Не покидать комнату - Дмитрий Владимиров

Владимиров Дмитрий

Не покидать комнату

Дмитрий ВЛАДИМИРОВ

НЕ ПОКИДАТЬ КОМНАТУ

На улице безутешно, словно в истерике, заливается плачем ветер, роняя на землю слезы, хлопает резными ставнями, расшатывает калитку. Где-то вдалеке воет собака. Похоже, бездомная.

Светловолосый мальчик сидит в неудобной позе, прислушиваясь к печальному вою. Ему жаль собаку, но чем он может помочь ей?

Тихо, словно нехотя, потрескивают дрова в печи, - огонь, обычно оживленно набрасывающийся на любой предложенный корм, нынче почему-то вялый.

Натужно взвизгивает входная дверь, раздается кашель, и, через несколько секунд, минут, часов, раздаются шаги. На лестнице.

Ветер плачет, собака воет, мальчик сидит, кто-то идет...

Кто? Какое это может иметь значение, если мальчик знает: у его двери шаги стихнут, никто не войдет. Никто и никогда.

Мальчик прислушивается. Каждую ночь одно и то же: ветер, собака, ставни, шаги...

Мальчик мог бы выйти на улицу и попытаться найти собаку, привести ее сюда, накормить. Раньше он часто так и делал. Распахнув дверь, выбегал, сопротивляясь порывам ветра, не обращая внимания на колючий мелкий дождик, вглядываясь в ночь.

Но не было собаки. Нигде.

И утомленный мальчик возвращался домой, к огню. В свою комнату.

Ветер бушует, собака воет, мальчик сидит. И ждет.

Нет, он уже не надеется, что вот-вот откроется дверь и войдут родители.

Не войдут. Уже.

Ну, а вдруг? И мальчик оживает - он еще верит в чудеса.

Иногда.

Он остался один на всей планете. Единственное живое существо в этом странном и непонятном мире. Были еще и другие, но их нет уже. Не осталось никого.

Шаги на лестнице. Идущий заметно прихрамывает, и воображение мальчика рисует: седой старик с тростью в руке. Хотя нет, без трости. Не слышно ее стука.

Мальчик мечтает. Фантазии - единственное, что помогает сберечь ему рассудок на этой планете, населенной одними лишь призраками.

Вой все ближе. Кто сказал, что собака бездомная? Нет, пес, должно быть, породистый и имеется хозяин, выгнавший ее под дождь. Собаке, наверное, обидно: столько лет служить верой и правдой, и вот...

"Собачья преданность... Собачья служба... Собачья погода... Собачья судьба..."

По лицу мальчика текут слезы.

"Бедная собачка...", - шепчут его губы. Неужели ее хозяин настолько бессердечен, что не пустит ее в дом? Нет, не может быть. Здесь не место для людской жестокости. И словно в ответ на мысли мальчика вой прекращается - собака вернулась домой. К хозяину.

Мальчик представляет, как она ластится и благодарно лижет руку и ему опять становится грустно.

У него не будет своей собаки. Никогда.

Хлопают ставни, плачет ветер. Мальчик сидит у камина и смотрит на языки пламени.

- Эй, сынок, ты где? - Доносится из прихожей. Это отец.

Мальчик резко вскакивает, растрепав свою аккуратную прическу, бросается к двери и замирает... Нет, это не отец. Отца уже нет. Давно.

Опять шаги за дверью. Звон ключей.

Мальчик возвращается к камину, смотрит на огонь, пляшущий невеселый танец на кучке хвороста. Огонь - единственное, во что можно верить. Единственный друг. Друг, которому можно довериться, с которым можно беседовать. Обычно мальчик разговаривает с огнем мысленно, и только стихи он всегда произносит вслух. Может быть, тайно надеясь, что магия слов разрушит чары комнаты...

Он рассказывает не спеша и, казалось бы, спокойно, но именно эта безмятежность, затишье в океане перед бурей, выдает его чувства. Чьи это стихи? Он не знает. Такое случается с ним частенько - вдруг из ничего возникает готовое стихотворение - и он сразу поверяет его огню. Вот как сейчас:

Звон ключей и шаги в коридоре

В коридоре, где темень и сырость

Кто там бродит, не ведая горя,

Что в темнице давно позабылось.

Звон ключей, стук дверей. "Ну, откройте!

Отоприте скорей эту клетку!

Подождите, куда вы! Постойте!

Не виновен я, право, поверьте!"

Мальчик замолкает, выжидающе глядя на огонь, и тот шелестит:

А шаги убегают все дальше,

И тюремщик все дальше уходит,

Он проверил надежность засова,

И закрыл на него свою совесть.

На несколько секунд устанавливается тишина, не нарушаемая даже потрескиванием веток. Но это ненадолго.

За окном поднимается солнце. Начинается день. Где-то далеко поет петух, но в крике его не слышно бодрости и радости, - похоже грустно петуху. Грустит, как и мальчик.

Ветер приносит с улицы голоса людей и шум машин.

Но здесь, на этой планете, не осталось ни людей, ни машин. Никого.

Мальчик сидит на коврике у камина и смотрит на огонь.

С неба доносится ужасающий грохот. Это заходит на посадку сантарианский крейсер-пират. Он садится каждое утро, строго по времени. Прежде мальчик выбегал на шум, но как бы он не напрягал зрение, повсюду перед ним простирались поля и леса. И ни дорог, ни кораблей, ни вообще следов жизни. Никаких. Никаких...

Когда же он в последний раз видел живого человека? Года три тому назад. На свой девятый день рождения. Боже, как давно это было!

Теперь мальчик лишь изредка покидает дом. Сидя в комнате, можно вообразить, что вокруг все как раньше: кричат живые петухи, спорят реальные люди, воют всамделишные псы, и мир представляется таким уютным и спокойным!

Главное не покидать комнату. Не покидать, чтобы не разочаровываться.

Мальчик сидит в напряженной позе, смотрит на огонь, привычно прислушиваясь к голосам с улицы.

Главное - не покидать комнату.

Мальчик усвоил это, но пройдет какое-то время, и, плюнув на доводы здравого смысла, хлопает дверью, уходя в ночь. Бежит, куда глаза глядят.

И не то, чтобы он стремился разыскать людей. Нет. Просто что-то в душе его восстает против бездействия.

Он движется. Маленький и одинокий. Узник-властитель планеты.

Он идет долго, не разбирая дороги, презрев ненастье и страх. Стремится достичь зыбкой черты, которую именовали кто как: одни горизонтом, другие - мечтой.

Он знает: раньше ли, позже ли, на его пути вырастет дом, тот, от которого он так стремился бежать. Естественно, не именно тот, покинутый, а такой же. С ничьими шагами, хлопающими ставнями и комнатой, которую не следует покидать.

А ведь действительно, для чего покидать комнату, в которой есть все. Все, что только может понадобиться человеку в жизни. И даже более того.

Все, кроме еще хотя бы одного человека, любого живого существа. Кто бы не зашел в комнату - она пуста. И даже если входят двое - в комнате остается один. Вернее, они будут там оба, но не видя друг друга, не слыша... Это все Комната, ее жуткие шутки с пространством, временем, человеком.

В этой комнате все радости жизни - к вашим услугам. Совсем ничего невозможного. Совершенно. Хотите вина? Пожалуйста, - все что есть лучшее и никаких ограничений. Женщины? Сколько и какие угодно! Желаете королевства, миллионы подданных, шикарный дворец? Нет ничего проще. Но все это здесь, в Комнате.