Сансара - Дарина Гордина

– А он борзеть начал! Дружить не хочет! – поддержал друга Колян.

– Ну ладно, отдыхайте! – Иван направил пистолет на одного из них и выстрелил прямо из кармана. Пуля пробила ногу тому, что сидел слева. Парень заорал и подскочил с места. Другой бросился на Ивана и повалил его на землю. Иван отбил атаку, но ноги от длительного сидения в позе лотоса так затекли, что выпрыгнуть не получилось. И эти двое молниеносно приставили к его голове два ствола, а руку с пистолетом завернули за спину, а через секунду аккуратно заворачивали Ивана в его же альпинистский коврик и перевязывали веревкой.

– Кто вы? Кто вас послал, пацаны? – пытался докопаться Иван. – Чего хоть нужно, скажите мне?

Но «туристы» не удостаивали Ивана ответом.

Его закрутили в коврик и связали, тесно сжав руки, даже ноги до колен оказались перевязанными, он сделал пару мелких шагов и рухнул на снег, как мешок с картошкой, и, уже лежа на снегу, увидел вдалеке возле леса маленькую, убегающую фигурку в остроконечном меховом колпаке и тулупе. Теперь ясно, кто его «заказал»! Вчерашний шаман! Права была Тамыр, наслал он на него порчу, но для чего, что ему было нужно? Но то, что произошло в следующий миг, окончательно потрясло Ивана. Один из парней отогнул рукав куртки, и под ним сверкнула стальная полоска часов.

– Объект взят, взят объект, – сообщил в микрофон парень.

– О боже, боже! – завыл Иван. – Это ты, Андрей! Ты просил меня сидеть тут смирно и ни на что не реагировать! Может быть, ты место перепутал?!

Минут двадцать Иван лежал на животе, глядя в снег, завернутый в альпинистский коврик, со скрученными руками, и понимал, что теперь, наверное, все кончено. Эти двое сообщали по рации свои координаты, наконец, сверху, над ними раздавался рев приближающегося вертолета, но Иван не мог даже повернуть голову, чтобы его разглядеть.

«Ну вот и все, кончилась очередная история! Было бы у него видение Элиона, он бы еще издали понял, что перед ним – тэды, а не „отбившиеся от стада туристы“! Ах, Андрей-Андрей, это все твоя наивная вера в чистоту и тайную силу Перекрестка! Если бы не твои пацифистские указания, Иван бы все успел, и пистолет выхватить, и выбить у них всю инфу о том, кто их послал! Сейчас его, скорее всего отправят в казематы! Видимо, поздновато осознала Лари, что хороший свидетель – мертвый свидетель, потому что не находил Иван никакого другого повода для возвращения „старых друзей“. Вытрясти из него нечего. Теперь можно только убить». И как в подтверждение его мысли, вдруг сверху, с вертолета раздались две автоматные очереди. Иван зарылся головой в снег и издал крик, похожий на крик раненого дельфина. Но крик издал не только он, парни рядом с ним жутко матерились и хрипели. Когда выстрелы прекратились, оказалось, что Иван цел и невредим, как «горец», а рядом с ним на снегу все в крови лежали убитые его мучители. Две пары грубых мужских сапог появились прямо у его лица, схватили начиненный Иваном коврик и его как неодушевленное содержимое, закинули в вертолет.

Власть пирамид

Тана не боялся Пирамид, Тана боялся времени, ибо время приближало смерть. Но и смерти Тана боялся. Не той, которую боятся все люди – переход из тела в тело он смертью не считал, эту тему он изучил досконально. Он боялся, что после выхода из тела его сущность могут уничтожить, растереть в космическую пыль. И тогда много миллионов космических лет он не будет помнить себя. Во Вселенной нет страшнее наказания. Даже если переход в другое тело будет неприятным, болезненным, он сможет сохранить память и весь накопленный опыт, а вот полной потери себя как личности он представить не мог и знал, что чем больше будет его энергетический потенциал, тем сложнее с ним будет сделать это. Такой смерти боялись все иерархи и правители Вселенной. Страшное наказание вызывало у Тана бурю протестов и возмущения против того, кто придумал эти законы. Тана желал свести счеты с хозяином мира, которого все боялись и называли «Высшей справедливостью». Именно со справедливостью он и решил разобраться, как демон и свободомыслящий интеллектуал. Он очень хотел лично поговорить с тем, кто придумал все эти законы. Для этого нужно подняться на вершину Пирамиды, а для этого необходимы время, власть и сила. Он бы спросил у Него, у Великого Иерарха.

– Почему Ты хочешь, чтобы Твои же творения Тебя боялись?

– Разве будешь бояться того, кто любит или кого любишь Ты?

– Ты говоришь о том, что так любишь Мир, но почему сам же заставляешь этот мир страдать? Ты никогда не вмешиваешься в страшные войны и даешь темным силам власть, возможность бесчинствовать во Вселенной! Почему?

Именно потому, что несправедливость была слишком явной, Тана и выбрал когда-то на Перекрестке Путей покровительство темных сил. С ними проще и быстрее получить власть и продвинуться во Вселенной. Если бы Тана дошел до самого верха, он бы предстал прямо, не боясь, перед ликом Всевышнего и сказал бы Ему, что он видит в Его законах явные противоречия. Нарушения Его собственных законов.

– Всякая власть исходит от Тебя. Ты есть истинный Властитель мира! Почему власть всегда приносит одни несчастья?! Само слово «Власть» употребляют с оттенком осуждения и зависти, а разве вся власть не принадлежит Тебе, Великий? С ее помощью Ты рисуешь законы, творишь, поддерживаешь и разрушаешь миры, никогда не интересуясь, нравится нам это или нет. Если власть дарит права и возможности, значит, добиваться ее, это естественное желание человека. Богат, прославлен, знаменит – значит, уважаем и соответственно счастлив. А это и есть атрибуты Бога. А как не подражать Тебе, если мы часть образа и подобия? А если я – Твоя часть, то в чем моя вина? Разве я поступаю плохо не с твоего молчаливого согласия? Если человек беден, бесславен, то он забыт и всеми покинут! Вот и выходит, что на Земле – главное деньги, ибо они и есть – власть!

Тана хотел разоблачить Всевышнего и призвать к откровенности. Об этом он грезил днями и ночами, эти вопросы он отсылал мысленно и вслух. Вот с кем бы он желал помериться силой! Он бы спросил у Всевышнего:

– Ты любишь наказывать после смерти, но сам позволяешь совершать любое зло.

– Разве надуманные, книжные морали не поражают своей противоречивостью? Почему говорят, что все, что исходит из Тебя – это Свет да Любовь? А воровство, убийство? Это же единственные средства добыть пищу в животном царстве! А потом за инстинкты выживания человека и судят? Не может человек действовать против своей природы! А не участвовать в борьбе, подставлять вторую щеку – это действовать против законов самосохранения! ЗАЧЕМ ЖЕ СОЗДАВАТЬ ТАКИЕ ЛАБИРИНТЫ и водить по ним неискушенные души! – Тана терзали непримиримые философские размышления. Каким образом люди могут жить по законам света, если эти законы не соответствуют безжалостной природе этого мира? Сначала Ты создаешь жестокие материальные законы, а потом судишь по законам духовным, требуя от людей кротости и смирения.