Хождение за три неба - Вн. Аверкиев

Олеся повернулась ко мне и утвердительно кивнула головой. Глаза её вспыхнули в ожидании очередного подарка. Мне стало стыдно… Придётся найти этот чёртов фильм и запудрить девушке все мозги уверениями, что настоящая красота кроется в уродстве.

— Афоня! Внимание… А-а-атставить! Это наша кошка… Смотри справа на два часа. — «Скаф» был на боевом посту и, как обычно, на высоте. Я даже не успел снять ВСК с предохранителя. Справа колыхалась трава, и мелькала самая верхушка голубой спины.

— Спишь, телохранитель? Уволю! Справа к нам несётся дикий зверь. Да не тряси ты автоматом… раньше надо было. Знакомься — это наша кошка! Как зовут? Я её зову просто — Кошара, а что? Надо ей дать имя? Вот и давай сама. Работай, телохранитель, работай! Твоя первейшая задача — уберечь меня! Всё остальное — так, удовольствие. Можно сказать — именины сердца!

Подбежавшая кошка резко замедлилась и зашипела, стеганув себя по бокам пару раз. Потом прижала уши и, спрятав хвост, медленно, на полусогнутых лапах, пошла к нам. Олеся забросила автомат за спину и, присев, протянула к кошаре руки. Кошка внимательно обнюхала их. Там не только запах оружия и овсяного печенья, догадался я, там ещё и запах голубых капсул! Синяя зверюга удовлетворённо заурчала и расслабилась. Так они и сидели, знакомясь. Две барышни. Одна на корточках, другая — на своём хвосте. И что-то постоянно мурлыкали друг другу!

Глава 4

Деда ещё не было. Он всё ещё о чём-то говорил наверху с Егором. Стриженая «под ноль» Олеся, положив автомат на колени, сидела у лестницы на последний подземный уровень ракетной шахты и с интересом рассматривала металлические стены моего личного вокзала, лежащую около Шарика груду контейнеров и меня, ожесточённо и молча забивавшего эти самые контейнеры в багажный отсек прицепного вагона трамвая «Желание». А желал я одного — кого-нибудь в помощь, ещё бы хоть пару рук на погрузку. Всё-таки ворочать эти пакетики с метровой стороной грани было тяжело. Деда, понятное дело, я припахать не мог, да и не было его на терминале, поэтому я зло посматривал на лысую телохранительницу, рассевшуюся на складном стульчике у входа и делающую вид, что она крайне озабочена исключительно вопросами охраны моего здоровья… А оно было уже на пределе. Я смахнул каплю пота с носа и с гиканьем кинул очередной контейнер в грузовой вагон. Рукавом вытер потное лицо. Ладно, контейнер, а вот с песком, что прикажете делать? Олеся делает вид, что стоит на посту, да и не буду я её привлекать к погрузке, не женское это дело, а чьё тогда? Моё? Выходит, что да… Я с ненавистью пнул увязанную стропами брезентовую ёмкость, на которой была табличка «Осторожно! Платья!» Олеся тихонько хихикнула. Я лишь ожесточённо сплюнул, глотнул из носика чайника подсоленной воды, кося на лысого надзирателя налившимся кровью взглядом, и с тоской повернулся к куче оставшегося груза.

Но тут, всё ещё о чём-то разговаривая, на терминале появились Егор с дедом, и начальник службы безопасности спортбазы безотказно помог мне закинуть оставшиеся узлы.

— Ну что, внука? Пора ехать, пожалуй? Олеся, ты готова? — Дед благостно обвёл глазами опустевший терминал.

— Олеся наверняка готова, не перетрудилась поди, а я пошёл мыться и переодеваться! — Скрипучим и ненавидящим всё живое голосом начальника вокзала отозвался я. — Отправление поезда задерживается на полчаса, граждане пассажиры!

Егор тонко улыбнулся.

— Ты в коттедж для руководства метнись, Афоня. Там и камуфляж свежий возьмёшь. А этот брось в душе. Девчонки потом постирают. Только карманы проверь.

— И ещё корм кошачий там возьму… Так и планировал, Егор. Ждите!

Дед весомо кивнул. Олеся чуть покраснела и отвела глаза. Надеюсь, от представшей перед ней картины. Я голый в душе, с мешком кошачьего корма… Обалдеть просто… Бухая ногами по железу, я попёрся в коттедж. Ещё этот чёртов песок грузить! А может Шарик сам его наскребёт? Он же умеет брать грузы?

В общем, вы всё поняли, надеюсь? Да, мы выезжали на Корону. Всей шайкой-лейкой. Владетель планеты (одна шт.), его воспитатель и советник — дед, это и объяснять не надо, телохранитель (ница) — одна штука. С моими знаниями и навыками, да плюс ещё автомат АК-103 в полном обвесе — весьма опасная штука! Да! На этот раз я кортик взял! Сейчас он болтался почти на уровне колена, притягивая ко мне восхищённые взгляды окружающих.

По крайней мере, на него сразу уставился архимаг Адельгейзе. Опасается он меня, что ли? Боится, что зарежу кого-нибудь ненароком?

— Здравствуйте, мой дорогой архимаг! Позвольте представить вам моего воспитателя и советника — полковник Русских! — Рукой я изящно указал на деда. Конечно, он взял псевдоним на время командировки. Сколько в его жизни было имён! Он свою-то фамилию помнит не твёрдо.

Дед чуть наклонил голову и щёлкнул каблуками. Он был в своём сталинском мундире с высоким стоячим воротником. И с орденами на груди. Я лишь завистливо вздохнул. Да-а… такого иконостаса мне уже никогда не собрать… Придётся удовлетвориться лишь синей кошкой… Да ещё и котята! Чуть их не забыл…

— Полковник, к сожалению, не знает вашего языка, архимаг. — Я перешёл на русский. — Можно с этим что-то сделать?

Адельгейзе закивал и махнул рукой, внимательно рассматривая великолепного деда.

— Конечно, конечно, Непобедимый Бессмертный! — Дед с интересом взглянул на меня, потом на секунду задумался и удовлетворённо кивнул. — Это не вопрос! Мы с удовольствием дадим полковнику амулет на первое время…

Архимаг, не прекращая говорить, отошёл к своему столу, порылся на нём и, удовлетворённый, повернулся к нам.

— Да вот и он! Носите при себе первое время, полковник, и все проблемы будут решены… А потом мы что-нибудь придумаем!

Дед с интересом взял амулет.

— Благодарю вас, архимаг! — сказал он уже на общем для Короны языке, — Но вы неплохо говорите и на русском!

— У меня были замечательные учителя. Ким и его друзья… Да, столько лет прошло, а они стоят перед глазами как живые…

— А мёртвыми ведь их никто и не видел, архимаг! — Я незаметно перехватил нить разговора. — И в заключение — мой телохранитель… телохранительница. Для неё знание вашего языка пока не важно. Главное — она понимает мои команды!

Я немножечко соврал. Получив мою кальку, Олеся, естественно, получила и знания всех известных мне языков. Почему я это утаил — не знаю… Утаил, и всё тут! Как говорят вояки, первое и самое быстрое решение — оно самое верное. Ибо основано на инстинктах, на подкорке…

Архимаг внимательнее присмотрелся к Олесе. Поняв, что перед ним стриженая «под ноль» девица, архимаг немного ошалел.