Чёрные горы (Восточная империя - 2) - Фред Сейберхэген

- Я явился, как было велено, господин. Что прикажешь?

Серый развернул свой чертеж и вытянул его вперед по направлению к огненному видению, одновременно приказывая:

- Прежде всего нужно создать четыре огромные полые сферы, подобные тем, что представлены здесь...

Голос джинна загремел, прерывая его.

- Ты говоришь нужно создать? Это значит, что ты не станешь мне мешать?

В голосе Серого зазвучали повелительные нотки:

- Это значит, что я приказываю! Я приказываю тебе сделать это, и поторопись! Шары должны быть вот какими...

Джинн больше не стал с ним спорить, но его шипящее сияющее изображение стало молчаливым - очевидно, он слушал пояснения. Через мгновение после того, как Серый закончил уточнять свой приказ, из ничего возникли четыре грубых металлических глыбы, каждая с полчеловека. В следующий момент глыбы раскалились докрасна. И сейчас же послышался оглушительный скрежет и удары невидимых молотков.

К нескольким солдатам, которые стояли поодаль, наблюдая за происходящим, присоединялось все больше их товарищей, привлеченных перспективой увидеть нечто необычайное, связанное с магией. По лагерю к этому моменту, несомненно, уже ходило несколько версий того, что произошло на совещании в палатке Томаса. Рольф, в свою очередь, отступил на несколько шагов и зажал уши, чтобы приглушить шум. Металлические блоки светились жаром и расплющивались, поддаваясь могучему воздействию джинна. Они превратились в огромные листы раскаленного металла, которые затем начали сами собой сворачиваться в сферы.

Когда сферы, каждая размером с небольшой домик, почти полностью замкнулись, джинн оставил их остывать на песке. Тем временем он получал от Серого описание платформы летательного аппарата и веревок для ее прикрепления.

- Да будет так! - заключил Серый.

Джинн снова принялся за дело, вытягивая из дыма длинные витки волокон. Работая, он ворчал:

- Вряд ли ты понимаешь, что значит достать все эти материалы и выполнить всю ту работу, которую ты мне поручил. Это ведь не берется из пустоты, как ты понимаешь.

- Пустота, - резко произнес Серый, - это то, что мне нужно внутри сфер, когда судно будет готово, мы поднимемся на борт и все будет готово к полету. Тогда я прикажу опорожнить и заварить их.

Джинн издал звук, чем-то напоминающий скрип разбитой ветряной мельницы. Рольфу потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это был смех.

- Пустота! Ты не понимаешь, что приказываешь, - прошу прощения, чего ты хочешь, господин.

- Упрямый болван! - Теперь на лбу у Серого вздулась вена. Рольф отметил про себя, что колдун не отличался терпением. Серый продолжил:

- Под пустотой я понимаю отсутствие воздуха, вакуум; то, во что вскоре превратишься ты сам, если слишком разозлишь меня!

Джинн, очевидно, не считал это пустой угрозой, так как работа ускорилась, и на некоторое время его ворчание наконец прекратилось. Казалось, множество невидимых рук свивают волокна в крепкие канаты и прикрепляют их к возникающей корзине. Она была такого размера, чтобы свободно вместить человека три-четыре, с поручнями на уровне груди, сплетенными из гибких, очень легких с виду волокон. Каждый из четырех углов квадратной корзины был привязан несколькими веревками к одной из металлических сфер. Их громады потрескивали, остывая, и почти целиком заслоняли собой корзину. По указке Серого в центре была установлена мачта и натянуты паруса и вымпелы. Вода и провизия, на этот раз более привычным для людей способом, также были доставлены в корзину.

Стало совсем темно, когда Серый был наконец удовлетворен подготовкой к полету. Сам он первым забрался в корзину, с некоторой осторожностью перекинув ноги через ее край.

- Теперь ты, мастер Рольф, если желаешь. - И Рольф, ощущая почти в равной степени нетерпение и нежелание, молча прыжком оказался на борту. Томас и еще несколько человек подошли поближе, чтобы пожелать успеха путешественникам и вблизи наблюдать за тем, что должно было произойти в следующий момент. Когда прозвучали последние добрые напутствия от тех, кто собрался вокруг металлических шаров, Серый жестом призвал к тишине. Повернувшись лицом к дымящему и светящемуся изображению джинна и показывая рукой на сферы, он выкрикнул:

- А теперь пусть они полностью освободятся от воздуха и других паров, и затем будут заварены наглухо!

Внезапно вокруг корзины зазвучал квартет шипящих звуков. Источником шипения были четыре отверстия, оставленные в сферах. Рольф почувствовал, как его волосы раздувает струя воздуха. Он крепко ухватился за поручень корзины, ожидая первого толчка при взлете.

И почти сразу все четыре огромных шара сами собой дернулись. Но не для того, чтобы подняться в воздух. Вместо этого шипение воздуха перешло в звон и пронзительный скрип металла, а сферы стали перекатываться по песку, сжимаясь, сминаясь и деформируясь сами собой. Сфера, находившаяся перед Рольфом, смялась словно под ударом могучей невидимой дубины; она издала оглушительный звон, прогибаясь сама по себе внутрь. Затем все четыре сферы с громким стоном насилуемого металла стали сотрясаться и сплющиваться, совсем как кожица брошенного в огонь плода. Их темные громады опадали; Рольф увидел, как Томас с остальными бросились врассыпную, не слишком озабоченные тем, чтобы сохранить достоинство, как если бы они безоружные наткнулись вдруг на засаду противника. Рольф перебросил ногу обратно через край корзины и готов был и сам броситься наутек, но везде, казалось, было одинаково опасно. Между тем корзина продолжала прочно стоять на песке, раскачиваясь только из-за прорвавшегося наружу яростного гнева Серого. Колдун исторгал потоки брани, а Рольф изо всех сил старался уклониться от его яростно жестикулирующих рук.

Тишина воцарилась так же внезапно, как и была нарушена. Металлические сферы, теперь превратившиеся в смятые искореженные обломки, лежали неподвижно. Тирады Серого прекратились, и некоторое время стояла полная тишина. Затем послышался легкий смешок со стороны наблюдавших за происходящим солдат, смешок, который умер в зародыше, когда Серый бросил в ту сторону разящий, словно клинок, взгляд. Темнеющая возле факелов толпа начала редеть и рассасываться. Многие, оказавшись поодаль, тут же, похоже, давали выход своим чувствам.

Томас и другие снова приблизились, отплевываясь от пыли и отряхивая свою одежду. Им, конечно, было не слишком весело. Но ни один из них все еще не решался сказать что-либо Серому.

Серый набрал побольше воздуха и разразился новым потоком проклятий по адресу джинна. Но светящиеся пламенем очертания явно от этого ничуть не пострадали.