Ресторан «У конца вселенной» (перевод В.Генкина) - Дуглас Адамс

Адамс Дуглас

Ресторан на краю Вселенной

Есть теория, согласно которой в том случае, если кто-то точно выяснит, для чего и зачем появилась Вселенная, она тут же исчезнет, и ее заменит нечто другое, еще более бессмысленное и необъяснимое.

Есть другая теория, согласно которой это уже произошло.

Глава 1

Началось это так:

В начале была создана Вселенная. Это у многих вызвало крайнее раздражение, и в основном рассматривалось как плохой ход.

Многие народы верят, что она была создана каким-нибудь божеством, хотя, к примеру, джадравартиды с Вильтводля VI верят в то, что на самом деле всю Вселенную вычихнуло существо по имени Большой Зеленый Арклохват.

Джатравартиды живут в постоянном страхе перед тем, что они называют Пришествием Большого Белого Платка. Это маленькие голубые создания, и у каждого из них пятьдесят рук, так что они — единственный народ во всей Вселенной, который изобрел дезодорант раньше колеса.

Культ Большого Зеленого Арклохвата, однако, не получил большого распространения за пределами системы Вильтводля IV, и поэтому, а также потому, что Вселенная как была, так и остается полна загадок, поиск ответа не прекращается. Например, раса сверхразумных всеразмерных созданий построила себе однажды гигантский суперкомпьютер под названием Глубокомысленный, чтобы он раз и навсегда вычислить Ответ на Главный вопрос Жизни, Вселенной и всего Прочего.

Семь с половиной миллионов лет Глубокомысленный считал и рассчитывал, и, наконец, объявил, что нашел ответ: «Сорок два», — и в результате пришлось строить еще один компьютер, еще больше, чтобы выяснить, какой же вопрос нужно задавать к этому ответу.

И этот компьютер, который назвали Землей, был так велик, что его часто принимали за планету — особенно странные обезьяноподобные существа, бродившие по его корпусу, и даже не подозревавшие, что и они являются частью гигантского проекта.

А вот это как раз очень странно, потому что если не принимать в расчет это очевиднейшее обстоятельство, то невозможно понять, почему все, что происходило на Земле, на первый взгляд не имело ни малейшего смысла.

К сожалению, как перед завершающим аккордом — выводом данных — Земля была неожиданно разрушена вогенами для того, чтобы — так они, по крайней мере, говорили — освободить место для новой гиперпространственной дороги, так что все надежды на то, что смысл жизни будет наконец найден, рассеялись окончательно.

Так, во всяком случае, казалось.

Двое из этих странных обезьяноподобных существ выжили.

Артур Дент смылся в самый последний момент, потому что его старый друг, Форд Префект, неожиданно оказался с маленькой планеты где-то в окрестностях Бетельгейзе, а не из Гилдфорда, как он говорил до этого; и, что гораздо важнее для нашей истории, он знал, как путешествовать на попутных летающих тарелках.

Триция Макмиллан — она же Триллиан — скрылась с Земли на полгода раньше с Зафодом Библброксом, в то время Президентом Галактики.

Только двое.

Только они двое и остались от величайшего в истории эксперимента, целью которого было найти Главный Вопрос и Главный Ответ Жизни, Вселенной и Всего Такого.

И вот между их кораблем, что лениво плыл сквозь чернильную пустоту космоса, и кораблем вогенов, что гнался за ними, осталось меньше полумиллиона километров.

Глава 2

Как и все прочие вогенские корабли, этот корабль выглядел так, словно его не собрали на космической верфи, а наспех слепили в сарае на заднем дворе. Грязно-желтая броня покрывала все его отсеки, которые выпячивались из корпуса под самыми мерзкими углами, и это могло бы ухудшить внешний облик практически любого корабля; к данному случаю, это, впрочем, не относится. В небесах встречаются вещи еще отвратительнее, но это не подтверждено достоверными свидетельствами.

Вообще говоря, если уж вам хочется посмотреть на что-либо более мерзопакостное, чем корабль вогенов, войдите в него и посмотрите на них самих. Но если у вас достанет ума, именно этого вы постараетесь не делать, потому что нормальный воген не станет семь раз отмерять, прежде чем сделает с вами что-нибудь настолько ужасное, что вы подумаете: «И надо же мне было появиться на свет!», или (если еще не окончательно потеряли способность соображать): «И надо же было этому вогену появиться на свет!»

Впрочем, нормальный воген, возможно, и один раз не будет отмерять. Эти тупые, упрямые, угрюмые существа сначала делают, а потом думают, и последнее дается им с большим трудом. Изучение вогенской анатомии показывает, что изначально мозг вогена представлял собой жутко видоизменную, смещенную и страдающую коликами печень. Короче, самое лучшее, что можно о них сказать — они знают, чего им надо, а это значит — они всегда готовы сделать с кем-либо что-нибудь ужасное, и при малейшей возможности впасть в крайнее раздражение.

А вот чего им не надо, и, соответственно, чего они недолюбливают это оставлять работу недоделанной, особенно этот самый воген, и особенно — по разным причинам — эту работу. Этого вогена звали капитан Простетник Воген Джелц из Галактического Совета по Планированию Гиперпространства, и он был тем, кому поручили снос так называемой «планеты Земля».

Он поворочался в своем неудобном, покрытом слизью кресле, повернулся в нем всем своим монументально отвратительным телом, и уставился на дисплей. На дисплее светилось изображение корабля Золотое Сердце.

Простетнику Вогену Джелцу не было дела до того, что этот корабль, оснащенный двигателем бесконечной невероятности, был самым красивым в истории кораблем. Не было ему дела и до того, что создание этого двигателя было революцией в космическом кораблестроении. Соображения эстетики или технологической новизны были для него закрытой книгой; дай ему волю, и они стали бы закрытой, сожженной и глубоко закопанной книгой.

Еще меньше для него значило, что на борту Золотого Сердца был Зафод Библброкс — бывший Президент Галактики. Что с того, что за ним и за украденным им кораблем охотилась вся полиция Галактики — вогену на это было глубоко наплевать.

От Золотого Сердца ему нужно было совсем другое.

Как уже говорилось, вогенам не чуждо взяточничество и коррупция — так же, как, скажем, морю не чужды волны. В полной мере это относится и к Простетнику Вогену Джелцу. Когда он слышал слова «расовое равенство» или «высокая мораль», он раздраженно сопел и доставал с полки словарь, и когда он слышал звон монет, особенно большого количества монет, он раздраженно сопел, доставал с полки свод законов и выбрасывал его в окно.