Горячий лед - Максим Сороколетов

Сороколетов Максим

Горячий лед

Максим Сороколетов

ГОРЯЧИЙ ЛЕД

FY,S; как я и обещал... Прощай, Валь. Прости. Есть дары, которые нельзя принимать, а во мне нет ничего, чем бы я могла отблагодарить. И это правда, Валь. Правда - осколок льда.

(с) А.Сапковский

История эта началась много-много лет назад, тоскливой полярной ночью, когда даже ледяное пламя северного сияния не могло разогнать тьму, сгустившуюся над снегами Лапландии. Королева была в своем Замке одна. Она всегда была в нем одна. Ей было страшно холодно и одиноко. Радуга северного сияния, расщепляясь в ледяных стенах Замка, играла тенями на точ?ном лице Королевы, делая его похожим на красивую, но совершенно безжизненную маску... Что ее заставило тогда разбить это зеркало? Быть может, она хотела навсегда сохранить свой образ именно таким? Разбросать его по всему свету вместе с северными ветрами. Пусть несут зеркальные льдинки отражения ее души, ее мечты и чаяния. Вдруг хоть один осколок да отыщет того человека, кто поймет ее и захочет разделить с ней одиночество. Пустые надежды... Сколько этих льдинок растаяло под лучами безжалостного солнца, сколько их было унесено весенней водой в необъятное море, сколько их бесследно кануло в глубинах горячих людских сердец. И как же ей должно было быть больно, ведь это умирали частицы ее души. Неужели она и впрямь верила в то, что когда-нибудь отыщется тот человек, который сумеет сохранить ее лед в своем сердце?..

Я не буду снова рассказывать вам эту историю - вы уже и так слышали ее много раз. Я расскажу вам то, что вы не могли слышать. Потому что об этом я никогда и никому не рассказывал...

Окно, распахнутое порывом ветра. Рой колючих снежинок, ворвавшихся в теплую комнату. Шумная и испуганная суета. - Что-то кольнуло меня прямо в глаз! И в сердце!.. Вам ведь уже все понятно - теперь он будет смотреть на мир ледяными глазами. А вы хоть раз задумывались над тем, что лед тает, оказавшись на живом теле? Что нужно уже иметь зиму в душе, дабы попавшая в глаз льдинка смогла явить вам образ Королевы... И ничего-то эта маленькая несчастная льдинка не может сделать сама по себе. Она не дарует вам зрения. Она лишь зеркало, в котором отражаются ваши страсти. А как потом должен себя чувствовать человек, хотя бы на миг увидевший высшую гармонию, гармонию льда. А если душа его не смогла или не захотела растопить этот лед? Как сможет он жить в этом страшно несовершенном и грязном мире? А вы говорите, смотреть ледяными глазами... А сами-то вы хоть раз пробовали это делать?

Ледяной дворец. Царство чистоты, холода и вечной полярной ночи. Бесконечные анфилады комнат, сливающиеся с небом потолки. И повсюду искрящиеся грани ледяных кристаллов; зеркальный лабиринт, в котором можно бродить не одну вечность, но так и не постигнуть его до конца. Как же передать словами то неизъяснимое спокойствие, что овладело им, когда она привезла его в свой Замок? Что чувствовала она, распахивая перед глазами потрясенного мальчишки самые заветные и потаенные места своего дворца, видя как загорается в них восхищение и неверие. Восхищение перед великолепием чистого льда и неверие в то, что ему тоже позволят жить здесь...

Ее поцелуи... Прожигающие холодом так, что мурашки пробегали по спине и невольно сводило судорогой губы. Он никогда не мог сам оторваться от ее губ. Это было выше его сил... - Больше я не буду тебя целовать. Иначе твое сердце превратиться в льдинку. А ему хотелось именно этого, лишь бы поцелуй длился вечно. Мальчик, неужели ты думаешь, что ей не хотелось этого?! Неужели что-нибудь, кроме боязни потерять тебя навсегда, могло заставить ее разомкнуть объятия? Она же так стосковалась в своем одиночестве, она же так хотела иметь рядом с собой существо, разделяющее ее чувства, восхищающееся той же красотой, которой восхищалась она сама. И все больше льда в его сердце. Но все сердце никогда не сможет стать одной льдинкой. Иначе он умрет. И она это понимает...

Лед. Осколки льда. Нескончаемые слова, ложащиеся по его воле на паркет дворца. Мог ли подозревать тогда мальчишка, что это осколки ее души, выпавшие из разбитого зеркала, он раскладывает на полу. Что это ее самое он так бесцеремонно использует в своих играх. А она терпела. Молчала и терпела. Потому что любила? Хотела любить и не могла? Ах, если бы только осколкам суждено было лечь именно в это просто слово - люблю! Каких только слов не было выложено на сверкающем полу. Чаще всего осколки с упрямством снежного бурана складывались в слово лед. Она обычно стояла у него за спиной, а потому он не мог видеть, как хмурятся в такие минуты ее брови. Были и другие слова. Холодные, яркие, неизменно красивые. Как и она сама. Однажды осколки даже составили имя девочки; девочки, которую он уже давным-давно успел забыть. Но она-то помнила о ней. Неужели это была ревность? И неужели этот проклятый битый лед никогда не сможет лечь в одно простое слово! Слово, которое никак не может сорваться с ее губ. Слово, которое он никогда не говорил ей. Неужели среди льда нет места для таких слов?..

- Кай, это я, Герда! Поцелуй. Обжигающе горячий. Плавящий губы. Кто дал ей право на такие поцелуи?!

- Не смей! Ты делаешь мне больно.

- Кай, это же я, твоя Герда...

И поток горячих слез, хлынувших ему на грудь, прожигающих до самых костей его замерзшее тело. Как же это было невыносимо больно, снова становиться живым. Он кричал. Видение красоты уходило от него. Он кричал. Осколки льда таяли перед ним на полу, но тогда он еще не знал, что это осколки души его Королевы. Он кричал... И плакал.

Королева догнала их в буране. Выросла перед ними в снежном смерче. Огромная и красивая. И страшная в своей красоте. Он хотел вернуться к ней. Но память о боли, испытанной им всего лишь несколько часов назад, не покидала его тела. В нем уже зажгли огонь обычного живого человека. Но даже это пламя не могло заставить его забыть вечность, проведенную в ледяном Замке. И это пламя дало ему силы сказать то, что он никак не мог выразить на языке льда. - Я люблю тебя, моя Королева. И как же она могла после этого уничтожить его? Как же ей хотелось сказать ему тоже самое. Но для этого ей нужно было бы перестать быть Королевой, сделаться обычной женщиной. А это означало смерть. Она отпустила их. Но он оставил у нее в Замке свою душу; горячие слезы, которые застыли, едва лишь на них взглянула его Королева. Отныне ему уже не суждено было узнать покой...

* * *

Поленья в камине догорали. Старик сидел, закутавшись в теплый плед. Ему было зябко. Его дочь, так похожая на свою покойную мать, уже отвела внуков в спальню. Старик смотрел на стекло, покрытое безупречной ледяной росписью, и все ждал: вдруг распахнутся ставни, и в морозном воздухе, ворвавшемся с улицы, явится Снежная Королева. Огромная и прекрасная. Сил встать и открыть окно у него уже не было.