Янтарный Меч 5-6 - Ян Фей

только что заявили о своей верности Серебряной Королеве, но чего они не понимали, так это того, почему другая сторона хотела сделать из этого такое большое дело.

Было ли это просто для того, чтобы скрыть предыдущую военную неудачу?

люди Кирлутца а не понимали, но некоторые очень хорошо знали в глубине души.

Брендель понял, что на этот раз дочь премьер-министра снова была права.

После недолгих колебаний он сразу же приступил к приготовлениям. Оформилось противостояние востока и запада империи. Хотя сила Ленареты еще не была стабильной, она, наконец, закрепилась. Он не собирался позволять народу Эруин сражаться за трон народа кирлутц, так что пришло время отступить и уйти.

Во-первых, пусть Евгения, Энид и другие заберут Маленького принца и покинут империю. Миссия группы посланников была завершена, и миссия Маленького принца тоже была завершена. Хотя Харуз также эвфемистически выразил свое намерение остаться и продвигаться вместе с ним, узнав, что его учитель собирается остаться, Брендель опроверг его, мотивируя это тем, что «король должен нести ответственность за свой народ».

Однако, глядя в неохотные глаза Маленького принца, сердце Брендель тоже немного потеплело. После этой дипломатической миссии первый сильно вырос и, наконец, приобрел темперамент короля. Это заставило его чувствовать себя очень довольным — по крайней мере, это стоило опасности, которую он испытал в процессе. Хоть беды и остались, но по крайней мере «Принцесса» на поле боя, о которой говорили солдаты, была одной из них. Он так и не придумал, как объяснить принцессе Гриффин, куда делась пропавшая «принцесса Фуша».

К счастью, пока ему не пришлось встречаться с принцессой.

Перед уходом флота Брендель и Майнильд встретились.

Поглотив в тот день Боевой планшет, личность Старшего японского лука погрузилась в глубокий сон и еще не проснулась. Никто не знал, какие способности она приобрела. Затем личность Мейнильд взяла на себя инициативу тела. Как только она увидела Брендель, она дала ему громкую пощечину, не сказав ни слова. Затем она стиснула зубы и посмотрела на него. Ее губы шевелились, как будто она хотела что-то сказать, но в конце концов ничего не сказала.

Но Брендель читал по ее губам и понимал значение этой фразы: Сука!

Брендель не знал, смеяться ему или плакать. Конечно, он знал, что она ударила его из-за Старшего японского лука, но это не входило в его намерения. Он тоже был жертвой.

К счастью, он чувствовал себя немного виноватым перед этой юной девушкой, унаследовавшей душу его старшей сестры, поэтому не поднимал из-за этого шума. Вместо этого ему было очень интересно наблюдать, как ее лицо покраснело до самой шеи после того, как она прорвалась сквозь холодную и неприступную ауру.

«Мисс Мейнильд, что бы вы ни думали обо мне, на этот раз домашние дела Эруины в ваших руках. Хотя сейчас Эруин кажется спокойной, под спокойствием, словно зеркало, скрываются бурные подводные течения. Будь то Королевская фракция, Империя или нежить Мадары, если с любой из этих трех сторон не справиться должным образом, королевство может в любой момент погрузиться в кризис. Не говоря уже о том, что Все За Одного обязательно воспользуются возможностью, чтобы создать проблемы в этой ситуации. “

Майнильд нахмурилась, как будто не хотела даже смотреть на него, и холодно ответила: «Я, естественно, понимаю, мне не нужно твое лишнее напоминание».

Но она также понимала, что среди всех министров под началом принцессы Гриффин ы только этот перед ней был самым ясным в отношении будущего Эруины, поэтому она спросила: «Если у вас есть какие-то мысли, просто скажите».

Брендель кивнул, довольный тем, что Майнильд способна сохранять спокойствие.

«Иди и скажи Ее Высочеству, что нежить обязательно начнет вторую Войну Черной Розы в течение этого года. Что бы кто ни говорил ей, не позволяй ей поверить в это. Римская Черная Роза должна оставить всякую надежду!»

«Знаете ли вы, что Королевская фракция всегда думала, что вы хотите использовать угрозу нежити для расширения своего влияния?» Майнильд холодно взглянула на него: «Вы хотите заставить Ее Высочество полностью противиться этому?»

«Те, кто так думает, — кучка недальновидных людей. Я считаю, что в Королевской фракции тоже есть люди, которые все это ясно видят. Политика — это искусство компромисса, мисс Мейнильд, но не всем приходится идти на компромисс. “

«Я передам сообщение».

“Спасибо. “

«Не надо меня благодарить, это не для тебя».

Молча наблюдая, как Майнильд поднимается на борт корабля, Брендель не мог не коснуться его щеки. — Ой… — Он не мог не стиснуть зубы. Эта женщина действительно совсем не сдерживалась, ей действительно было немного больно. Хотя его защита уже была выше обычных людей, она не могла блокировать боль. Кроме того, нынешняя сила Мейнильд была совсем неплохой. Поглотив второй планшет, она уже слегка коснулась поля Силы Стихий.

- Как дела, болит? В это время сзади него раздался несколько дразнящий голос: «Граф».

Брендель обернулся и обнаружил, что это маленькая принцесса Дома Сейфер. Сегодня Кьяра была одета в изысканное платье принцессы и держала фиолетовый зонтик, как кукла. Два ее хвостика сияли под золотым солнцем. Она подняла свое маленькое личико и с интересом посмотрела на Брендель, время от времени в ее голубых глазах вспыхивал лукавый огонек.

«Принцесса Сейфер из дома Сейфер, передайте привет вашему брату».

— Буду, — с улыбкой ответила озорная маленькая принцесса. — Но у меня есть к вам вопрос, граф.

Брендель сделал приглашающий жест.

— Теперь вы должны знать, что задумал мой брат. Я просто хочу спросить вас, граф, вы собираетесь жениться на мне?

“Пфф!”

Брендель чуть не задохнулся. Он не мог не закашляться. Он видел много вопросов, которые шли прямо к делу, но он впервые видел такой прямой вопрос. Тем более, что тот, кто задал этот вопрос, был всего лишь маленькой девочкой. Хотя он и не знал, сколько лет было этой маленькой принцессе в этом году, но, глядя на ее недоразвитую грудь и ее рост, достигавший его груди только тогда, когда она стояла на цыпочках, как бы он ни смотрел на это, она не была похожа на было больше четырнадцати лет.

«Ваше Высочество…» Брендель не знал, смеяться ему или плакать, он кашлянул и ответил: «Давайте поговорим об этом вопросе, когда вы станете взрослым».

— Тск, — пренебрежительно посмотрела на него Кьяра, — Лицемер, не думай, что я не знаю пакостей дворян. Я дочь королевской семьи, разве ты не хочешь меня?

Брендель чувствовал, что если он продолжит, кто-нибудь вызовет