Социальная сеть "Ковчег" - Евгений Вецель

За эти несколько часов мне уже надоело плыть. Не знаю, чем людям нравятся морские круизы, но это очень скучно. Сплошная однообразная вода вокруг, волн много, но все они одинаковые. Так как лист я утопил, пикожучки перестали работать, поэтому от монотонного звука и постоянной качки я уснул. Проснулся я через несколько часов, когда солнце уже стало клониться к закату. Проснулся от того, что скорость стала снижаться.

– Скоро остров Суртсей, – показывая пальцем вдаль, громко сказала Таня, – тут и заночуем.

Я посмотрел туда, куда показывает Таня, видении увидел столб лёгкого дыма. Когда мы подплыли ближе, открылся вид на небольшой остров с вулканом посередине. Он слегка дымил, обозначая себя. Остров был живописным, но деревьев на нём не было, только мелкий кустарник и трава.

– Знаете, что это за остров? – спросила Таня.

– Нет, конечно, – ответила Даша, – расскажи.

– Это знаменитый остров Суртсей, – начала рассказывать Таня, поглядывая в свой лист, – он был назван в честь Суртура, бога огня в скандинавской мифологии. Это единственный остров в своём роде. Он уже 7 раз рождался и умирал.

– Как может умереть остров? – спросила Надя.

– Понимаешь, – продолжила Таня, – этот остров со временем размывает, так как состоит он из пемзы и пепла. Единственное, что позволяет острову существовать несколько десятков лет, – это потоки застывшей лавы. Но и они не спасают на сто процентов, со временем пемза и пепел, которые слишком мягки для того, чтобы пережить постоянное воздействие на них волн и ветра, разрушаются настолько, что остров снова исчезает с лица земли.

– А почему этот остров из лавы? – спросила Надя.

– Мы подошли к самому интересному, – улыбнулась Таня. – Он остров рождается в огне двух вулканов, которые после разрушения острова находятся под водой. Когда раз в несколько сотен лет вулканы просыпаются, они выкидывают на поверхность столько пепла и лавы, что образуется остров размером в 3 квадратных километра.

– Это много? – спросила Даша.

– Это примерно в 2 раза больше, чем Московский кремль, – ответила Таня. – Что интересно, сверху остров всегда похож на череп. У него два вулкана вместо глаз и вытянутая «челюсть».

– Ты собираешься ночевать на этом острове? – с сомнением спросил Аполлион.

– Конечно! – ответила Таня. – По прогнозу следующее извержение только через 180 лет. Но на этом острове есть то, чего вы никогда не сможете увидеть в другом месте.

– Что? – спросил Аполлион.

– Вы увидите, как зарождается жизнь, – гордо ответила Таня.

– Объясни, пожалуйста, что ты имеешь в виду? – спросила Даша.

– Первый раз остров появился в 1963 году, – сказала Таня, сбрасывая газ и огибая остров вокруг, пытаясь найти удобное место для того, чтобы бросить якорь. – Учёные сразу стали изучать его и выяснилась интересная вещь: бактерии и прочие микроорганизмы появились уже в первые часы рождения острова. Уже через 2 года на острове появился мох и лишайники. Через 17 лет эволюции было уже около 20 видов растений. А через 35 лет появился первый кустарник.

– Очень интересно, – задумчиво сказал Аполлион. – А на какой стадии находится остров сегодня?

– Я уже говорила, что это седьмое пришествие острова на планету, – продолжила Таня. – Тут уже появились разные растения, птицы, черви, пауки, жуки, мухи и клещи.

– Неужели эволюция идёт так быстро? – спросила Даша.

– На самом деле, почти всё, что появилось на острове, принесли с собой перелётные птицы, – начала объяснять Татьяна, – они же летают по разным странам и клюют разные растения, вот вместе с помётом и разносят удобрения и семена. Если бы не птицы, эволюции пришлось бы отращивать ноги рыбам и выводить их на берег, чтобы осваивать необитаемый остр…

Таня испуганно замолчала, потому что мы услышали громкий скрип снизу и почувствовали мощный толчок. Было ощущение, что мы крепко сели на мель. Зря Таня подплыла так близко к острову. Два мужчины и три женщины не смогут снять огромный батискаф с мели. Удручало ещё и то, что остров был необитаемым.

Вулканический остров

– Эдвин, мы сели на мель. Что нам делать? – спросила Таня, глядя в пустоту.

Слушая ответ, девушка немного закатила глаза. Через минуту она отстегнула ремни безопасности, встала с кресла и сказала:

– Эдвин говорит, что ничего страшного. Сейчас луна за горизонтом, поэтому в море отлив. Утром луна будет над нами, это вызовет прилив, океан поднимется на 2 метра, тогда Эдвин включит автопилот и отведёт батискаф на безопасное расстояние.

– Значит, мы должны ночевать на острове? – спросила Даша.

– Кто хочет, может остаться тут, – равнодушно сказала Таня. – Лично я надеваю термобелье, беру палатку и отправляюсь на остров. У меня законные выходные, и я имею право получить положительные эмоции. Я целый день у штурвала, и у меня скоро будет клаустрофобия. А вы можете попытаться спать тут на полу в несколько этажей.

Таня, не дожидаясь ответа, открыла большой шкаф, вытащила небольшой рюкзак и стала доставать из него какие-то лосины и майки. После того, как она сложила всё по комплектам, она бросила каждому из нас термоштаны и термофутболку с длинным рукавом и сказала:

– Мальчики переодеваются на палубе, девочки – тут.

Сказав это, она открыла дверь наружу и показала нам рукой, куда идти. Сама она подошла к листу и, нажав пару кнопок, затемнила остекление батискафа до полной непрозрачности, оставив лишь крышу. Мы с Аполлионом взяли бельё и вышли на палубу. В нос ударил холод свежего воздуха. По ощущениям было всего 10 или 15 градусов. Руки и ноги мгновенно покрылись мурашками.

Аполлион, не теряя времени, стал раздеваться догола. Пока я стоял и думал, он уже надел обтягивающие термоштаны. Немного замерзая, я быстро скинул с себя одежду и облачился в термобельё. Оно не было похоже по ощущениям на шубу или одеяло. В нём было по-прежнему прохладно, но не холодно. Я чувствовал, что моё тело дышит, но не мёрзнет. Казалось, что только лицо и кисти рук слегка зябли, а всё остальное погрузилось в комфортную среду.

Глядя на Аполлиона, я подумал, что он похож на аквалангиста в костюме, а когда вышли девушки, мне захотелось смеяться, несмотря на все проблемы. Мы все были похожи на группу аквалангистов-десантников. Все были в чёрном обтягивающем одеянии. За плечами девушек были чёрные рюкзаки. Я представил, какая хорошая заставка получилась бы для какого-нибудь боевика, если бы у оператора сейчас были вертолёт и камера.

Таня вручила нам ещё два рюкзака и сказала:

– Тут всего двести метров до берега, вплавь, надеюсь, доберётесь? Палатки, еда, полотенца и прочее с нами. Рюкзаки непромокаемые. Куртки я тоже прихватила. Поплыли.