Беглецы с Планеты Обезьян - Джерри Понелли

Но хуже всего была местная станция Лос-Анжелеса. Патлатый болтун даже взвизгнул от восторга, прочитав заголовок: --СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ ПОТЕРЯЛИ КОСМИЧЕСКИЙ КОРАБЛЬ -ЕГО ЗАХВАТИЛА БАНДА ОБЕЗЬЯН!-

Хасслейн со злостью ударил по клавише и молча уставился в погасший экран.

Ничего, скоро мы выясним, что же все-таки произошло. И тогда я вобью все смешки обратно в их вонючие глотки! Да, вспомнил он вдруг, А о чем это говорил наш застенчивый и мягкий президент? Он снял трубку:

-- Генерала Броуди, пожалуйста.

Ровно через одну секунду оператор соединил его.

-- Да, доктор Хасслейн -- сказал Броуди.

-- Генерал, что это за доклад, который президент не стал с нами обсуждать? Что-то о том, во что он сам не верил?

-- Если босс не сказал этого, неужели вы думаете, я -- скажу? -сказал Броуди. Простите, доктор Хасслейн, но я несу за это личную ответственность перед президентом.

-- Разумеется. Я понимаю. Но и вы должны понять меня -- я не хотел бы оказаться совершенно неподготовленным. И кстати, я мог бы сам обратиться за информацией в Университет. Но я все же предпочел, чтобы вы избавили меня от ненужных и излишних хлопот.

-- М-м-м.

Долгое время телефонная трубка хранила гробовое молчание. Наконец снова раздался голос генерала:

-- Я могу сказать вам только одно, Хасслейн. Эти обезьяны могут оказаться гораздо более разумными, чем мы могли себе представить, гораздо более. Это все, чем я могу вам помочь.

-- Достаточно. Благодарю вас.

-- Не стоит. Конец связи.

Телефон замолчал.

Виктор Хасслейн вытянул вперед длинную тонкую руку, чтобы положить на место трубку. Он самодовольно улыбнулся -- четкостью и безошибочностью движений его руки напоминали совершенство движений автомата. Все его жесты были такими. Газетчики иногда называли его --человек-компьютер-- и это ему даже льстило. Ведь в конце концов, они на первое место ставили слово --человек--.

В детстве он зачитывался книгами о компьютерах, захватывающих власть на Земле и делающих существование живых людей бессмысленным. Он тогда воспринимал это очень серьезно и именно потому начал глубоко изучать технику, науку, математику и компьютеры. Он не хотел, чтобы люди страдали под игом равнодушных железных господ. Он хотел помочь им. Вскоре, однако, ему стало ясно, что эти фантастические рассказы никогда не станут реальностью. Компьютеры еще очень долго не смогут стать повелителями человека и Хасслейн успокоился. По крайней мере, он, доктор Хасслейн, теперь изучил их и будет стоять на страже всего человечества. Он не даст машинам взять верх над людьми.

Неожиданно для самого себя он вспомнил про обезьян. Шимпанзе. Обезьяны. Виктор Хасслейн улыбнулся. Вряд ли они смогут составить угрозу человечеству -- следовательно -- его это не волнует. Не имеет значения, насколько они умны. В любом случае -- они все равно останутся всего лишь обезьянами. Они не умеют думать. Как и компьютеры, они только поддаются дрессировке.

Глава 8

В маленьком помещении за сценой было очень жарко. Огромный зал Федерального здания Лос-Анжелеса был до отказа забит народом. Члены комиссии и их помощники, представители прессы, просто любопытствующие и те, кто имел значительный вес в определенных кругах. Вся эта масса людей невероятным образом сконцентрировалась в помещении, которое было рассчитано максимум на половину этого количества.

Резкий запах сотен человеческих тел, прижатых друг другу, их резкие голоса -- все это заставляло обезьян нервничать. Льюис Диксон волновался за них.

-- Может, включить кондиционер? -- спросил он.

-- Конечно. Что ж мы раньше не сообразили! -- Стефани подошла к двери и повернула рычажок. Стало немного прохладнее. За тонкой дверной перегородкой она слышала ропот толпы. Просто люди -- толпа людей. Она сама всегда нервничала, если ей приходилось находиться посреди большого скопления народа. Она понимала, что должны были чувствовать шимпанзе. Она повернулась к Зире и положила руку ей на плечо. -- Все будет в порядке.

-- Надеюсь. -- Зира нервно повела плечом -- Там так много людей...

-- И каждый из них в состоянии разговаривать разумно -- сказал Льюис. -- И думать тоже. И большинство из них -- умны они, или не очень -- поддаются внушению и разумным доводам. Так что все зависит только от нас. Вы готовы?

Корнелиус кивнул. Зира тоже. Стефани ободряюще улыбнулась им. -- Вы произведете фурор.

-- Не забудьте -- серьезно сказал Льюис. -- Когда я подам реплику, начинайте медленно и четко давать им простые ответы. Вопросы, я в этом уверен, будут очень простыми.

-- Хорошо -- сказал Корнелиус. Потом он хитро улыбнулся и взглянул на жену, чувствуя, что вопрос уже готов сорваться с губ его неугомонной половины.

-- А если вопросы будут не очень простыми? -- невинно спросила Зира.

-- Просто будьте самой собой -- сказал Льюис.

Корнелиус хмыкнул, потом поднял палец и погрозил Зире:

-- Своей лучшей частью , дорогая, прошу тебя.

Все четверо рассмеялись.

-- Доктор Диксон -- воззвал спикер из зала. -- Комиссия готова, доктор Диксон.

-- Идем -- решительно сказал Льюис. -- Стефани...

-- Да, правда. Она смущенно взглянула на шимпанзе и стала прикреплять к их ошейникам цепочки. -- Прошу прощения -- это не моя идея.

-- И не моя -- добавил Диксон.-- Но это необходимо.

-- Фу-у-у -- фыркнула Зира. -- За кого они нас принимают -- за горилл, что ли?

-- Тише -- прошептала Стефани. -- Пора.

Льюис взял цепочку, прикрепленную к ошейнику Корнелиуса, Стефани повела Зиру.

Сцена был огромной. Они медленно шли по ней под настороженными взглядами людей. Шимпанзе были в одежде -деловой костюм на Корнелиусе и дамский строгий костюм -- юбка, пиджак, светлая блузка -- на Зире.

Льюис и Стиви были одеты в том же стиле и вся четверка производила довольно занятное впечатление.

Посередине сцены стояло четыре стула. Льюис подвел к ним своих спутников и жестом пригласил их садиться. Зира и Стефани сели, потом на стул уселся Корнелиус, и лишь после этого свое место занял Льюис Диксон. Все четверо с любопытством оглядели раскинувшийся перед ними огромный зал.

Вот они, мои коллеги по комиссии -- подумал Льюис. С большинством из них он был лично знаком. Доктор Хасслейн -сторожевая собака президента -- но, однако, надо отдать ему должное -- чертовски талантливый врач и великолепный специалист по системному программированию.

Доктор Рэйдок Хартли -- зоолог, председатель факультета зоологии Гарварда, почетный член комиссии. Льюис знал, что это почетное членство было лишь данью уважения былым заслугам почтенного профессора. Все его открытия и его Нобелевская премия были уже в далеком прошлом.

Кардинал Макферсон. Странное имя для католического священника, подумал Льюис. Тоже далеко не дурак. Иезуит. Иезуиты в последнее время все больше стали интересоваться естественными науками, особенно биологией. И еще многие другие -- ученые, юристы, конгрессмены, члены Сената.