Принцесса звёздного престола - Юрий Иванович

Тем не менее, я решил сразу начать первые этапы новой и грандиозной операции с не менее звучным названием "Проклятый Моус - пойдёшь на соус!" Затем чуть подумал и сократил кодовое название операции; "Моус - на соус!". И тут же наговорил Роберту через крабер первые задания. Наших собственных сил катастрофически не хватало, но ведь был ещё Зел Аристронг, несколько групп независимых специалистов и достаточное количество старых и проверенных знакомых, которые тоже давно точат зубы на Пиклию. Вернее: на режим Моуса, установившего на этой сказочной планете свою диктатуру. И именно их усилия мне захотелось скоординировать. Заодно подсказав верные направления в агентурной работе. Ведь горгона знала очень много. Некоторое время спустя и моя команда подключится. Пожиная плоды моей предусмотрительности.

По поводу событий в Столице системы Датарга, Горгона показала, что находилась она там, скорее в отпуске, чем с конкретным заданием. Никто и предположить не мог, что ловушка с банкиром сработает и тот даст наводку на мою персону. При Галине находилось всего три человека и она не смогла провести крупномасштабную операцию по моему пленению сразу же. Но ей удалось завлечь меня в сети своего голоса лично. И лишь несколько досадных случайностей помешали довести привычное дело до конца. А когда подоспели основные силы захвата от находящегося где-то недалеко Шпона, я уже находился на орбите и в расставленную ловушку угодил лишь Роберт. Которому то и удалось вырваться лишь потому, что ждали ещё меня и не вводили все силы в действие.

На заметку пришлось взять то обстоятельство, что пресловутый Шпон скорей всего базируется в самом центре нашей Галактики. И орудует весьма смело и раскованно. Раз умудрился подкупить банкиров на Датарге и замять впоследствии скандал с перестрелкой и взрывами при стычке с нашей группой. А может и направить разборки с полицией в нужное для себя русло. Ведь в средствах массовой информации просматривалось полное молчание по этому вопросу. А для этого надо было обладать немаловажными рычагами власти.

В итоге, допросы Горгоны прибавили мне изрядной головной боли. Пришлось многое добавить в наши предстоящие планы.

На решение этих организационных вопросов у меня ушло столько времени, что Булька завершил свою сложнейшую работу даже раньше и занимался остаточными обследованиями Горгоны в чисто спортивных, вернее познавательных интересах. Хвастаясь при этом, что в скором будущем он сможет стать настоящим светилом в мире медицины. Да и на многих других направлениях тоже. Встав с кресла и интенсивно разминаясь после продолжительного сидения, я тоже похвалил риптона:

- В медицине - ты быстро выбьешься в лидеры! Но уже теперь можешь считать себя лучшим шпионом всех времён и народов. Однозначно! Я просто в восторге, что ты встретился именно со мной. И содрогаюсь только от мысли, что судьба могла свести тебя например с Моусом или его шефом разведки Де Ло Кле.

"Хочу тебя ещё более обрадовать, - проворчал Булька со стариковскими нотками. - У риптонов весьма сходная с тобой этика морали и нравственных ценностей. Поэтому, попади я к плохому, по нашим с тобой понятиям, человеку, сотрудничества между нами бы не получилось. А если быть до конца откровенным, то любой риптон просто бы использовал со временем своего носителя как обыкновенное хранилище… продуктов питания!"

- Как это?! - воскликнул я, непроизвольно вздрагивая.

"Не переживай, тебе это не грозит! - успокоил Булька, и по моей руке пробежала волна бодрящего массажа. - Что будем делать дальше?"

- Ждём Роберта… Проведём контрольную проверку, как и договорились. О! Вот и он!

Наш товарищ выслушал мои последние инструкции, выбежал в соседнее помещение и стал вести за нами тотальное наблюдение через звуконепроницаемое стекло.

Галине Стоурми я вколол весьма бодрящее организм лекарство, а через минуты три поднёс к носу резко пахнущее вещество. Которым пользовались для приведения в сознание даже сильно контуженных.

- Кто вы?! - воскликнула Горгона, лишь только её глаза открылись. Резко сев на кровати, она осмотрелась и тут же встала на ноги. Её ноздри хищно затрепетали, глаза впились в моё лицо, а руки потянулись ладонями ко мне: - Я вас помню! Это вы меня похитили. Надеюсь, вы просто не поняли: как сильно вы меня этим обидели. Хотя ваша сила просто поражает! Так легко меня лишить сознания! Вы просто неподражаемы!

Комплименты из её уст изливались на меня настоящим водопадом, и чувствовалось сразу: женщина включила своё оружие на полную мощность. А вот определить: стало ли действовать её оружие, было нельзя. На слух голос остался таким же, как и прежде. Но контролировал я себя прекрасно, не превращаясь при её словах в безмозглого и послушного идиота. Я даже позволил ей схватить мою руку и страстно прижать к груди. Такой манящей когда-то, и такой обычной в данный момент. И на лице я изобразил примерно то, что Горгона и ожидала увидеть. Хотя другой рукой подавал Роберту заранее оговорённые жесты. Доказывая, что контролирую себя полностью. А Галина Стоурми действовала весьма напористо. Чуть ли не подталкивая к двери, она горячо меня убеждала немедленно, вместе с ней покинуть это страшное помещение. Обещая после этого океан счастья, море радости и речку мёда, по которой, я буду плавать весь свой остаток жизни. Последние её фразы меня наоборот сильно разозлили. Я вспомнил ребят, которых эта ведьма довела до могилы и замер в уже открытых дверях. Затем вырвал свою руку из её ладоней, резко развернул к себе спиной и совсем неджентльменским пинком придал Горгоне солидное ускорение. Сдерживая ярость и пытаясь не поломать ей при этом позвоночник. Женщина пролетела через всё помещение, перевернула столик, кувыркнулась через кровать и боком, ногами к верху, ударилась об стенку. Затем, с собачим повизгиванием поднялась на колени и затряслась как в эпилепсии. А из её горла вырвался лишь короткий вопрос:

- За что?!

- За то, что связалась с тварями и сама стала последней тварью! - ненависть меня переполняла настолько, что появилось желание добить таки эту страшную садистку. Но я только сказал: - Учти, твоё истинное наказание - ещё впереди!

Вышел, закрыл за собой дверь, но даже сквозь неё до меня донеслись звериные вопли отчаяния, страха и смертельного ужаса. Скорей всего арестованная догадалась, что лишилась самого страшного своего оружие. А это, возможно, и было для неё самым существенным наказанием.

На предутренних улицах столицы было весьма многолюдно. Что впрочем, не помешало одному их частых патрулей проверить мои документы. Придраться им не удалось, поэтому в гостиницу я прибыл вовремя. Не хватало возбудить ненужное беспокойство у моих многочисленных охранников. Хоть они и не могли наблюдать за мной визуально, но мало ли какие дела заставят их меня разбудить. Минут двадцать я смогу ругаться и возражать через крабер, но потом таки они взломают дверь. А может и не взломают? Проверять не хотелось, и по подземному ходу я поспешно добрался в апартаменты графа Шалонера.