Янтарный Меч 5-6 - Ян Фей

но это не имело значения. Она подошла к углу зала и достала из-под камина молоток. Затем она вытащила молот и изо всех сил ударила им по статуе.

Неважно, была статуя мертвой или живой. Пока молот приземлялся на статую, даже самый искусный адепт не смог бы собрать ее обратно. Особенно когда статуя была жива, когда она была еще жива.

Но то, что она себе представляла, не произошло. Прежде чем молот успел коснуться поверхности статуи, головка молота внезапно взорвалась без предупреждения. Дочь премьер-министра, размахивавшая молотом, как будто столкнулась с разъяренным драконом. С грохотом она вылетела и тяжело врезалась в стену сбоку зала.

Она издала приглушенный крик и сползла по стене. Она подняла голову, но прежде чем успела что-то сказать, сплюнула кровь.

Она прикрыла рот рукой, и ее пальцы были в крови.

Дельфина огляделась, у нее изо рта и носа текла кровь. Она увидела женщину со зрелой аурой, выходящую из-за двери. Она недоверчиво посмотрела на женский костюм ведьмы, и в ее глазах вспыхнул странный, знакомый свет.

Ей казалось, что она уже видела эту женщину раньше.

— Где римлянин? Женщина холодно спросила, как только она вошла в дверь.

“Я не знаю …”

Прежде чем Дельфина успела закончить предложение, она почувствовала, как невидимая сила сдавила ей горло и подняла с земли. Когда она пришла в себя, ее ноги уже оторвались от земли. Чувство удушья пришло со всех сторон и почти утопило ее.

«Нет… Это не я…»

Дочь премьер-министра закатила глаза и широко открыла рот, как золотая рыбка без кислорода. Она крепко сжала горло обеими руками и тщетно брыкалась в воздухе.

Ей и в голову не приходило, что первым вернулся не Брендель, а ведьма, которую она никогда раньше не видела. Она также никогда не думала, что ведьма не даст ей ни малейшего шанса объясниться и попытается ее убить.

Она всегда была красивой и уверенной в себе и привыкла к тому, что незнакомцы, естественно, производили на нее хорошее впечатление. Однако, какими бы прекрасными ни были ее внешность и тело, без души она была лишь пустой оболочкой. Она наконец почувствовала страх, и страх смерти был таким глубоким и ярким. Внутренняя часть ее бедер стала горячей, и по ее стройным ногам внезапно потекла влага.

Зал внезапно наполнился странным запахом.

Но Дельфина уже забыла об этих пустяках. Она видела звезды, и в голове у нее была только одна мысль: Нет, я не могу умереть, я должна жить!

Ведьму совершенно не заботила ее реакция. Ее рот что-то бормотал, словно она читала длинное заклинание. Хотя Дельфина не знала магии, ей были известны некоторые таинственные методы. В этот последний момент разум ее окончательно прояснился, и, как бы благословив душу, она с трудом закричала:

“Я знаю тебя …”

«Вы принцесса Глория…»

«Я… я видел тебя на Церемонии Вечнозеленых растений тринадцать лет назад…»

Зрелая женщина была слегка ошеломлена, и сила в ее руке рассеялась. Дельфина, которая была в воздухе, села на землю. Та часть ее тела, которая была пропитана мочой, была холодной, и ей было стыдно и сердито.

Даже когда она почти сгорела дотла, она не чувствовала себя такой безнадежной.

Она подсознательно опустила голову и не решалась снова взглянуть на ведьму.

Но ведьма молча посмотрела на нее, а потом сказала: «Ты внучка Нидевана».

Дельфина не кивнул и, конечно же, не осмелился отрицать это. Это было молчаливое признание.

— Где римлянин? — снова спросила женщина.

«Она… отправилась в Башню Похоти».

«Хоть моя племянница и небрежна, в это время она не пойдет в Башню Похоти».

«Некоторые культисты использовали Кровь Бога, чтобы заговорить против нас. Я сбежал, спрятавшись на кухне. Римлянин убил всех, а затем отправился в Башню Похоти. Я не смог ее догнать». Дельфина ответил полуправдой. Конечно, она не осмелилась сказать всю правду, но, с одной стороны, боялась быть разоблаченной ведьмой. Она не могла не издать тихий стук зубов.

Женщина посмотрела на свой растрепанный вид и не стала выставлять напоказ свою полуправду. Вместо этого она спросила: «Римлянин убивал людей?»

Дельфина крепко сжала свое мокрое платье, и ее руки были почти бескровны: «Я не знаю, она… она, кажется, превратилась в другого человека».

— Превратился в другого человека?

«Она стала… неузнаваемой. Казалось, она совсем не узнала нас. Она продолжала называть нас смертными. Я… я не думаю, что это она». Дельфина не посмела ничего скрыть и тихо ответила.

Женщина на мгновение замолчала, и трудно было сказать, рада она или рассержена. Она вдруг подняла руку. Когда дочь премьер-министра задрожала и подумала, что женщина собирается убить ее, она с удивлением обнаружила, что каменная статуя посреди зала растворилась в воздухе.

Женщина обернулась и посмотрела на нее: «Иди найди Брендель и расскажи ему обо всем, что здесь произошло. Скажи ему, чтобы он нашел меня».

В этот момент Дельфина почувствовал настоящий страх. Она не знала почему, но в этот момент ей не хотелось видеть Брендель. Видя ее колебания, женщина саркастически засмеялась: «Только теперь ты думаешь бояться? Ты намного уступаешь своему дедушке, но тебе не нужно бояться. Вы говорите Брендель правду и говорите ему, кто сказал вам найти его. “

— Принцесса Глория?

— Нет, — покачала головой женщина, — это моя другая личность, Кнуделл, последовательница Слепой Девы Мейши, Ведьмы Судьбы. Скажи ему, что главная звезда Чарующего Созвездия, которую я ему показывала, была всего лишь иллюзией. Ведьма Судьбы владеет областью обаяния, обманывать людей — простое дело».

Она сделала паузу на мгновение, прежде чем продолжить: «Если он все еще не верит мне, скажите ему, что я тетя Романа. У меня есть информация из первых рук о том, что он мочился в постель, когда был молод. И если он хочет жениться моя племянница, он должен сначала пройти через меня. Вы понимаете?

— Моя… Моя госпожа? Дочь премьер-министра чуть не задохнулась.

“Ты чувствуешь себя странно? Это вопрос жизни и смерти для репутации дворянина. Ты должна понять это, поэтому, пока он не увидит меня, он ничего тебе не сделает. “

Дельфина чувствовал себя странно.

… …

«Кача…»

На мгновение Брендель почувствовал, как будто его внутренние органы изменили положение. Он тяжело врезался в каменную колонну, но твердая скала не смогла остановить его движение. Столб рухнул, и зал, потерявший опору, начал трястись. В одно мгновение половина зала рухнула.

Он был подобен метеору, врезавшемуся в обломки. Единственное, что он мог сделать, это крепко