меня эти слова имеют смысл, — сказал он. — Энергия присутствовала всегда, просто машина не знала, что с ней делать. — Ухмылка его стала еще шире. — Она не могла попасть в лучшие руки. Мы сумеем распорядиться энергией, точнее, Нона сумеет.

— Энергия? — спросила Анти, величественно поднимаясь. — Если вы о том, что я думаю, мне до нее дела нет. Лишь бы добраться до Центавра.

— Доберешься, — заверил Доччи. — Теперь многое становится ясным. Почему в прошлом тяга работала так плохо при удалении от центра системы? Не думаю, что кто-то исследовал данный аспект, но если бы ученые занялись, уверен, они обнаружили бы, что эффективность тяги обратно пропорциональна квадрату расстояния до Солнца. Этого и следует ожидать от глухого, слепого и чувствительного к массе мозга, то есть гравитационного компьютера. Он ничего не знает о звездах. Для него Солнце является центром вселенной, и он боится покидать систему, как наши далекие предки боялись свалиться с края земного диска. Но теперь он знает, как обстоит дело, и тяга будет работать где угодно. С Ноной, которая станет управлять компьютером, даже Сириус покажется близким.

— Что скажешь, док? — небрежно спросил Джордан. — Я на твоем месте подумал бы о том, как убраться с корабля. Помни, мы летим со скоростью, с какой раньше не летал ни один человек. — Он хохотнул. — Хотя, конечно, тебе могла понравиться наша компания, и ты раздумал покидать нас.

— Надо сделать кое-какие вычисления, — сказал Доччи. — Бесполезно лететь туда, где нет звезд. Лучше точно определить место назначения.

— Хорошая мысль, — согласился Джордан, бросаясь к картам. Он с головой ушел в расчеты. Однако постепенно пальцы его перестали порхать по клавиатуре, голова поникла; наконец, он замер, бессильно опустив руки.

— Готово?

— Да, — ответил Джордан. — Гляди. — Он щелкнул переключателем, и на экране телекома возникло изображение. В центре мерцал крохотный мирок, фрагмент давным-давно взорвавшейся планеты. Они легко опознали цель своего путешествия.

«Небеса инвалидов».

— Но почему мы летим туда? — спросила Анти. Она удивленно смотрела на Доччи.

— Летим не по своей воле, — ответил он тихим голосом. — Летим туда, куда желает Медсовет. Мы забыли про систему слежения. Когда Нона активировала гравитационную тягу, это засекли на одной из центральных станций. Медсовету оставалось только перехватить у Ноны управление установкой.

— Мы думали, что убегаем от кораблей, — сказала Анти. — Оказывается, только для того, чтобы поскорее оказаться на мусорке.

— Да, — произнес Доччи. — Нона про это еще не знает.

— Значит, все кончено. Мы сделали, что могли. Плакать бесполезно. — И все же Анти заплакала. Проходя мимо ноны, она нежно коснулась девушки. — Все нормально, дорогая. Ты пробовала помочь нам.

Вслед за Анти из отсека вышел Джордан. Остался Кэмерон. Он подошел к Доччи.

— Ничего не потеряно, — смущенно сказал он. — Все вернутся к тому, с чего начинали. Кроме Ноны.

— Думаете, ей это пойдет на пользу? — спросил Доччи.

— Может, кто-то и выиграет, только не Нона.

— Вы ошибаетесь. Она в одну минуту станет важной персоной.

— Значит, она всего лишь экспериментальный объект. Очень ценный, но без каких-либо прав и чувств. Не думаю, что ей понравится новая роль.

В отсеке наступила тишина. Доктор отвернулся.

— Вы разочарованы, потому расстроены, — рассудительно сказал Кэмерон. — У вас светится лицо, значит, вами овладели эмоции. Мы могли бы поговорить о том, что для нее лучше, но, вижу, это бесполезно. Я вернусь, когда вы успокоитесь.