Янтарный Меч 5-6 - Ян Фей

Стоит упомянуть, что в это время года, помимо привлекающей внимание группы дворян Брендель, вокруг крепости также собиралось множество караванов разных размеров. Будучи одним из двух ворот между Империей и Эруиной, Крепость Черного Меча была не только стратегическим военным пунктом, но и важным транспортным маршрутом между двумя странами. В течение всего года, за исключением одного-двух месяцев после месяца зимней арфы, когда горная тропа полностью замерзла, большую часть времени через крепость проходили караваны. В этот момент целью солдат Империи, очевидно, был караван Эруинов.

Они быстро ворвались в середину каравана и первыми сбили с ног вооруженных охранников. Затем они выгнали торговцев из каравана, связали им руки за спиной и повалили на землю. После этого солдаты Империи вернулись в середину каравана и своими полевыми мечами перерезали канаты на повозках и один за другим бросили товары на землю. Вскоре после этого они обнаружили много людей из вагонов. Там были мужчины и женщины, старые и молодые. Солдаты Империи собрали этих людей вместе. Большинство этих людей были одеты в лохмотья и дрожали от холодного ветра. Женщины и дети среди них были так напуганы, что громко плакали. Однако солдаты Империи по-прежнему были равнодушны, а у некоторых из них даже была усмешка на лицах.

Сначала Брендель подумал, что столкнулся с мелодраматической сценой, но вскоре понял, что это не так. Но прежде чем он успел что-либо сказать, дочь графа позади него уже была напугана до смерти. Мисс Инайд посмотрела на эту сцену с бледным лицом и не могла не спросить в страхе: «Что, черт возьми, происходит?»

Увидев эту сцену, Кьяра поджала губы, но не хотела говорить.

Среди них дочь герцога Вьеро была более осведомлена. Она объяснила остальным тихим голосом: «Эти люди — беженцы».

Так вот как это. Брендель наконец понял. С тех пор, как Королевская Фракция Эруины потеряла власть во время Морозного Переворота, королевство было в смятении. Эта суматоха во всем королевстве проявилась в хаосе войны. Борьба между королевской семьей и местной знатью была лишь малой ее частью. Когда центральное правительство постепенно теряло свою обязывающую власть, первыми обострялись конфликты между местными сеньорами. Будь то ради борьбы за территорию, население или поддержку, большие и малые войны всегда продолжались. На юге эта ситуация была не столь напряженной. С одной стороны, это было из-за Мадары. С другой стороны, после битвы при Ампер-Силе Север был временно закреплен за старшим сыном короля. К северу от Сейфера дворяне, похоже, на какое-то время потеряли свой порядок. В этих областях, находившихся под влиянием Королевской семьи Ковардо, Королевской семьи Сейферов, Эльфов Ветра и Священного Собора Огня, война, казалось, стала повседневной необходимостью.

А с войной пришло большое количество беженцев. Небольшое количество этих беженцев было принято Тонигелем, но большая их часть ушла на север, в Империю. Для Империи это не имело большого значения. Беженцам нужно было найти место, чтобы обеспечить их средствами к существованию, и Империя была рада принять эту рабочую силу. Но проблема была в том, что увеличение числа беженцев не только приносило пользу Империи, но и приносило неприятности и тяготы. Направление, куда мигрировали беженцы, изначально имело жителей, и дворяне Империи не могли принять всех рабочих. Оставшиеся без дела люди постепенно становились скрытой опасностью для местной общественной безопасности. Вкупе с тем, что прибытие этих беженцев наносило ущерб интересам местных жителей, со временем эти беженцы стали синонимом неугодных в Империи. С тех пор жители Кирлутца стали отказываться принимать этих беженцев в страну.

То, что происходило перед ними, было явно такой сценой.

— Сестра, что с ними будет? Среди всех них самая младшая лоли из семьи Гринуар смотрела на происходящее с некоторым страхом и спрашивала.

«С ними будут обращаться как с ворами и бродягами, здесь их привяжут к столбу и покажут публике, а затем погонят обратно…»

На лицах потомков эруинской знати отразилось некоторое смущение.

«Какой позор, эти скромные люди потеряли лицо Королевства». Аврам не мог не сердито пробормотать: «Неудивительно, что дворяне Империи всегда ведут себя высокомерно перед нами».

…

Глава 907.

Аврам хотел сказать что-то еще, но, увидев, что Брендель холодно смотрит на него, быстро сжал шею и проглотил остатки слов обратно в свой дряблый живот. Конвой продолжал двигаться вперед, минуя солдат Империи и беженцев. Взгляды всех скользнули мимо дрожащих мужчин, женщин и детей, но большинство из них не произнесло ни слова. Инид и дочь герцога из Вьеро почувствовали, что атмосфера в конвое немного странная. Маленькая девочка из семьи Гринуаров крепко держала руку своей кормилицы, выглядя немного робкой. Эке, который следовал за Бренделем, выглядел так, словно хотел помочь беженцам. Он продолжал смотреть в сторону Бренделя, но не получил на это разрешения. Сержант из Яниласу следовал за ним, держа одну руку на рукояти меча, висевшего у него на поясе. Его взгляд был прикован к имперским солдатам.

Киара, с другой стороны, холодно смотрела на это со стороны. Эта маленькая девочка в чрезвычайно нескоординированной большой шляпе ученого стояла рядом с Энид и наблюдала за всем этим холодным взглядом, который был далеко не по возрасту. Время от времени ее выражение лица выражало насмешку по отношению к Авраму и остальным. У Сиэля, Хипамиры и Метиши были свои мысли, но они стояли позади Брендель, ожидая приказов. Ютта посмотрела на беженцев и слегка нахмурилась. Она видела слишком много таких сцен в этом королевстве.

Брендель даже не посмотрел на беженцев. Его взгляд даже не задерживался на имперских солдатах. Он поджал губы и с холодным лицом повел конвой сквозь хаос. Имперский рыцарь, прошедший мимо него, был проигнорирован, как будто его не существовало. Хотя люди из дипломатической группы были вместе уже почти две недели, они все еще не были знакомы с темпераментом своего командира. Они знали только, что он был близким вассалом Ее Высочества и что в прошлом он был таким же могущественным, как герцог Аррек. Будь то Аврам или дочь герцога Вьеро, большинство из них было предупреждено, чтобы они не оскорбляли этого графа, которому в будущем суждено было стать могущественным. Поэтому, если Брендель ничего не сказал, они не осмелились действовать самостоятельно. Конвой хранил молчание, пока они шаг за шагом приближались к возвышающимся воротам Черного вала.

Дипломатическая группа быстро прошла мимо караванов. Задержанные беженцы давно остались позади. Какое-то время только Эке все еще неохотно смотрел в конец конвоя. Он нахмурился и не пытался