Тигр на свалке - Дмитрий Шубин

– Быстрей в машину! Засада! Сюда кто-то летит! Их много!

Макс не испугался, он только обозлился и выкрикнул, глядя с ненавистью в глаза П. Алекса:

– Сука!.. Ты сдал нас, старик!

Я видел как будто в медленном повторе: Корсигас сунул руку за спину, выхватил блестящий револьвер и… тут я нажал на курок. Пуля попала Максу в ямочку между плечом и шеей. Его отбросило назад на автолет, и он стал сползать. Алекс отпрыгнул в темноту, и я отметил сквозь прицел ночного видения, что Роди залег за ствол поваленного дерева. Резвый старик. Элизабет шустро отбегала к кустам. Собаке легче. И вовремя. Джерри Базука передернул затвор автомата и выпустил оглушающую очередь. Парень, тот что в берете, высунулся по пояс из салона и железной рукой стал легко затаскивать Корсигаса в салон. Орангутанг, расстреляв магазин, вслед за своими запрыгнул в машину, захлопнув за собой дверцу. «Проснулись» русские и принялись поливать автолет градом пуль. Броня легко сдерживала этот обстрел, машина начала подниматься в воздух, по ходу поджимая под днище колеса. Стартанула с места, будто ракета, и, тарахтя двигателем, стала быстро удаляться в сторону гор. Через пару минут в хвост ей встали два узких боевых вертолета, промчавшиеся над нами. Я посмотрел вверх и заметил еще несколько темных силуэтов автолетов, летящих линией. Одна машина вдруг резко стала снижаться и приземлилась ровно между потухающими кострами, впрочем, садиться на острове было больше некуда. Я навел прицел на открывающуюся дверцу и обнаружил, что из отсвечивающего оранжевыми бликами автолета выбрался вездесущий священник. Алекс поднялся с земли, отряхнулся и вышел ему навстречу. Атон протянул ладонь для приветствия, чем сразу показал свое дружеское расположение не смотря ни на что. Русские стали подтягиваться к полянке, прибежала Элизабет. Я спустился с дерева, направился к дому, включил фонарик, осветив вход, и крикнул:

– Жанна! Выходи, все кончилось. Жанна!

Девушка выглянула из-за косяка, зажмурилась от света и, когда я убрал луч, побежала ко мне. Я бросил автомат и принял Жанну в свои объятия. Я прижал ее к себе и понял, что соскучился так, будто мы знали друг дружку давным-давно, а потом надолго расстались. Она немного отстранилась, легко, демонстративно постучала своими кулачками по моей груди.

– Это из-за тебя все случилось?.. Они так сказали.

– Я и вытащил тебя из их лап…

– Впрочем, все классно, я здесь, в Мексике. Когда бы еще смогла попасть сюда?

– Да, вроде бы все закончилось хорошо. А знаешь, я прожил здесь всю жизнь.

– Мне уже сообщили, я была очень настойчива в вопросах. Так как мне тебя звать, Сандро или Санчо?

– Санчо, теперь Санчо. Хотя, зови, как хочешь, только не бросай в терновый куст. – Я рассмеялся. – Ладно, пойдем, надо задать пару вопросов Атону. Меня эти вопросы просто замучили. Пора поставить точку.

Я поднял автомат и мы направились к опустившемуся автолету.

Атон Полиевски уже сидел на поваленном стволе дерева. Ребята подбросили веток в ближайший костер. Стало немного повеселее и посветлее. Жанна сходу набросилась на священника:

– Вы, идиоты, чуть не отправили меня на тот свет!

Все удивленно посмотрели на девушку.

– Меня держали на свалке, а эти ребята, – она ткнула пальцем в Атона, – создали там что-то наподобии мартеновской печи. Теперь там сплошное огненное озеро.

– Уж извини, Жанна, но жизнь одного человека в данном случае не имеет никакого значения по сравнению с тем, что мы сегодня сделали на благо всей цивилизации. Мы применили совершенно новый вид оружия и расплавили весь металл на свалке, соответственно вместе со всеми искусственными животными на ней. Мы вытравили их, как вредных насекомых. Человек во все времена пытался морить тварей, да и в наше время ничего не изменилось, только, пожалуй, отрава стала убийственней. – Атон усмехнулся. – Через несколько дней, когда лава на свалке остынет, там останется лишь гладкая металлическая поверхность, гигантский блин толщиной в несколько метров. Кстати, как вам удалось оттуда сбежать? Когда выяснилось, что Карлос до сих пор жив, я очень удивился.

– Там под свалкой много туннелей, шахты, где работали животные. Мы ушли по туннелям к горам.

– А что они там добывали? Зачем шахты? – спросил П. Алекс. – Серебро, что ли?

Священник достал из кармана пробирку и потряс ею. Внутри пересыпались с места на место серебристо-серые кристаллы.

– Вот это и добывали, – произнес Атон.

– Что это? – спросил я.

– Германий, – ответил Роди и добавил. – Дорогая штучка, без нее сейчас ни одна электроника не проживет.

– Оттуда и деньги, оттуда и власть. – Полиевски спрятал пробирку и спросил: – Он прилетал за дискетой?

– Да, – ответил я. – Что на ней? Почему всем нужна эта дискета?

– Это секретная информация. И в данном случае, настолько ценна что ее секретность надо защищать армией лжи. Врать же вам мне просто не хочется. А на самом деле вся эта история с дискетой помогла нам серьезней взглянуть на угрозу, которую нес Стигматник Карлос. Когда я прилетел сюда несколько месяцев назад, чтобы разобраться, что это за новая религия, быстро завоевывающая сердца и умы добропорядочных прихожан, то понял, что мы теряем Латинскую Америку. Поначалу я решил, что со всем эти разобраться будет очень просто. Правда узнать, что за этим всем стоит кибер, мне пришлось очень постараться. Неординарная обстановка. Когда, лишив нескольких парней здоровья, моя группа все же выяснила, что стоит за всем этим простое древнее электронное устройство, я расслабился. Надо лишь выловить тигра. Однако все оказалось намного сложнее. Нам даже пришлось применить новые, секретные типы оружия, разработанные на основе расщепления турбиния.

– Церковный металл? – переспросил Алекс.

– Да, но просьба об этом не распространяться. Мы неплохо поджали Карлоса, осталось лишь поймать его, что сейчас и делают мои парни.

– Вот ты, Атон, кажешься умным, знаешь обо всем, – произнес я. – Скажи мне, зачем Карлосу нужно было придумывать и продвигать какую-то новую религию? Для чего вся эта суета?

– У-у, – закатил глаза Полиевски, потом вынул сигарету и, прикурив, выпустил струю дыма. – Ответ кроется где-то в глубинах времен, дорогой мой. Религия завоевывает умы, с религией приходится считаться. И хотя времена меняются, н, как и тогда, в средние века, когда Папе под напором обстоятельств все же пришлось признать наличие души у американских индейцев, в наше время Павлу-седьмому тоже необходимо что-то предпринимать на счет души клонов и других искусственных созданий. Религия во все времена играла важную роль во всех бренных делах человеческих. Что бы это ни было: война, политика, мистика, наука. Всегда надо иметь возможность изменять каноны. Всегда надо подстраиваться так, чтобы о тебе не забывали. Когда ученые, игнорируя все людские законы и протесты Церквей вывели клон человека, а потом начали производить массу тварей, имеющих интеллект, не уступающий человеческому, нужно было одобрение или непринятие этого Церковью.