Диадема (Диадема со звезд - 3) - Джоу Клейтон

- Конечно, - тут же ответил похититель диадемы.

- Ха-ха, да ты бросил бы меня в первую же минуту! Не пытайся меня обманывать, вор! - Она рассмеялась. - Но теперь ты знаешь обо мне все! Тебе известно, что я могу найти Вритиан, поэтому ты должен беречь меня как зеницу ока! Я правильно говорю, вор? С этого дня тебе придется заботиться обо мне, да, притом, получше.

Он смотрел ей в лицо. Его хитроумные глаза превратились в щелки, в серые щелки на красном облупившемся лице.

- Ты знаешь координаты Вритиана?

- Нет, конечно. Но я знаю, да, да, знаю, - кивнула она, заметив, как от удивления чуть приоткрылись щелочки его глаз, - путь к узловому пункту, знаю, как найти этот пункт, и ключ - это я сама! - Она встала. - А сейчас тебе лучше вернуться в лагерь, хитрый вор! Пора ставить тент и наполнять бочки водой!

Огромные колеса фургонов съехали с бегущей вдоль реки дороги в том месте, где река делала петлю, уходя к северу.

Клан медвей, за которым тянулись и стада, вторгся в огромные пространства степей. Дни потянулись незаметно. Алейтис постепенно свыкалась с рутинной жизнью лагеря. Она избегала Ставвера, держалась в стороне от Ракат. Проходили дни, спокойные, без каких-либо особых событий, и Алейтис начала вникать в тайные, подводные течения жизни клана. Она заметила, что идет постоянная борьба между ее патронессой, главой группы колдуний, я предводителем мужской половины местных магов. Тасмие Кхем-ско. Наблюдая за их скрытым соперничеством, она хладнокровно отсчитывала день за днем, по мере того как фургоны клана плыли по серо-зеленому морю степи.

Постепенно и сама Алейтис стала спокойна и медлительна, вроде одной из коровидров. Ребенок в ее чреве подрастал, все более и более округляя живот и талию.

А мимо скользили тихие жаркие дни.

Сесмат лежала на траве, жалобно постанывая. Из раны над передним левым копытом тянулась струйка крови. Н'фрат села у головы своей любимицы, по щекам ее текли слезы. Кхатеят нагнулась и тронула ее за плечо.

- Н'фрат, ты же знаешь, что нужно делать в таких случаях. Если ее укусил саркет, мы уже ничем не можем помочь бедняжке...

Хрипло вскрикнув, Н'фрат поднялась, уткнулась мокрым лицом в плечо Кхатеят, все тело ее сотрясалось от горестных рыданий. Кхатеят смотрела поверх ее головы: - Шанат... Ре'Шанат... свершим то, что должно свершиться...

- Подождите! - Алейтис обошла херрот, дотронулась до руки Кхатеят и, покачав головой, посмотрела на нее твердым, но умоляющим взглядом. Глаза ее потемнели.

- Лучше не...

- Я знаю, и я бы не вмешивалась, если бы действительно не думала, что могу помочь.

- Что? Помочь? - Н'фрат вытерла мокрые глаза. - Ты сможешь помочь?

- Думаю, да. Но нельзя терять времени. - Алейтис смело смотрела на Кхатеят. - Бедное животное умирает. Ты позволишь мне попытаться исцелить его, хас'хемот?

- Ты уверена в успехе того, что собираешься делать?

Встревоженное лицо Кхатеят было красноречивее любого предостережения. Алейтис без слов понимала, что неудача повлечет за собой самые худшие последствия.

Алейтис присела на колени возле сесмат, положила ладони на место укуса и, сосредоточившись, направила всю имеющуюся внутри себя исцеляющую силу в пальцы.

Черный водоворот мгновенно поглотил ее. Она забыла о диадеме, забыла обо всем - кроме животного, лежавшего перед ней, и его боли, которая теперь стала и ее болью, Алейтис застонала - яд проник и в нее, но тут же крепко нрикуеила нижнюю губу, подавляя в себе стон. Она отчаянно боролась, уничтожая силу яда. "Я ни за что не сдамся! Ни за что!!! Ради Завар! -подумала она. - Ради Вайда. Ради Н'фрат..."

Под веками зажгло, из глаз закапали слезы.

Но вот жжение прекратилось. Алейтис открыла глаза, разжала затекшие пальцы и, опустив взгляд, увидела совершенно здоровую ногу сесмат - не осталось даже шрама на том месте, где была рана.

Сесмат вздрогнула, вскочила на все четыре ноги, ударила исцеленной о землю, задрала голову и оглядела людей яркими добрыми глазами. Алейтис радостно рассмеялась и попробовала встать, но тут же упала на колени - ноги не держали ее. Тихо вскрикнув, Н'фрат подбежала к ней и помогла встать. Кхатеят взяла Алейтис под другую руку.

- Прими нашу благодарность. Р'Алейтис йайати. Ты сотворила то, что нам не под силу. - Кхатеят мельком взглянула на Ракат - лицо ее пылало. За спинами собравшихся кружком женщин стоял, нахмурившись, Миаво. - Тебе лучше немного отдохнуть, Лейта, - спокойно сказала она. - Н'фрат, пойди с ней...

- Лейта, о Лейта, как я тебе благодарна... - Н'фрат взяла ее под руку и, оглянувшись, попросила Р'прат: - Позаботься, пожалуйста, о Шенти.

- Конечно. - Р'прат взяла сесмат за уздечку.

- Пойдем, Лейта. Ты ведь еще не поставила чен, да? Я сама поставлю его, а ты посиди, отдохни немножко.

- Спасибо, Н'фри, - поблагодарила Алейтис и оперлась на плечо молодой шемквия.

Ракат проводила ее пылающим взглядом.

- Чукачка! - сплюнула она.

Кхатеят стремительно обернулась.

- Ракат! - стальным голосом отрезала она. - Ты позволяешь своей ненависти управлять собой. Ты несправедлива. Стыдись - тебе не дано почувствовать благодарность за щедрый и добрый поступок.

Ракат мрачно посмотрела себе под ноги, потом пнула травяную кочку л молча удалилась. За ней потрусила Шапат.

Кхатеят вздохнула, Кхепрат тронула ее за плечо:

- Дальше будет еще хуже, - сказала она печально. - И тут уже ничего нельзя поделать. Кхатпя. Она выбрала себе дорогу и пойдет по ней до конца, если это будет дорога к собственному самоуничтожению.

- Да, все может быть... - Кхатеят покачала головой. - Но почему?.. Почему она не видит, что представляет из себя этот вор? И не видит, какая она на самом деле? Лейта - милое дитя, я ее полюбила, Кхепри. В ней есть храбрость, доброта и даже кроха мудрости - а это довольно много для ее лет.

Кхепри улыбнулась - ее слепые глаза превратились в матовые щелочки.

- Мы довольствуемся тем, что есть, Кхатия, -сказала она, наклонив голову. - Мы как солнце, как ветер, как дождь... В Ракат всегда была червоточинка. Наверное, так будет даже лучше, хотя и больно мне это говорить. Быть может, в дальнейшем она стала бы гораздо опаснее - для нас. А сейчас, видимо... Я не знаю... Но это не твоя ошибка, сестра.

И снова Кхатеят вздохнула. Потом легонько хлопнула Кхепрат по руке:

- Пойдем-ка ставить чен - уже давно пора.

Чья-то рука легла на плечо Алейтис, она даже подпрыгнула.

- Ставвер! - Девушка закрыла глаза и уцепилась за его плечо, чтобы сохранить равновесие. - Как ты меня напугал! Посмотри, не появились ли седые волосы? - Она поспешно огляделась: - Давай-ка уйдем подальше - не хочу, чтобы мне выцарапали глаза.

- Ты уже забыла про реку? - спросил Ставвер глубоким, нежным голосом. Его ладони легко касались ее щек, плечей, грудей, талпп, лона. Они ласкали, зажигая в Алейтис огоньки страсти.