Собиратели осколков - Николай Большаков

Пятый: — Я никогда не являлся членом никакой группы. Я — служитель Системы и…

Никулин (быстро): — Всё это мы уже выяснили. Вы служитель Системы, да. Но ведь арестовали вас не в вашем культовом храме, а в офисе фирмы, которая занималась противозаконной деятельностью.

Пятый: — Я находился там, потому что такова была воля Системы.

Никулин: — Каким образом была высказана эта воля?

Пятый: — Вы не являетесь адептом Системы, поэтому я не могу ответить на ваш вопрос.

Никулин: — Так можно оправдать любое преступление!

Пятый: — Не смейте говорить о… святом в подобных тонах!

Никулин: — Мы пытаемся выявить истину. Отделить, что называется, зёрна от плевел…

Пятый: — Я готов сотрудничать с вами, но при условии уважительного отношения…

Никулин: — Да — да, мы же договорились! Я уважаю ваши религиозные чувства, но мне нужно знать, чем конкретно вы занимались в этой фирме… Или хотя бы, чем занимались ваши коллеги.

Пятый (строго): — Мы создавали программное обеспечение.

Никулин: — Ваше вероисповедание позволяет вам работать в коммерческих организациях?

Пятый: — То, что идет на пользу Системе, — всегда благо! Заработок от подобной деятельности позволяет служителям Системы совершать священный апгрейд и решать другие проблемы конфессии.

Никулин: — Ну а если эта деятельность противозаконна?

Пятый: — Это не имеет никакого значения. Законно всё, что идет на пользу Системе!

Никулин: — И убийство?

Пятый: — Всё.

Никулин (радостно): — Что ж, вот вы и признались! Значит, именно вы пытались вскрыть локальную сеть Третьего Отделения двенадцатого апреля прошлого года! Именно вы запустили в оборот вирус «Бля»! Именно вы известны в сети под псевдонимом Фантомас!

Пятый: — Я отказываюсь отвечать на дальнейшие вопросы!..

Собственно, здесь та же история, что и со Вторым. Только с поправкой на религиозные чувства. Товарищ полковник был знаком с этим новейшим вероучением, основанном, если вспомнить, на бородатом от общей дряхлости анекдоте. Как там было. Построили люди компьютер. Самый большой и самый мощный. Запустили. И спрашивают. «Существует ли Бог». Компьютер подумал, поморгал индикаторами и выдал ответ. «Теперь существует». Смешно. Только вот системщики — это уже не смешно, а по-настоящему страшно. Нет ничего опаснее агрессивного, фанатично настроенного сектанта, а системщики, к которым принадлежит Пятый, — это именно сектанты, агрессивные и фанатично настроенные. Впрочем, если обратить взор к истории мировых религий, они ведь тоже создавались фанатиками. И вполне может оказаться, что лет через пятьсот Пятого назовут апостолом, а меня — Понтием Пилатом.

Товарищ полковник хмыкнул на это неожиданное умозаключение и поспешил вернуться к главному. Итак, какую оценку даёт капитан Никулин своему подопечному — ПОЦЕСЕЛЬСКИЙ Юрий Владиславович (согласно списку — «Пятый»). Активный сторонник религиозного учения о божественности сетевых систем, пытался и меня обратить. Беседу поддерживает на определенных (и выгодных ему) условиях. Судя по всему, искренен. Коэффициент ВНУП = 76,3. Коэффициент ЛЖИ = 22,2. Рабочая гипотеза. Пятый является Фантомасом, взломщиком на идейной платформе. Все диверсионные акции Фантомаса следует рассматривать, как провозглашение — утверждение идеологических доктрин указанной религии.

Ох, как он ещё молод и горяч, наш Никулин, подумал товарищ полковник. Как много слов, какие обороты, какие далеко идущие выводы. Если не дали разрабатывать «юного гения» то вот вам — взломщик на идейной платформе. Ничего, повзрослеет, остепенится… Кстати, а ведь выводы капитана вполне вписываются в тот образ Фантомаса, на который намекал Падший Слава. Гениальный безумец. Или гениальный фанатик. Суть равнозначно.

Правда в этой версии есть один прокол. Нюанс. Вряд ли настоящий фанатик Системы стал бы забрасывать в сеть вирус: «…потому что это зло, это вирус» — есть у них такой вот весьма характерный рефренчик. Вряд ли. Либо мы снова возвращаемся к тому с чего начали, мы имеем дело с расчётливым, дьявольски хитроумным сукиным сыном играющим однажды придуманную им роль. Теперь вот — религиозного фанатика.

Общий подход одобряю, — записал товарищ полковник для капитана Никулина. — Продолжайте разработку.

Ну а теперь пришла и моя очередь, понял товарищ полковник. Посмотрим, что представляют из себя современные пламенные революционеры.

В 19:02 товарищ полковник связался с охраной и приказал привести к себе в кабинет Четвёртого из подозреваемых, Виктора Адольфовича Попляка, инженера на сотню рублей, и профессионального террориста.

За те часы, что провел Виктор Адольфович за прочными стенами Третьего Отделения, он заметно изменился. Прежний имидж порастерся, поблек. Теперь Четвёртый более походил на бомжа, с щетиной на щеках, в мятом и запачканном на локтях чем-то белым костюме, без галстука.

— Прошу вас, присаживайтесь, — гостеприимно предложил товарищ полковник.

Четвёртый сел. На самый краешек мягкого полукресла. Глядя в пол.

— Вы курите?

— Нет — лаконичный ответ, сухой голос.

— Что ж, — сказал товарищ полковник. — Тогда перейдем сразу к делу. Я не стану играть с вами в игры типа «Угадай мотивчик», мне это не нужно. Я и так знаю о вас предостаточно. Я знаю, что вы не Прозоров Александр Дмитриевич, системный реставратор и почетный член Клуба имени Веселова, как то записано в вашей регистрационной карте, ваше полное и настоящее имя Попляк Виктор Адольфович, и вас уже девять лет разыскивает Интерпол за соучастие в теракте Латышских стрелков семнадцатого года. Этим соучастием, впрочем, не исчерпывается весь ваш богатый «послужной» список. Известно, например, что вы в свое время сотрудничали с боевой реваншистской организацией «Пятый легион» и выступали консультантом террористической группы «Медведь»…

— Это ложь, — спокойно сказал Четвёртый. — Я никогда не консультировал Механика.

Так. Что называется — идёт на контакт. Не идёт — бежит. Кто у нас Механик? Механик у нас — тот самый печально известный руководитель группы «Медведь», захватившей в двадцатом году Сосновоборскую АЭС и выдвинувшей ряд совершенно невыполнимых политических требований. Спецназ ЭКАР выкуривал их, помнится, целые сутки.

Лёгкость, с которой Четвёртый позволил себя расколоть, вдохновила товарища полковника. Однако и заставила насторожиться. С чего бы, спрашивается, вдруг Четвёртому вот так запросто колоться. Если только он не Фантомас и не собирается одним признанием покрыть всё остальное…

— Может быть, тогда вы скажете, кто консультировал Механика на самом деле? — не моргнув глазом, продолжил допрос товарищ полковник.