Двойники - Альфред Ван Вогт

— А что, ухаживать за джэббером противозаконно? — неожиданно спросила она и внезапно замолчала, целиком уйдя в собственные мысли.

Между тем Ли подошел к Долорес и прямо обратился к ней:

— Ты готова вернуться обратно в группу?

Но та даже не шелохнулась, будто не слышала вопроса.

— Ну, давай, Долорес, — Сьюзен встала рядом с Ли, — признавайся. Ведь ты же не хочешь и в самом деле оказаться в лагере?

Но Долорес уже пришла в себя, на губах появилась ее обычная язвительная усмешка. Она внимательно посмотрела на Сенниза, лицо которого начало принимать все более несчастное выражение. Удовлетворенно кивнув самой себе, Долорес повернулась к Ли и задорно сказала:

— Может, я выйду замуж!

— Но ты еще слишком молода для замужества, — поспешно заметил Сенниз.

— Но зато я уже столько знаю! — беззаботно ответила Долорес — Кроме того, на той неделе мне уже исполнится восемнадцать.

— В чем дело, Долорес? — подозрительно спросил Майк, который, естественно, не мог и заподозрить, что на его глазах происходит элементарный шантаж юной девушкой взрослого мужчины, чье положение в считанные секунды стало просто угрожающим.

— Я думаю, — продолжала Долорес мягким, как шелк, голосом, — я стала бы прекрасной женой космического летчика. А если бы он вдруг не вернулся из экспедиции, я вполне могла бы выйти замуж второй раз.

Наступила глубокая тишина, все глаза были устремлены на молчащего Сенниза, во всем облике которого появилось что-то печально-прощальное.

— Капитан, — прямо-таки пропела Долорес, — как вы думаете, я могла бы оказать услугу летчику и выйти за него замуж?

— Да, думаю, могла бы, — выдохнул Сенниз, закончив мысленное прощание с привычным миром холостяка. Девушка была на седьмом небе после одержанной победы.

— Послушай, Ли, — в голосе почувствовался оттенок взрослой снисходительности, — я хотела бы отложить на неделю все эти вопросы, думаю, я выйду замуж на той неделе… И вообще, знаешь, я — как тот мост, под который хлынуло слишком много воды… Не думаю, что я подхожу для группы.

Ли задумчиво рассматривал ее некоторое время, а потом заметил:

— Послушав тебя, можно уверенно сказать, что ты действительно не очень подходящий для группы человек. Согласен. — Ли посмотрел на Сенниза и вежливо сказал: — Если ни у кого нет вопросов, то, думаю, вы можете идти. Надеюсь, в течение недели ваш вопрос будет решен. — Ли пристально взглянул на Долорес: — Сэк?

— Сэк, — ответило это легкомысленное создание. С видом собственника она продела руку под локоть Сенниза. Никто не сказал ни единого слова, пока эта пара не скрылась в дверях, но, казалось, раздался общий вздох облегчения.

Мериэнн поднялась на цыпочки и прошептала в ухо Майка:

— Я совершенно ничего не понимаю. Что все это значит?

— Ты только что была свидетелем того, как один хитрец перехитрил другого, — с нескрываемым сарказмом ответил тот.

На доли секунды на личике Мериэнн сохранялось выражение непонимания, но оно почти сразу прояснилось.

— О, я, конечно, поняла, что тот, кто женится на Долорес, получит то, что заслужил!

— Джэбберы, — послышался громкий голос Тома Кэннона, — на мой взгляд, все вопросы “Красной Кошки” благополучно решены. Ли остается лидером группы, а Сьюзен возвращается в группу, все осознав, как и полагается настоящему джэбберу. — Он окинул всех взглядом. — Сэк? Кто-нибудь против? Специальное собрание считаю закрытым.

Ли посмотрел на Сьюзен:

— Все теперь стало на свои места, непонятным осталось только одно — наши с тобой отношения. — Он замолчал, потому что в ее глазах прочел ясный ответ на свой вопрос. Взявшись за руки, они выбежали за дверь.

Тем временем далеко за Юпитером, в отдаленном секторе солнечной системы проходили переговоры…

Инопланетные компьютеры были быстро модифицированы для демонстрации микрофильмов, которые доставил Лейн.

По разные стороны большого стола расположились Лейн с Рейдом и дрены с их необычными, переливающимися серовато-розовыми телами. Двое землян физически ощущали атмосферу враждебной напряженности, царившую в помещении… И начались долгие часы просмотра материалов об экспедициях землян на другие планеты различных солнечных систем… Просмотр продолжался без перерыва. Дрены уже знали, что человеческие существа не могут обходиться без сна, и теперь, глядя на измученные лица спящих землян, они испытывали некоторое чувство превосходства: “Мы все-таки лучше устроены”, — с общим чувством облегчения думали они.

Когда Лейн и Рейд проснулись, им задали весьма удививший их вопрос:

— Что такое детские группы? Какая теория лежит в их основе?

Они изумленно переглянулись и вполголоса принялись обсуждать столь непонятный интерес дренов к такому второстепенному вопросу.

— Какой смысл в этом вопросе… совершенно не по делу? — недоумевающе спросил Рейд.

— Думаю, им интересно узнать все о группах, потому что один из детей дренов, “Бад”, настолько подпал под влияние одной из них, что они, наверное, учинили настоящее расследование причин его предательства своей расы. Но, думаю, ты лучше меня сумеешь объяснить им всю эту систему детских групп. Почему бы и в самом деле не рассказать им об этом?

После того, как Рейд подробно описал новую систему организованного самовоспитания детей на Земле, Лейн, в свою очередь, задал вопрос дренам:

— А почему это вас так интересует?

— В течение длительного периода нашей истории, — начал свой ответ один из дренов, — наша молодежь, как правило, вела себя необузданно и вообще была склонна к насилию. И так продолжалось до тех пор, пока мы не приняли жесткий закон, который действует и поныне: мальчик должен быть неотлучно рядом с отцом весь трудный переходный возраст. Но, разумеется, это решение оказалось настоящим кошмаром всех поколений, которые оно затронуло. Дело дошло до того, что пришлось принять еще один закон, который обязывал каждого взрослого дрена иметь, по крайней мере, одного ребенка. Поэтому вы можете себе представить наши чувства, когда нам стало известно, что наш ребенок дрен, известный вам под именем Бад, совершенно добровольно, без всякого принуждения, отвечает самому духу организованных детских групп. Неожиданно для нас, взрослых дренов, впервые забрезжила смутная надежда на то, что мы когда-нибудь сможем освободиться от непомерного родительского бремени. Мы намерены, — продолжал дрен, — подписать с Землей договор о ненападении при условии, что большие группы детей расы дренов будут переправляться на Землю и станут там членами этих детских групп. И, кроме того, необходимо, чтобы Земля послала на нашу планету не только квалифицированных специалистов по организованному самовоспитанию детей, но и целые семьи землян, в которых дети уже имеют опыт воспитания в рамках этих групп. Все это в целом будет содействовать быстрому переходу нашей планеты к новым принципам воспитания наших подрастающих поколений.

При этих словах Дезмонд Рейд взглянул на своего друга, Лейн перехватил его взгляд, неловко улыбнулся и бесстрастно ответил:

— Нас вполне устраивает ваше предложение. — Он слегка покраснел и добавил: — Необходимо лишь тщательно проработать все детали, гарантирующие безопасность обеих планет.

На обратном пути, когда Лейн вел свой лайнер к Земле, он неожиданно сказал:

— Ты, видимо, считаешь, что я был слишком уступчив, сразу согласившись на их предложение, но… Видишь ли, эти дрены абсолютно точно подверглись нападению неизвестного врага, и если нам когда-нибудь придется с ним столкнуться, то будет только лучше, если у нас в космосе будут друзья и союзники. — Лейн помолчал и закончил более агрессивным тоном: — Ты должен признать, это — вынужденный компромисс!

— Когда мы вернемся на Землю, — дипломатично ответил Рейд, — я, с твоего позволения, порекомендую Совету лидеров детских групп исключить тебя из “черного” списка бутеров. Ты позволишь?

Лейн не сразу ответил, задумчиво уставившись на обзорную панель у своих ног — черная пустота космоса будто заворожила его. Наконец он вышел из оцепенения и заговорил напористо, будто перед этим он лишь набирался новых сил для предстоящей словесной схватки:

— Кто, по-твоему, должен был бы полететь на эти переговоры? Ты и я или несколько подростков?

— Конечно, мы с тобой! — хладнокровно ответил Рейд. — Взрослые люди, решительные и опытные, как мы.

Лейн опять замолчал, бессмысленно устремив глаза в черное пространство… Но внезапно возникшая мысль оживила его лицо, и он резко повернулся к Рейду:

— Но в таком случае получается, что эта новая теория организованного самовоспитания детей совершенно не вырабатывает в них подсознательного стремления драться с врагом, невзирая на личный риск, не так ли?