Путь к звездам - И. Штефан

Астронавты чувствовали себя невообразимо легкими. Тело их потеряло вес, и они ощущали его совсем иначе, чем на Земле. Порой им казалось даже, что это вовсе не их тело.

Профессор Добре подошел к Вирджилу Чернату, вошедшему в общую коюту, и измерил его вызывающим взглядом с ног до головы.

— Хотя на Земле вы значительно превосходите меня в весе и объеме, держу пари, что я вас подниму, как перышко.

И, не дожидаясь ответа, схватил инженера за пояс и поднял его почти до верхнего иллюминатора.

— Да, товарищ Добре, здесь вы без труда можете стать мировым чемпионом тяжелой атлетики.

— Следует заметить, что теперь каждый аз нас может побить такой же рекорд! — заметил смеясь Матей Бутару.

Повесть заоблачного города

Скарлат, уже вернувшийся из медкабинета в общую каюту, не принимал участия в разговоре.

Он не отрываясь глядел в подзорную трубу. Ученый выглядел теперь по-прежнему и, хотя и старался не подавать виду, был совершенно поглощен своими наблюдениями. Спустя некоторое время он повернулся к своим спутникам:

— Мы приближаемся к главкому искусственному спутнику Земли! Смотрите, вот здесь… прямо впереди… эта маленькая светящаяся точка! Это наверное Гепта — первая цель нашего путешествия.

— Трамплин для межпланетных кораблей, взлетающих в космические пространства, — весело добавил Добре.

Анна Григораш и Сабина Турку с интересом рассматривали юбилейный номер журнала “Космос”, выпущенный по случаю пятилетия главного искусственного спутника Земли.

Журнал давал краткую историю появления этих внеземных станций. Возможность их осуществления была еще в начале XX века обоснована на строго научных основаниях великим русским ученым Константином Эдуардовичем Циолковским.

Дальше описывались эффекты различных скоростей.

Снаряд, вылетающий из дула пушки со скоростью, меньшей, чем 8 километров в секунду, описывает кривую и снова падает на Землю. Если скорость этого снаряда много больше, то есть если она достигает 11–12 км в секунду, он совершенно освобождается от действия силы притяжения нашей планеты и устремляется в межпланетное пространство. При промежуточной скорости от 8–11 км в секунду снаряд или всякое другое тело, например ракета, не падает больше на Землю, но и не может уйти за радиус земного притяжения, и, таким образом, превращается в малый спутник Земли, что-то вроде земной Луны, которая вращается вокруг земного шара, согласно законам, управляющим небесными телами. Конечно, такой спутник не нуждается в топливе, так само, как Луна не нуждается в посторонней, подталкивающей силе.

На вкладыше большой чертеж изображал первый корабль-спутник. Это была радиоуправляемая ракета, без экипажа. Поднявшись до 1000 километров, она стала искусственным, спутником Земли, орбиту которой она обходила за только два часа.

Снабженная автоматическими аппаратами для записи, кинокамерами и фотографическими аппаратами, ракета аккуратно передавала земным станциям очень важные сведения. Проделав несколько тысяч раз обход нашей планеты, она погибла при роковой для нее встрече с одним из метеоров. Интерконтинентальная ракета обнаружила ее остатки в Аравийской пустыне.

Двумя годами позже были построены первые ракеты-спутники с пассажирами. А позже, — продолжал журнал, — у ученых зародилась еще более смелая мысль: исходя из опыта, накопленного на производстве и при управлении шестью ракетами-спутниками, построенными в предшествующие годы, они решили создать в космическом пространстве настоящий летающий город — огромную научную лабораторию — в 6 500 км расстояния от Земли.

Много лет подряд тысячи ракет перевозили на летучую стройку специальное связывающее вещество и созданный для этой же пели сплав — несравненно более твердый, чем сталь и более легкий, чем алюминий, — а также комплексные установки, необходимые для этой гигантской стройки. Построение искусственного сателлита проводилось коллективом техников и работников науки, под руководством академика Владимира Белова.

Последние страницы журнала воспроизводили снимки различных межпланетных ракет, прибывающих или отбывающих с заоблачного острова. Его назвали “Гептой”, потому что он был седьмым по счету искусственным спутником Земли.

— Подумать только, что несколько десятилетий тому назад многие считали все это утопией! — проговорила смеясь Анна Григораш.

Расстегнув ремни, которыми они были прикреплены к складным стульям, они встали и заглянули в кабину управления, дверь в которую осталась приоткрытой.

Чернат сидел за пультом управления, на котором беспрестанно зажигались и гасли цветные световые точки. Стоя позади него, Матей Бутару не отрываясь глядел через его плечо.

— Как видишь, — говорил в эту минуту инженер, — мы находимся в предусмотренной нами позиции. Мы в 184 километрах от искусственного спутника. Радиогониометр полностью подтверждает график маршрута.

Действительно, они приближались к Гепте.

Теперь уже можно было видеть и невооруженным глазом вдали сверкающие сверху точки, которые с каждым мгновением становились все ярче и ярче. Это сверкали огромные вогнутые зеркала пятиметрового диаметра. С их помощью поддерживалось сообщение с Землей, когда пертурбации в ионосфере мешали передачам радиосантиметрическими волнами.

С правой и с левой стороны космического корабля пролетали все более многочисленные радиоуправляемые почтовые ракеты, везущие различные материалы с Земли на Гепту и с Гепты на Землю.

Время от времени проносились по направлению к земному шару управляемые зонды метеорологов, с помощью которых исследовалось состояние атмосферы.

Вирджил Чернат пустил снова атомные двигатели и, одновременно с этим, остановил автопилота. До спутника оставалось всего 30 секунд, и теперь астронавтам приходилось очень внимательно вести “Дерзновенного”.

Летающий остров виднелся все яснее и яснее. Это был диск, более тонкий к краям и более толстый посередине.

Четыре больших отверстия указывали точки отбытия и прибытия почтовых ракет.

Там же, на нижней стороне Гепты, рельефно выступали аппараты для метания управляемых зондов. Здесь находилась большая часть обсерваторий, которые казались подвешенными к брюху гиганта. Местами металлическая броня прерывалась, открывая большие прозрачные поверхности, которые, как окна гигантских размеров, были обращены к Земле. Сквозь них виднелся целый лес различных аппаратов и установок.

Повинуясь уверенной руке инженера Черната, “Дерзновенный” сделал широкий поворот и очутился над Гептой.