Волчья звезда - Галина Мария

- Так я и знал, - Хранитель тяжело вздохнул, - что из этой Записи толку не будет. Если несколько Домов передрались из-за этого Предмета, то, видно, он был таким ценным, что его даже описывать побоялись. Вон, даже замок не пожалели, сломали… Может, там есть что-то про устройство замка?

- Литой, массивный запор, изображавший сидячего…щего… Будду…

- Нет, опять непонятно. - Он вздохнул. - Можно всю жизнь положить, и так и не найти ничего полезного.

- Может, в наших Записях вообще ничего путного и нет? Вот если бы ты допустил меня к Предметам…

- Мала еще, - проворчал старик, - Предметы - штука опасная, если не знать, как с ними обращаться.

На всякий случай я сказала:

- Можно подумать, я одна не знаю. Но он больше рассуждать на эту тему не стал, - видно с самого начала был зол из-за того, что с Записью ничего путного не вышло; велел мне погасить светильник и убираться с глаз. Может, он расстроился потому, что зря понадеялся на Звездных Людей - никакой пользы от этого обучения не было.

*

… А может, он все равно втайне на что-то надеялся, потому что ездить с ними не запретил; эта их лодка пришла за мной на следующее утро, и на следующее. Они, видно, и впрямь полагали, что чему-то меня учат, хотя я и не понимала, чему - я должна была часами таращиться на этот их экран, порой он ничего не показывал - просто мерцал каким-то гнусным тошнотворным образом, или на нем вспыхивали картинки или слова - так быстро, что я едва успевала их заметить, не то, что сообразить, что именно они изображали. Порой мне вновь приходилось гонять по экрану какие-то загогулины - Звездные Люди называли это испытанием; сначала я решила, что они испытывают эти загогулины - движутся ли они как надо, - но потом поняла, что меня. Порою я до того насматривалась на перемещение цветных линий, что даже когда закрывала глаза, видела под веками какие-то пятна и яркие вспышки - сначала я решила, что на меня навели какую-то порчу, но Улисс сказал, это “нормальное явление” и скоро пройдет. Одна только польза была от всех этих глупых занятий - кормили там хорошо.

Нужно сказать. Хранитель оказался прав - воды там было хоть залейся, даже горячей. Она шла из такой штуки, которая называлась “кран” - для этого нужно было повернуть нашлепку сверху. Удобная вещь, но для нас ее никак не приспособишь… Еще там были такие розовые душистые кирпичики - Диана назвала их “мыло”. Если им вымыть голову, сказала она, волосы у меня станут в точности, как у нее самой. Тут уж она приврала - сколько я их ни терла, золотыми они так и не стали.

Диана даже постирала мою парку - забрала ее как-то утром, а вернула перед отъездом. Парка была как новенькая, даже узоры на подоле; а я уж забыла какого они цвета…

Сначала я никого кроме Дианы да еще Улисса и не видела - а когда же спросила, где все остальные, Диана рассеянно ответила, что у остальных и без того дел полно, а двух учителей на одну маленькую девочку вполне достаточно. Однако, полагаю, что если у тех, кто оставался в становище и были какие-то дела, то довольно странные - раз делались они только за стенами Домов. Впрочем, однажды Диана как-то уж особенно придирчиво оглядела меня, заставила причесаться и велела вести себя “прилично”. Я так и не поняла, что они под этим подразумевали, но на всякий случай решила поменьше размахивать руками. Диану порой раздражали очень странные вещи.

В общем, я сидела на стуле и старалась не вертеться, а Диана вышла и вернулась еще с одним Звездным Человеком, тоже высоким - не ниже Улисса, но этот был совсем седой. Правда, старым его никто бы назвать не решился держался он прямо и двигался легко.

- Вот, - сказала Диана, - это и есть наша ученица.

Я на всякий случай встала с табуретки и сказала:

- Здравствуйте.

Он мне не ответил, лишь быстро оглядел меня с головы до ног холодными серыми глазами.

- Вот эта?

Похоже, я ему не понравилась.

Диана вступилась.

- Она способнее, чем кажется.

Я некоторое время была занята тем, что пыталась понять - похвалила она меня? Или наоборот?

- Покажи, что ты умеешь. Выпь, - сказала она. Я умела много чего, но это ее вряд ли интересовало. Как-то я пыталась рассказать ей, как мы делаем всякие плошки из глины, она выслушала, но все больше из вежливости. Зато когда я начинала рассказывать содержание тех Записей, что успела прочесть у Хранителя, ее было за уши не оттащить.

Потому я спросила:

- А что?

Она положила передо мной какую-то Запись - на тонком белом листе, даже страшно в руки взять - и сказала:

- Прочти что-нибудь, ладно? Помнишь, как мы с тобой читали? Ну что ты?

Я шепотом сказала:

- Диана, я не могу.

Она растерялась.

- Это еще почему?

- Я же его не знаю… Это… не хорошо.

- Но мы же с тобой…

Она ничего не понимала. Я отозвала ее в сторонку и сказала, по-прежнему шепотом:

- Хранитель меня сюда отправил с вами, значит с вами можно. А вообще так не делают. Не читают Записи перед человеком, который тебе даже имени своего не сказал.

- Его зовут Лагранж.

- Он сам его должен назвать… А так…

- Что там стряслось? - раздраженно спросил седой. Он посмотрел на часы такой круглый плоский предмет на запястье. Они все время на него смотрели. Диана говорит, что по нему можно узнать время. Как будто если его измерить, что-то от этого изменится…

- Погоди, Лагранж, сейчас я все улажу.

- У меня через пять минут сеанс связи, - сказал тот, повернулся на каблуках и вышел. Диана побежала за ним. До меня долетали какие-то обрывки разговора, запомнить-то я запомнила, но ничего не поняла. Потом Диана вернулась. Вид у нее был какой-то пришибленный.

- Ну что же ты… - сказала она укоризненно. На следующий день лодка не пришла.

*

Я так удивилась, что даже ничего не сказала. Побоялась. Ну и в глубине души подумала, что может, оно и к лучшему. Уж очень я уставала там, в Доме Звездных. Неправильно уставала - не телом, а головой. Но, когда она не пришла и на следующий день, я забеспокоилась.

-Ну что ты бродишь, как тень? - сердито спросил Хранитель. - Займись делом, раз уж сидишь в Доме. Вон, этот паршивец до чего хозяйство запустил…

Я виновато сказала:

- Я сделала что-то не то… Они и обиделись. Диана говорила этому… Гранжу, что я слишком… слишком… никому… не кабельна. Это что-то значит?

- Понятия не имею, - сказал Скарабей. - Но, насколько я понял. Звездные люди вежливые. И если бы они тебя выставили бы (и, кстати, поделом), то извинились бы хотя бы передо мной. Скорее всего, у них нашлись какие-то другие дела. Они же не обещали тебе приезжать за тобой каждый день?

- Нет. Но до сих пор они всегда так и делали.

- И у тебя это вошло в привычку, - сказал старик. - Вот и избавляйся от нее. Мы сами по себе. Они сами по себе.