Мустанг и Чика. Черновик. - Макс Ливнев

Ага, будто это может нас, разгоряченных, остановить. На экстренном полутораминутном совете было принято решение постового нейтрализовать, не сильно побив, ружжо отнять, запрятать в развалинах и провести намеченные тренировки как обычно.

Основные действия я мужественно водрузил на себя, заодно и пацанве решил преподать кое-какие приемы из своей боевой прошлой жизни. Когда-нибудь вдруг пригодятся. Кто-то из классиков вякнул, что жизнь есть борьба. Врагов вокруг, значит, до черта.

В общем, пацаны по малоопытности распределились на козление солдата со стены, отвлекая его. Я должен перелесть забор в другом зачетном месте и подкрасться к нему с неожиданного направления. Оглушающий удар, и тело затаскивается в развалины. Акашка бережно прячется где-то там же. Матерчатым ремнем служивому на всякий случай связали руки. Тот пришел в сознание довольно быстро и принялся с перепугу материться. Я пообещал ему отвесить люлей, если не заткнется и не расскажет кое-какие военные тайны типа времени смены караула. Пытать не пришлось. Солдатик честно, хлопая глазами, поведал, что в нашем распоряжении еще целых сорок минут. Вообще, парень оказался из нормальных парней, без заскоков. Судя по морде, призвался он из хулиганистого сословья, а значит, из понятливых. По этой причине решили ему не затыкать рот и оставить смотреть на наши скакания по стенам.

Сегодня собирался пацанам основательно преподать винты и овербах. В зале со шведской стенки тоже можно прыгнуть, но лучше начинать элемент со свободных рук. Хоть в этом году снега выпало очень мало, здесь получились нехилые сугробы.

И зачем тут караул выставили у развалин? Вспомнилось золотое детство, как меня и моих друзей в еще более мелком состоянии гоняли бравые солдатики. Все возвращается на круги своя. Надеюсь очень, что среди служивых не найдется такой дебил, который надумает исполнить устав караульной службы против обычных малолеток. Надо чего-то решить, чтобы обезопасить моих паркуристов.

— Слышь, рядовой, как тебя звать? — продолжил допрос пленного.

— Коля…

— А полностью?

— Коськин Николай.

— Я письмо тебе напишу… Вернее, не тебе, а твоему начальству. А ты его передашь. Я к тому веду, что мы здесь будем постоянно заниматься. И чтобы не было накладок.

Рядовой Коля мне ничего не ответил, задумавшись. Ладно, думай военный пацан, а нам надо отведенное время осваивать.

Прыжки с высоты мне сегодня особенно хорошо удались под восхищенный свист приятелей. Солдат тоже смотрел на мои кульбиты во все глаза. У пацанов катлипы, или по-русски сказать, зацепы, получались тоже не в пример лучше. У некоторых стали выходить даже прыжки с поворотом. Братва прогрессирует. Скоро своего учителя догонят.

За десять минут до смены караула, чтобы не палить служивого, вернули ему ружжо и, попрощавшись, рванули к бетонной ограде. Коля, впечатлившись увиденным, попросился приходить на наши тренинги. Я ему популярно разъяснил, что из-за его солдатских сапог ни о каком паркуре не стоит даже мечтать.

Ленивой трусцой мы протрюхали до своих обиталищ приводить себя в порядок перед школой. Сестрина семейка дружно досматривала свои утренние сны. Я решил совместить омовение после тренировок и расслабон для визита в небесный кабинет. Набрал теплой воды в ванну, разделся и, блаженно подвывая, сунулся туда.

Хранитель, буркнув приветствие, тут же куда-то унес свою призрачную задницу. Фиг с ним! Обойдусь своими силами. Врубил небесный интернет и начал поиски Коляна, покорившего сердце отпадной девушки Юли. Заодно хотелось проверить одну догадку насчет возможного ее косяка. Не послужила ли эта любовь предлогом провала подпольной молодежной группы, ищущей свой путь к своим высоким идеалам? С высоты сорокалетней колокольни можно с высокой степенью вероятности предположить самые подлейшие провокации в исполнении ореликов с Лубянки в отношении прекраснодушных, только начинающих свой поиск истины молодых людей.

По юлиным линиям жизни добрался до времени учебы в Педагогическом институте имени Крупской, питомнике диссидентствующих бардов и рассаднике свободомыслия. Как только ее батя лоханулся, согласившись отдать свою дочуру туда образовываться? Группа «Левая школа» под лидерством Натальи Магнат создалась в стенах института еще в начале 1973 года. Мыслящие молодые люди ощущали фальш пустых слов с высоких трибун и искали истинный, незамутненный путь в светлое будущее. Чем-то эта деятельность напоминала борьбу протестантов с католиками за чистое и правильное понимание христианского учения. Только теперь новые протестанты боролись за чистоту идей марксизма-ленинизма.

Группа считала, что совершилась подмена. Бюрократия, необходимая для функционирования любого государства, совершила переворот и захватила власть. Уничтожив самую активную часть коммунистов, она гарантировала свою несменяемость, присвоив себе жреческие права определять истинное направление целей под ритуальные завывания и пляски вокруг имени Ленина.

Возмущенные отсутствием реальной, а не декларированной свободы советских людей, их отстранением от влияния на управление в стране, растрачиванием энтузиазма и усилий в бессмысленных ритуалах, ребята искали новые пути в современных учениях. Им было близки те направления, где общество развивается, не ограничивая человека, а давая ему максимальные условия для совершенствования.

В группе состояли в основном девчонки. В планах их деятельности было вербовка в свои ряды новых участников. В дальнейшем через агитацию и пропаганду они намеревались склонить основную часть партии к возвращению на правильный путь развития.

Осенью этого же года участники группы на вербовочных мероприятиях с огромным удивлением обнаружили существование другой подпольной группы, тоже озабоченной отклонением общественных процессов в стране от ленинских принципов. Группа молодых ребят, весьма неплохо подкованных теоретически, называлась «Партия новых коммунистов». Их возглавлял пятнадцатилетний школьник Саша Тарасов. Несмотря на очень юный возраст, им были написаны несколько серьезных теоретических работ.

Весной следующего года, в один из майских вечеров, Юля на студенческом тусняке в Энергетическом институте осторожно вербовала молодых ребят. Довербовалась до влюбленности в красавчика Колю Никитина. С того момента они всегда были вместе. Вспыхнувшее между ними чувство волнующе обрамлялось романтикой совместной подпольной деятельности.

В сентябре 1974 года две параллельно действующие группы решили объединиться. Их лидеры возглавили это объединение с новым названием «НКПСС» (Неокоммунистическая партия Советского Союза). Приставка «нео» появилась, чтобы не смешивать их организацию с правящей контрреволюционной партией. С собой парни принесли идеи «новых левых» Че Гевары и Маркузе и какую-то особую бесшабашность, что заметно разбавило экзистенциальные устремления и основательность девчонок.