Сегодня - позавчера_2 - В Храмов

Всё шло нормально. Мне сняли гипс с ноги, стал растягивать одеревеневшие связки и мышцы ноги. А потом однажды пришли четверо здоровых мужиков в форме НКВД, с автоматами (почему-то не с привычными ППШ, а с ППД) и предписанием. Пришлось ехать с ними. Хорошо хоть они догадались мне одежду привезти. И обычную, и теплую. А что? С них станется, они и в пижаме на мороз потащат! Форма была общевойсковая, моего размера и роста, но бывшая в употреблении. Дырки от пуль и осколков были заштопаны, всё выстирано.

Против лома нет приёма. Оделся и поехал с ними.

Узник

(1942г.)

Ехали сначала на машине. Долго, нудно. Молча. Потом погрузились в самолёт. Там мне дали тулуп до пят и тёплую шапку. В такую же спецовку облачились и мои конвоиры. В самолёте я выбрал угол с мягкими брезентовыми мешками (почта, наверное) и лёг на них. Оглушительно взревели моторы, самолёт покатился. Затрясло нещадно. Пришлось сесть, чтобы не скатиться от тряски на пол. Полетели. В воздухе трясло тоже сильно. Иногда мешки из-под меня вместе с самолётом за мгновение ухали вниз, а я позже догонял их. Это было больно. От всего этого меня сильно растрясло и я потерял сознание. Когда очнулся, оказалось, что меня пристегнули какими-то ремнями к каркасу самолёта. Я спокойно опять отрубился.

Судьба Голума.

(наше время)

Ничего лучше придумать не получалось. Поэтому стоял и ждал. По воскресеньям Отмороз, изрядно нагулявшись, уезжал почему-то в тот дом. По этой дороге. И если обычно с ним была полная машина приятелей и девок облегченного поведения, то в эту деревню он ездил исключительно в сопровождении одного охранника. Он же - водитель. Было очень интересно, что же это там за дом, куда он ездил, но там забор с колючкой, охрана, видеонаблюдение и полноценный периметр. Моя пятая точка прямо вопила, что к этому периметру лучше не подходить. Даже смотреть на него пристально не надо.

Вдали маякнули фары. Едут. Я заглотил две таблетки чудо-химии, запил, завёл мотор. Этот скутер я угнал давно. Он был большим и тяжёлым. Все провода к свету перерезал, чёрной краской закрасил желтые полосы (он был чёрно-жёлтый). У меня даже приборная панель не светилась.

Сердце стало биться чаще, мир перед глазами вздрогнул, пальцы стало покалывать - таблетки стали действовать. Этот препарат используют в войсках. Уколотые подобной дрянью даже с выпущенными кишками рвуться в бой. И никакого болевого шока, никакой усталости пока действие химии не закончится. Зато под этой химией могу перевернуть автобус. Спину и позвоночник порву в лоскуты, но переверну.

Паркетник Отмороза приближался. Когда он пересёк нужную мысленную линию, я выдавил газ на полную. У этого мопеда не только вес больше, но и объем двигателя утроен. Фактически, это уже байк. Мотоцикл.

Байк нёсся наперерез паркетнику, резво сокращая расстояние между нами. Всё же я слегка ошибся в расчётах. Что расстраивало. Но, только слегка, что обнадёживало. Я чуть сбросил скорость и за долю секунды до столкновения свалился с байка, направив его под переднее колесо автомобиля.

Грохота аварии я не слышал - кубарем катился по асфальту. Хорошая вещь эта байкерская экипировка. Без неё я бы стёрся об асфальт, как сыр на тёрке. И таблетки подействовали - мне было совершенно не больно. Только бы шокер уцелел. Я поднялся на ноги и поковылял к джипу, вставшему поперёк дороги. Правая передняя сторона машины довольно сильно разбита, фара не горит.

Открылась водительская дверь. Оттуда выпал довольно крепкий мужик. Пониже меня, но намного шире. Он тоже встал и, так же как и я, пьяной походкой, пошёл навстречу, вопя во всё горло положенные слова, о том что я попал, что меня зароют, что я не знаю на кого наехал и т.д и т.п.

Этот бодигард, видимо, был боксёром. Потому что его удара я даже не заметил, хотя и ждал. Надо же было мне подставиться! Но, хоть и боксёр, а дурак. Зачем в шлем-то бить? Ну, расколол ты шлем, сломал себе руку, а дальше? А дальше - электоудар! А вот и нет! Шокер не выжил. Пришлось бить этого медведеобразного по старинке - ручками-ножками. А шокер использовать как кастет. Управился, наконец. Завёл его руки за спину, стянул их пластиковой стяжкой для кабелей.

А где же наш Отморозочек? А вот и он, целится в меня из пистолета. Только ствол в его руке гуляет туда-сюда. А другой рукой он нос зажимает.

Ствол выплюнул дугу огня, ещё и ещё. Я пытался уйти с линии прицеливания как можно резче, но, со злостью, почувствовал удар в бок.

Время для меня замедлилось ещё тогда, когда я ствол увидел. А так бы все пули были бы мои - с 10 шагов-то. Четвёртый раз выстрелить я ему не дал - задрал ствол в небо и влепил кулаком ещё раз в нос. И ещё раз. Потом покидал оба тела в авто, обшмонав их, выключив мобилы и рацию.

Паркетник завёлся. Вам бы ребята, тогда сразу завестись и свалить. Но, на что я и рассчитывал, решили покарать наглеца, что влетел в вас и побил вашу машину и драгоценные морды. А теперь мы поедем в одно тихое местечко.

Когда-то это был коровник. От него осталось немногое. Шифер растащили, скот порезали, оборудование сдали в металлолом. Тут даже навозом пахнуть перестало. А самое ценное - до ближайшего жилого дома - 5 км. Хоть стреляй - никто не услышит.

Охранника я приторочил к толстой стальной скобе, что даже "заботливые" наши крестьяне не смогли выдернуть. На голове его был черный непрозрачный тряпочный мешок, на ушах - плеер с врубленным на всю дынц-дынц. Какой-то современный DJ. Именно этот DJ, потому что его дынц-дынц нон-стоп и бешенная. Быка этого убивать не хотелось, но и услышать он ничего не должен.

А вот Отмороз был распят в стойле и приготовлен для вдумчивой беседы. А пока он был в беспамятстве, я сделал себе перевязку. Мне повезло - пуля прошла ниже рёбер, раскроив кожу и мясо. Рана длинная, кровищи натекло много, но рана поверхностная. Вот ментам будет радости - крови моей будет кругом - море. А так - тест ДНК - и вот он, подозреваемый. Пролил рану перекисью - зашипело, кровотечение утихло. Соединяя края раны пальцами, заливал её суперклеем, пара секунд - схватывался, можно дальше клеить. О дезинфекции, антисанитарии, заражении крови - я не думал.

Отмороз пришёл в себя, начал верещать, пугать. Обещал мне семь самых страшных казней. И другую подобную, вполне ожидаемую чушь. Я заткнул ему рот кляпом. Таким, специальным, в сексшопах продаётся.

- Ты забыл мне напомнить о правах человека и Гаагском трибунале. А теперь слушай сюда. Мне совершенно перпендикулярно - кто ты и что ты. Если ты мне расскажешь всё, что мне нужно, будешь жить, будешь молчать - будет больно.

И, чтобы слова не расходились с делом, откусил ему кусачками мизинец на ноге.

Не сильно помогло. Когда на его ногах осталось пять пальцев на две ноги, он наконец, заткнулся.