Чужая Война (Путь бога - 3) - Антон Козлов

Максим не столько увидел, сколько почувствовал, что вокруг что-то происходит. Обернувшись, он понял, что на всех кораблях эскадры в этот момент появились подносы с бокалами, и что все эльфы присоединяются к этому тосту.

- Да будет так. - В третий раз произнес Возрождающийся Бог, и отпил из своего бокала.

То же самое проделали все эльфы и люди.

Непередаваемо ароматный напиток наполнил все тело Фрадова блаженной истомой и одновременно бурлящей и рвущейся наружу энергией. На несколько мгновений Максим прикрыл глаза, словно старался подольше задержать это ощущение.

Когда же он их открыл, то обнаружил себя стоящим на палубе воздушного корабля рядом с Яной, Ямой, Олафом, Эллчагром, Кинтэллом и прочими эльфами. Позади раскинулся безграничный лес. Впереди расстилалось море травы. Сбоку виднелись знакомые очертания Карливалла. Сверху сияло кубическое Солнце.

- Мы на Черно-Белой Бусине. - Сказал Криннофиллис.

Но все это и так уже поняли.

* * *

Эскадру адмирала Ломилирна, как выяснилось, уже ждали. Из Карливалла почти сразу же навстречу ей вылетели несколько кораблей. И не только кораблей. Сияя в лучах Солнца всеми цветами радуги, помахивая двумя парами крыльев, в воздух поднялся громадный дракон, превосходящий по длине самый крупный эльфийский корабль. Лишь по цвету и по лишней паре крыльев Максим догадался, что это не Крахторот.

- Тризелна?! - Олаф всем телам подался вперед, и только борт корабля удержал его от падения.

Теперь стал виден довольно большой отряд лесных эльфов, летящий возле воздушных кораблей.

- Да, это она. - С улыбкой подтвердила Дилафисса.

- А где же Крахторот? - Повис в воздухе вопрос Яны.

- Он в лагере темных эльфов. Готовится к поединку. - Этот голос принадлежал Трисмегисту, который с небольшим опозданием присоединился ко всей компании.

Похоже, только землян удивил этот ответ. Но Яма и Дилафисса быстро просветили их относительно законов племени драконов. Оказывается, Горохор не мог просто так препроводить Крахторота на суд старейшин. Вначале он должен был победить его в поединке. Это правило действовало с незапамятных времен, когда драконы служили Древним Богам. В одиночку они правили целыми мирами и, вполне возможно, иногда их интересы пересекались. Тогда устраивался поединок, и проигравший обязан был подчиниться победителю. И даже теперь, когда преступления Крахторота были очевидны, он имел право на отстаивание своего мнения.

- Выходит, если победит Крахторот, то агрессия темных эльфов будет оправдана?! - Не поверил своим ушам Олаф.

Яма нахмурил брови:

- Я даже не допускаю мысли, что этот старый червяк победит моего друга Горохора!

- Да я не это имею в виду. - Поправился Олаф. - Меня возмущают сами законы драконов. Они уравнивают в правах добро и зло.

- А ты уверен, что знаешь, что есть добро, а что есть зло? Спросил Яма. - Каждое разумное существо считает добром то, что ему нравиться, а злом - то, что ему отвратительно. Но даже в пределах одного вида разные индивидуумы имеют разные мнения, зачастую прямо противоположные. Если же рассмотреть межвидовые различия в мировоззренческих концепциях, то становится ясно: то что одни считают добром - для других является злом, и наоборот...

- Опять он за свое... - Усмехнулась Яна.

Но Олаф не был настроен на философский спор. Он увидел, что лесные эльфы сопровождают Фею Шипов Тризелну, и совершенно забыл обо всем другом. Возможно, поэтому законы драконов остались без изменений.

Да и Яма нашел себе нового собеседника. Ненадолго войдя в мысленный контакт, он радостно сообщил окружающим:

- Горохор прибыл не один. С ним кругг Акон.

- Путешествующий кругг? - Заинтересовался Криннофиллис. - Никогда не слышал о таком чуде.

- Они с Горохором избороздили половину Хаоса и четверть Срединных Миров.

- Кто такой кругг? - Яна весьма ощутимо ткнула локтем в бок своего друга. Она не любила долго оставаться в неведении.

- А вон, видишь, в углу между теменными шипами Грохора сверкает золотая шишка? Это и есть кругг.

В это время корабли эльфов сблизились, а дракон описывал вокруг них большие круги. Так что люди, затаив дыхание, разглядывали его гибкое мускулистое тело, покрытое сверкающей чешуей. Но даже на фоне ее блеска заметно выделялась небольшая золотая нашлепка на темечке.

- Этот комочек аморфной массы и есть кругг? - Недоверчиво протянул Олаф. - Теперь понятно, почему они редко путешествуют.

- Кругги - самые сильные маги из всех смертных рас. - Тихо сказала Дилафисса. - Если бы они хотели, то заняли бы место Богов...

Она покосилась на Трисмегиста, беседующего с Эллчагром и Кинтэллом, и добавила:

- Впрочем, ненадолго...

Тем временем и эскадра Ломилирна, и встречающие их корабли пошли на посадку прямо посреди Серебристой степи.

- В чем дело? - Спросил у Дилафиссы Максим.

- Поединок драконов произойдет здесь, на нейтральной территории, между Карливаллом и лагерем темных эльфов. Вблизи населенных пунктов устраивать его было бы неразумно.

Оценив размеры Горохора, люди с этим согласились.

С одного из приземлившихся кораблей навстречу королю Эллчагру выбежал принц Эллмир. Братья крепко обнялись. Неспешным шагом к ним присоединились Трисмегист и Кинтэлл. Между всеми ними произошел короткий разговор, после чего Эллмир порывисто сорвал с шеи медальон Жемчужины и без колебаний вложил его в руку Трисмегиста. В ту же секунду Возрождающийся Бог исчез.

- А как же поединок? - Растерянно протянула Яна.

- Возрождающийся сказал, что не собирается вмешиваться в дела Ожерелья. - Напомнил Яма.

- Он уже вмешался, замутив все это дело. - Сказал Максим.

- Ты считаешь?... - Повернулась к нему Яна.

- Ничего я не считаю. - Отмахнулся Фрадов. - Но меня не оставляет ощущение, что практически невозможное объединение эльфов Ожерелья и Империи Повелителей происходит согласно некоему долговременному плану.

- А-а-а! - Олаф красноречиво посмотрел туда, где совсем недавно стоял Трисмегист.

- Но не будем говорить об этом. Пусть все движется своим чередом... или по плану.

Тем временем Горохор опустился на землю возле эльфийских владык, и с его головы скатился кругг. Акон выглядел как золотой шар размером с большой детский мяч. Периодически из его тела вытягивались отростки, при помощи которых он весьма ловко передвигался.

Яма подбежал к своим друзьям и о чем-то переговорил с ними. Эльфы с кораблей Ломилирна наперебой рассказывали своим товарищам о приключениях на других Бусинах Ожерелья. Олаф наконец-то смог обнять Тризелну, принявшую на земле свой человеческий облик, А Максим встретился с Диньзиль, которая прилетела вместе со свитой принца Эллмира. Крепкие объятия влюбленных плавили тела, как воск; медовыми реками текли нежные слова; глаза сияли радостью и восторгом.