Шёпот звёзд (СИ) - Яманов Виктор

На берегу белокожая красавица представилась именем Хелен, а Гораку уже был по уши влюблён, как ни влюблялся ни разу в жизни. Они провели вместе много вечеров за разговорами, прежде чем она прекратила холодно относиться к нему.

Сначала Хелен показалась Гораку льдом, который нельзя растопить. Людоеды по сравнению с ней были очень эмоциональными. Но король не сдавался, и она тоже полюбила его. Вместе с Хелен Гораку целый год странствовал по разным мирам. Он тщательно скрывал своё происхождение. И, как выяснилось, она также скрывала своё. Длинные волосы Хелен всегда скрывали её шею. Как-то по утру Гораку заметил на ней родимое пятно в виде буквы «G» и сразу понял, из какого рода его любимая, но не понял, кто она сама. Всё выяснилось, когда Хелен забеременела. Это было восемнадцать стандартных лет назад.

Но однажды всё закончилось. Она раскрыла Гораку своё настоящее имя, потому что уже не могла не любить его. Она сказала тогда: «Ты — моя единственная любовь, но я не могу оставить этого ребёнка и любить его также, как тебя». Тогда и Гораку пришлось признаться. Тем вечером Химера была в ярости и чуть не убила возлюбленного. Но приставив нож к его горлу, она остановилась и отпрянула. Несомненно, Гораку стал единственным человеком во всех мирах, кого она не смогла убить. Это был самый ужасный союз, который только могло воплотить мироздание: королева Вселенной и король людоедов нашли друг друга.

Они оставались вместе ещё восемь стандартных месяцев, пока королева носила ребёнка. Но после рождения сына, Гораку пришлось с болью принять её суровое решение. Завернув младенца в одеяло, несчастный людоед крепко прижал его к себе, отнёс к шлюзам и выбросил в открытый космос.

— За это мне нет прощения! — вскричал король, завершая свой ужасный рассказ.

Я сидел неподвижно, словно остолбенев от шока. У меня не было слов. Да и что говорить в таких случаях? Помню фразу, которую услышал после своего рождения: «Ему не место в нашем мире». Никто не ожидал, что Вселенная сможет сама меня поставить на нужное место и связать с теми людьми, кто так обошлись со мной тогда. На глаза наворачивались слёзы. Я не мог ничего не ответить, потому резко встал с трона и выбежал из зала, направляясь в свои покои. Король не стал меня останавливать.

Уснул я только к утру и проспал добрую половину следующего дня. Никто не стал меня будить. Я проснулся разбитым, голова раскалывалась от напряжения. В наших покоях была ванна на ножках. Она находилась в соседнем помещении с каменными стенами, но освещалась естественным светом из небольших окон. Я наполнил ванну ледяной водой и пролежал в ней несколько часов, пока мне не стало легче.

Я всё никак не мог найти ответ для короля. Что я должен был сказать человеку, который одним свои действием сотворил мою судьбу? Я бы хотел родиться в другом месте: в более-менее нормальной семье, или умереть сразу после появления на свет, как и было задумано. Но всё вышло иначе. Я обязан своей сохранившейся жизнью небесным светилам, которые неустанно смотрели за мной и направляли мой путь. Но чего же они хотели, на самом деле? Каково моё предназначение в этом мире?

Ближе к вечеру я взял себя в руки, привёл в порядок и нашел Каста с Чикату. Они помогали очистить от радиоактивных примесей воду озера, которое мы вчера растопили. Каст отделял молекулы воды от неизвестных мне изотопов и собирал их в специальной склянке, а Чикату измерял радиоактивность воды с помощью примитивного радиометра для жидкостей. От моей помощи они не отказались, и весь остаток дня я учился разделять воду от посторонних молекул. Это оказалось легко, но долго и однообразно.

Я всё ещё избегал Гораку, у меня так и не нашлось слов для него, хотя я понимал, что нужно хоть что-то сказать ему в ответ на откровенность. Королю хватило бы нескольких секунд, чтобы выдать моё местоположение Химере, и меня бы незамедлительно забрали. Но я не мог себя пересилить, и принять новоявленного отца в свою жизнь. Не мог сказать, что люблю свою мать, но я и не презирал её, как впервые объявившегося отца.

Следующая ночь была неспокойной, а я крепко спал, откинув ненавистные мысли. Мне и прежде приходилось видеть странные сны, но той ночью я отчётливо разглядел, прочувствовал и запомнить всех тех, кто обращались ко мне.

В тумане пурпурных газовых облаков порхали прозрачные существа, напоминавшие то кальмаров, то медуз, то прочих однополых существ со щупальцами. От них импульсами исходило голубое свечение, словно ток, проходящий через тела. У них не было привычного нам рта, но эти создания могли общаться мыслями. Они посылали мощные импульсы на разные расстояния и так общались. Без сомнения, это были существа высокого разума, несмотря на странные тела. Им было больно от того, что их планеты становились источниками добычи природного газа для людей, которым нечем противостоять. Они осознавали, что уже через несколько лет добычи в таком же режиме — и их популяции начнут стремительно сокращаться.

Я видел планеты без материков, окутанные сплошным океаном. А под толщей воды строили города другие существа — двуполые. Их тела покрывала плотна чешуя, которая заканчивалась в той части их тел, что напоминали лица. Вместо ног у них были длинные хвосты самых разных расцветок, а вот руки походили на человеческие. Эти существа общались при помощи рта и выделяемых из него кислородных пузырьков. Но у них также были технологии передачи данных. Планеты-океаны загрязнялись при добыче нефти, которой пользовались человеческие существа из других галактик. Некогда планеты-океаны были покрыты материками и островами, на них произрастали густые леса. Но в результате космических катаклизмов всё было затоплено миллионы лет назад. И так эти острова жизни невиданных существ стали источниками ресурсов для людей, распространивших свою власть над Вселенной.

Мне слышались отголоски коллективного разума бесполых существ планет-муравейников, где жили громадные существа, облачённые в прочные экзоскелеты. Они подчинялись своим королевам-матерям и жили ради них. У них не было системы дыхания, и они существовали, переваривая множество ископаемых в недрах их планеты. И всё было бы хорошо, если бы им не приходилось делиться своей «едой» с развивающейся вселенской сетью, развитие многомиллиардного населения которой невозможно без постоянного использования невозобновляемых ресурсов. Популяция насекомоподобных существ стремительно сокращалась из-за продолжительного голода.

Среди ледяных тоннелей развивались другие хищные существа, способные охотиться на людей. Тела их были покрыты плотным белым мехом. Эти громадные гуманоидные создания вырастали до трёх метров в высоту и были разумны. Но они ненавидели человеческую расу за массовое истребление, которое началось ещё миллионы лет назад. Существа оказались загнаны в угол и прятались под вековыми толщами льда, выходя только для охоты. Они могли вовсе исчезнуть или снова потерять разум и обратиться в животных. Их поджидал процесс обратной эволюции, который сложно остановить.

Мне являлись теплокровные прямоходящие амфибии, которые работали в несколько раз быстрее людей. В процессе объединения Вселенной их насильно переселили с тропических благоприятных планет в более суровые условия. Раса была на грани вымирания. Им не позволяли развиваться также, как и всем остальным существам, отличным от людей.

Я увидел в том сне только выжившие разумные расы. А было ещё множество истреблённых людьми. В самом начале эволюции Вселенной разумная жизнь зарождалась даже в магме самых неблагоприятных планет. Но люди решили оставить господство за собой: притеснили или вовсе погубили другие высокоразвитые расы. Во времена основателей моего рода все пятьдесят рас были равны по своему развитию. Теперь осталось только семь, включая людей. А уже через несколько тысяч лет останется и того меньше.

На меня смотрели миллионы плачущих глаз, призывая к моей эмпатии, со способностью к которой я был рождён первым из правящего рода Гиронимус. Они ничего не говорили, но я всё чувствовал. Меня пронзала боль каждой утраты. И вот, наконец, я увидел свою семью — всех правителей Вселенной до моей матери. Они не говорили о прямом истреблении рас и господстве людей, но всегда это подразумевали…