Вас зовут «Четверть третьего»? - Всеволод Слукин

Скажите, господин журналист, вы тоже меня считаете сумасшедшим или как?

Ах, не считаете? Так что ж вы тут сидите! Подите скажите всем этим лунатикам-суматикам, что я здоров, как бык. Что все дело в «рефлексе времени»! Разве они не читают газет, не знают о профессоре Шиндхельме? Принесите им, в конце концов, номер вашего журнала. Пусть они меня выпустят.

Что, «успокойтесь, успокойтесь»! Так я им и успокоюсь. Я перебью весь этот «желтый дом», если они меня будут держать еще хотя бы день!

Что? Как меня сюда засунули? А разве вам это не известно? Так это ж типичная провокация!

После того, как я вчера попрощался с вами, я расплатился за гостиницу, взял вещи и отправился к Советскому посольству.

Недалеко от него ко мне подошел какой-то господин и вежливо спросил, который час. Я ответил, конечно, не посмотрев на часы. Он обиделся, стал меня стыдить. Что я, мол, не уважаю людей и вообще, может быть, даже обманываю. «Обманщик!» — он мне так и крикнул.

Сейчас же подошел полицейский и спросил у этого болвана, в чем дело.

Я махнул рукой и пошел было своей дорогой.

Но полицейский схватил меня за руку и потребовал объяснений.

Пришлось рассказывать. Полицейский не отпустил меня. Он тоже спросил о времени. Я сказал. Он сразу же пристал, почему я отвечаю, не глядя на часы. Я сказал, что могу вообще не отвечать, это мое дело, и все такое. Так, слово за слово, и мы с ним поцапались.

Мне надоело, я вырвал свою руку и хотел идти.

Полицейский схватил снова. Подбежали еще двое, меня скрутили и сунули в машину. Машина оказалась поблизости. В полицейском участке будто чудом появились врачи. Опять же нарочно. Походили, посмотрели, пощелкали молотком по коленкам и увезли на санитарной машине в этот проклятый дом. Толкнули в отдельную палату. Я стучал, рвался, потом уснул и проснулся почти через сутки. Видно, мне подсыпали какого-то снотворного…

Сегодня утром я был паинькой. Не стучал, не ругался. Решил, что таким путем я отсюда не выйду. Нужно придумать что-либо похитрее.

Хорошо, что приехали вы. Подтвердите всем этим психам, что я не простой человек! Хотя это их самый главный козырь… Я ведь им говорил, а один врач отметил: «Мания величия!» Сказал мне: «Успокойтесь, Вы действительно необыкновенный человек. Только…» И пошел меня убеждать, что время и я — совсем разные вещи.

Но я не стал с ним спорить. А теперь, когда здесь появились вы, вы, единственный человек, который может рассказать правду обо мне, теперь, я думаю, дело наладится. Чихать мне на все эти порядочки! Я или выйду отсюда законным путем или удеру. Вы ведь не выдадите меня? Так? Да скажите же хоть что-нибудь! Перестаньте строчить в блокноте. В конце концов, напишите, позвоните, протелеграфируйте профессору Шиндхельму. Пусть он сюда приедет. Пусть он расскажет…

Вы слышите? Слышите? Послушайте, как идет время. Вот оно.

Вот его шаги! Черный тоннель.

Длинный тоннель. Это то самое обычное время, которое вы, дураки, определяете по часам. Вы видите километровые столбы в тоннеле? Это не километры. Нет! Это часы и минуты… Часы и минуты… Часы и минуты…

…Вы не пугайтесь. Не уходите, прошу вас. С вами можно словом перекинуться, а с этими олухами что говорить? Мне постоянно кажется, что в конце тоннеля времени стоит тот самый гитлеровский офицер, который был комендантом в бабкиной деревне. Он стоит с автоматом. Вот закончится тоннель, и тогда автоматная очередь перережет меня пополам. Нет, мне не прикрепят доску с надписью: «Партизан»… Нет, я трус! Так стреляй, стреляй!

Куда же вы? Не уходите! Не уходите!!!

Вот так. Хорошо. Посидите еще немного. Я вам кое-что расскажу. Сядьте поближе. Вот сюда. Вы заметили здесь санитара с такими голубыми глазами и белобрысой челочкой? Ну, да. Пожилой.

Ему этак под пятьдесят. Он, он пил тогда коровью кровь из пивной кружки, а потом еще толкнул меня сапогом. Ошибаюсь? Нет, я в своем уме. Его хорошо запомнил. Хорошо запомнил!

Это его нужно полоснуть из автомата. Или упрятать в «желтый дом». А я хочу домой. Домой!

Вы слышите? Подождите, не уходите! Я еще не все сказал…

Вы хорошенько посмотрите на этого санитара.

Запомните эту рожу. А Зайлер? Ну, тот самый, что был у господина Шиндхельма. Запомните и его…

Скажите, а где вы были во время войны? Ах, во Франции. Это хорошо. Франция! Вино, женщины.

Ах, Париж! Ах, Марсель! Ах, парижаночки! А в Орадуре вы были?

Нет? Жаль. А то я бы плюнул… с удовольствием бы плюнул в вашу сытую рожу. А под Ленинградом вам не удалось побывать? А под Курском? А под Берлином? А вы помните Освенцим?

Ах, вы не помните Освенцим!

Куда же вы, подождите, я еще не все сказал.

Я еще не все сказал!

12. Сообщение в газете «Абенд цайтунг»

Как нам сообщили из Бонна, русский Иван Никифоров, по прозвищу «Четверть третьего», единственный человек в мире, который мог определять время без помощи часов, что было достигнуто в результате опытов профессора Шиндхельма, покончил жизнь самоубийством 8 января в психиатрической лечебнице, повесившись на дверной ручке.

13. Траурное объявление в журнале «Виссеншафтлихе ревю»

11 января этого года в результате несчастного случая с автомобилем на автостраде Бонн — Кельн погиб известный ученый профессор доктор Оттокар Шиндхельм.

14. Заметка в газете «Зонтагсрундшау»

«Несчастный ли это случай?»

Новый год ознаменовался трагическими событиями: в боннской психиатрической лечебнице покончил с собой «человек-часы» Иван Никифоров.

Спустя три дня при загадочных обстоятельствах погиб создатель «рефлекса времени» — всемирно известный профессор О. Шиндхельм.

Его автомобиль перевернулся и упал в кювет по левую сторону автострады Бонн — Кельн, когда господин профессор направлялся на аэродром, чтобы вылететь в Соединенные Штаты.

Само по себе то обстоятельство, что машина господина профессора перескочила зеленую полосу и выехала на ленту автострады со встречным движением, уже дает пищу для размышлений, ибо по утверждению полиции скорость автомобиля не превышала 65 километров в час и сам профессор, управлявший машиной, был совершенно трезв.

Странно, почему полицией не были предприняты розыски машины, которую обгонял господин Шиндхельм в момент катастрофы и которая вдруг сделала резкий поворот влево. Все это взято нами из полицейских протоколов осмотра места аварии. Полицейские ясно различили след автомашины, которая быстро скрылась в северном направлении.

Невольно напрашиваются следующие выводы: а) почему обгоняемая машина резко вильнула в сторону? б) почему она не остановилась после катастрофы, чтобы попытаться оказать помощь пострадавшему? в) что это была за машина? г) и вообще, если вспомнить, какие опыты ставил господин профессор, и были ли они выгодны некоторым нашим высокопоставленным лицам, встает последний и самый главный вопрос: несчастный ли это случай?