Нф-100: Самхейн. Падение - Семен Созутов

Созутов Семен Евгеньевич

Нф-100: Самхейн. Падение

Цикл: Мир Силоры.

Самхейн. Падение.

Книга Пламени.

Часть первая. Талисман.

Пролог. 542 г. Т. Э.

Среди непроглядного мрака, на чёрном, как и окружавшая его безлунная ночь, коне ехал всадник. Нет, в это время суток дороги Инфротерры, а точнее её западной провинции Мертис не были настолько безопасны, чтобы путешествовать в одиночку - разбойники, бывало, пошаливали, да и нежить нет, нет, да и вылазила из своих нор. Но на этого всадника ни она, ни тем более лихой люд никогда не только не осмелились бы напасть, но даже просто не рискнули бы оказаться в поле его зрения. Поскольку это означало бы для них смерть. Мгновенную и мучительную смерть.

Конь наездника производил жуткое впечатление, Антрацитово-черный, он казался сотканным из первородной тьмы. Глаза жеребца, или демона, принявшего его облик, полыхали багрово-оранжевым огнём, и такая дикая додревняя первобытная ненависть ко всему живому чувствовалась в этом взгляде, что ни один человек в здравом уме даже близко не подошёл бы к этой бестии.

Впрочем, оседлавший это чудовище человеком никогда и не был, хотя с первого взгляда ничем от него и не отличался. Среднего роста, атлетически сложенный, его можно было бы принять за обычного воина, каких немало ездило в этой части континента, если бы не глаза. Конечно, если можно было так назвать два бездонных провала в бездну, в которой нет ни света, ни жизни, ни тепла, нет ничего. Абсолютное небытие. Не добавляла обаяния и совершенно лысая, лишённая даже малейшего намёка на волосяной покров голова. Кожа цвета тёмной бронзы, в действительности была бы, наверное, намного светлее, если бы не непроглядная аура мрака, окружавшая всадника и его коня даже в самый погожий солнечный день. Они, казалось, поглощали ту энергию, что дарит жизнь всем обитателям мира Силоры.

Скрытый ночным покровом, конь не скакал, а летел, едва касаясь копытами земли, с той скоростью, которая была попросту недоступна обычным лошадям. Даже чистокровные джеррийские скакуны, мгновенно бы остались далеко позади, вздумай они соревноваться в скорости с этим жеребцом.

Правда сегодня скачка была слишком быстрой даже для него, существа не из плоти и крови, но у твари и в мыслях не было остановиться и хоть немного передохнуть, поскольку его наездник очень спешил и был в том состоянии страшной демонической ярости, в которой его боялись все, знавшие его, и конь тоже не был исключением. Ибо его хозяином был владыка практически всего континента Ардонис, верховный правитель империи Инфротерра, Бог Хаоса Самхейн, одного имени которого порой хватало, чтобы человек или нелюдь сам покончил с собой, лишь бы не попасть к нему в руки.

Но был один народ, который не испугался всей чудовищной силы жуткого бога и решил бросить ему вызов, для того, чтобы победить или умереть. Им плевать было на то, что против них ополчаться все остальные расы континента, покорные воли своего жестокого господина. Им было плевать, ибо честь и свободу они ставили превыше собственной жизни. Этим народом были сарты, лучшие воины Ардониса. И, именно на них был направлен дикий и необузданный гнев жестокого небожителя...

Глава первая. Небесный остров.

В тронном зале главного дворца Херреи царила напряжённая и мрачная атмосфера, этому способствовала и обстановка помещения, сочетавшая фантасмагорическую роскошь с жуткими фресками на стенах из чёрного базальта, написанными в зловещих, тёмно-багровых тонах, которые своими сюжетами повергли бы в шок даже человека с очень крепкими нервами.

Правда, собравшиеся здесь либо давно перестали, либо и вовсе никогда не были людьми. Объединяло присутствующих лишь то, что все они заметно нервничали - далеко не каждый день верховный владыка Инфротерры собирал здесь своих ближайших советников.

Сегодня все они, правящая элита небожителей, владеющая почти всем материком Ардонис, были здесь. Повелитель Света Имморталис, с лица которого никогда не сходила высокомерная гримаса, сидел на своём роскошном, как и всё принадлежащее ему, троне, сделанном из чистого золота, и инкрустированным драгоценными камнями невероятного размера, преимущественно бриллиантами, но встречались среди них также рубины и изумруды. По слухам, всё это богатство небожитель приобретал на далёком юге у гномов, потратив на него изрядную часть казны подконтрольной ему провинции Мэртис.

Неукротимый Бог Смерти Сахмет, более смахивающий на мертвеца, чем на живое существо, возвышался на троне, сделанном из костей поверженных им противников и порой вызывающем отвращение даже у его собратьев. Вершина этого жуткого кресла была украшена человеческими черепами.

Владыка водной стихии Кэртиэль, по крайней мере, так он себя называл, удобно расположился на своём, не намного уступающим богатством и роскошью золотому творению Имморталиса, троне, сделанном в форме морской волны, украшенного крупными сапфирами и сделанного целиком из чистого серебра, и нервно теребил локон своих длинных ухоженных волос.

Последний член Совета устроился на самом простом на вид возвышении, которое больше все напоминало застывший кусок подземной лавы, что поднимается иногда на поверхность из самого сердца земных недр, но никто из присутствующих не обманывался на этот счёт. Все чувствовали, как внутри него пульсирует могучая, грубая сила, которая, казалось, была родом оттуда, откуда и та непонятная субстанция, из которой и было сделано это странное сиденье. Его владелец был невысок ростом, абсолютно лыс и фигурой больше всего напоминал уродливого борца-тяжеловеса.

Лишь два кресла сегодня оставались пустыми. Первое было искусно вырезано из дерева редкой, драгоценной породы палисандра, и выкрашено в дымчато-серый цвет. Оно сочетало в себе изящество и простоту, те качества, что так свойственные людям благородного сословия, по крайней мере, лучшим его представителям, и принадлежало Богу Ветра и Вестнику Воли Верховного Владыки Самхейна Воронвэ.

Второе же....О, второе кресло, а точнее громадный трон, находящийся как бы во главе большого круглого каменного стола, было самым выдающимся предметом в этом величественном зале. Абсолютно чёрноё, лишённое даже малейшего намёка на какие-либо украшения и орнаменты, оно создавало впечатление принадлежности к силе, способной, казалось, гасить и зажигать звёзды.

Ни один из присутствующих в здравом уме и твёрдой памяти никогда бы не осмелился занять его. Ибо это означало смерть. Последнее кресло принадлежало тому, по велению кого они и собрались здесь, тому, кто был сердцем и душой данного совета, самому Владыке Хаоса, Великому Завоевателю, Потрясателю Основ Вселенной, Повелителю Самхейну.