Янтарный меч 1-4 - Ян Фэй

чтобы укрепляли оборону вдоль русла Гри! Если начнется бой – держи меня в курсе в режиме реального времени, не откладывай.

За Фюрбург он был почти спокоен: город готовился к встрече вражеской армии уже несколько месяцев, и при любом раскладе продержится не меньше нескольких недель.

«Ну что за чудо эта плейнсволкерская система связи – можно даже боем командовать на расстоянии! Есть, конечно, артефакты, дающие почти такой же результат, но сейчас они стоят непомерных денег. В небольшой региональной заварушке ни я, ни Ранднер не будем раскошеливаться на такие устройства или кристаллы с Маной: это перебор – у нас же не битва «Ауин против Киррлутца», в конце концов. И… Ээээ, что такое?»

В голове неожиданно, но отчетливо прозвучал слабый стон, почти всхлип.

Морфей?

Перед глазами тут же возникла картина: парень, слишком красивый для своего пола, в оставшихся от черного наряда лохмотьях лежит на каких-то камнях. Явно только что пришел в себя: мутный взгляд, местами – запекшаяся кровь… Словно карабкался или ползал по камням там, где полетом закончился их бой с Андешей. Пробудило его то ли возвращение Брэнделя в эфир, то ли особая связь Плейнсволкера с призываемым созданием, то ли и то, и другое вместе.

Господин, наконец-то! Вы меня нашли, как же долго я вас искал!

Мечтательная улыбка на местами испачканном кровью бледном «девичьем» лице, томном и застывшем в спокойном … ожидании?

«Так, все ясно, все-таки не угодил на кладбище после того, как Андеша отправила его в полет в долину. Связь нашу тут же блокировало, одно из двух: либо Андеша, либо руины Вальхаллы. Что ж, в принципе неудивительно, после всех моих потуг и жертв для прокачки его уровня. Хммм, сколько времени прошло? День? Больше? А может, он вырубился потому, что после ранения не получил моей крови?»

То, что вампирский трап выжил, очень радовало: все-таки Золотой ранг, и можно прокачивать до бесконечности, пока не раскроет Элемент – существенная боевая единица в любой армии.

Ты как? – спросил Брэндель для начала, чувствуя себя немного виноватым за случившееся.

Это призываемое создание, немертвого, «прочитать» как карту он не мог, так что оставалось только вглядываться в пятна запекшейся крови и пытаться понять, насколько тяжелы раны.

Все в порядке, – немного смущенно покачал головой Морфей, и добавил, слегка покраснев, – я просто немного голоден, господин.

И некоторое время спустя словно из ниоткуда предстал перед присутствующими рядом с ошарашенно хлопающим глазами Брэнделем.

Скарлетт незамедлительно вспыхнула и отвернулась, а Вероника наградила его странным взглядом, остановившись на довольно милых следах от укуса на шее.

Эээээй! Погоди-ка, я что тебе говорил?! Шею не кусать!

Сама идея тесного телесного контакта с мужиком и получения от него засоса на шее его откровенно пугала, как бы этот ни напоминал девушку, но голодный вампир настолько быстро налетел и приступил к кормежке, что времени сориентироваться не оставалось. Все-таки не зря главным преимуществом этих существ считалась скорость: здесь им было равных – настолько, что даже Андешу Морфей вовлек в ближний бой, несмотря на все ее преимущество в силе и уровне.

Вот и Брэндель не смог уклониться, тем более без чего-нибудь вроде Транса в противодействие.

Простите, это все потому, что я был смертельно ранен и срочно нуждался в крови из главной артерии, с пульсом… Мммм, и кровь господина слишком вкусна… – очаровательно улыбнулся Морфей, показав клыки и слегка покраснев от смущения.

Брэнделю только и оставалось вздохнуть и молча воздеть глаза к облакам. Что ж, лучше так, чем его потерять, так что и остается только смириться, добавив напоследок:

Ладно, но на будущее: строго-настрого запрещаю прикасаться к моей шее без разрешения.

Состроив непроницаемую мину, Брэндель пожал плечами и двинулся вперед, раздумывая о предстоящей битве. Нужно было решать, что противопоставить угрозе с севера в грядущей битве.

День спустя они вернулись к месту битвы с волками.

Огненное семя изгнало Хаос, установив в окрестностях и самом Темном лесу Порядок. Теперь вместо мрачных и враждебных пик и утесов их встречали освещенные солнечным светом спокойные и приветливые горы с пологими склонами. Ни единого намека на кипевшие тут бои, а трупы людей и волков исчезли бесследно. Кто знает, может, сожрали монстры перед тем, как двинуться на Зеленую башню?

В лесу – тишина, на листве – блестит роса, вокруг – ни звука, только мирная пастораль и никакой опасности.

Воодушевившись, они пошли дальше, по направлению к лагерю Амандины, и довольно быстро достигли цели. Первой навстречу маленьким радостным вихрем бросилась Амандина, следом – Фераэрн и Дейна.

Пока жив сам Плейнсволкер – всегда можно «перезагрузить» и воскресить павших, так что когда Дейна вернулась в лагерь, ее сородичи по карте только порадовались, а все остальные просто решили, что она заблудилась.

Веронику со всех сторон окружила обрадованные возвращению своего генерала подчиненные, а Брэнделя – на почтительном расстоянии – остатки Древесных эльфов с кентаврами.

Господин! – все еще кутаясь в плащ, радостно воскликнула Амандина. Несмотря на кажущееся спокойствие и непроницаемое лицо, вырывавшийся изо рта мелкими облачками пар выдавал ее радость и облегчение. Она так и застыла на месте в полушаге от Брэнделя, не зная, что сказать.

Я вернулся, – просто сказал он в ответ радостным кивком поблагодарив ее за доверие, улыбаясь и попутно подмечая и усталость в глазах, и слегка опущенные плечи.

Для них с Амандиной, людей во многом похожих и не любивших выставлять эмоции напоказ, зато умевших собраться и хорошо соображающих во время стресса, этого простого жеста было достаточно. Как много раз до того, они прекрасно поняли друг друга: их маленькая отлично сработавшаяся команда работала на безграничном доверии, наладив почти телепатическую связь.

Явись к мадам советнику сейчас сам император Киррлутца с предложением должности и достойного вознаграждения за ее таланты – она, скорее всего, отказалась бы и осталась вместо этого в лагере дожидаться Брэнделя. Все время, пока тянулось их бесконечное ожидание, никто из окружающих было не понять такого доверия и преданности, равно как и ответной веры и уважения ее лорда – их связывало нечто намного более прочное, чем романтический интерес ила даже любовь.

Вопросов Брэндель не задавал. Вместо этого он перевел взгляд чуть дальше, с улыбкой подмечая радость слегка склонившего голову Карглиса, и ответил тем же жестом. Официальный приспешник, можно сказать, почти готов: тот, кто по происхождению и убеждениям должен был всецело поддерживать дворянство, сам, по доброй воле, принял сторону