Шёпот звёзд (СИ) - Яманов Виктор

Чикату проводил меня к лачуге планетотворца, которая сильно смахивала на ту, в которой я ночевал. Почти все домики в деревне были очень похожи: сделаны из тёмно-коричневой глины, с неровными стенами и без пола. Они отличались только по размеру: большие семьи жили в более просторных домах. Мы подошли ко входу в жилище Каста, где старик уже ждал нас.

Звезда над Ардентальтом высоко светила, и только сейчас я ощущал, что планета практически не защищена от ультрафиолетового излучения. Моя неприспособленная белоснежная кожа должна была уже покраснеть и покрыться волдырями от ожогов, но этого не произошло ни вчера, когда мы с Чикату проделали долгий путь к деревне, ни сегодня, когда я стоял под палящим светилом.

Каст встретил меня с широкой улыбкой, которая противоречиво смотрелась на его бледном лице, на котором также не было следов от звёздного излучения. Он долго и крепко пожимал мои руки, рассказывая о том, как он рад моему появлению. Но его улыбка резко исчезла, когда он заметил на моих запястьях свежие раны с недавно запёкшейся кровью.

— Эта жизнь тебе не принадлежит, чтобы вот так её лишаться, — угрюмо пробормотал старик, разглядывая порезы.

— А кому принадлежит? — смутился я.

Каст посмотрел на безоблачное серо-голубое небо и ответил:

— Звёздам.

— А разве они живые? — я тоже задрал голову повыше и, щурясь и прикрывая лицо рукой, посмотрел вверх.

— А почему они должны быть мёртвыми? — пробормотал старик, плавно отпуская мои руки и входя в лачугу.

Жестами он позвал меня тоже войти.

Каст достал несколько склянок и чистую марлю из своих запасов и попросил меня сесть на пол. Стульев в лачуге не было, и мы оба сели, скрестив ноги, на каменистый пол, застеленный примитивными циновками. Старик аккуратно обработал мои запястья дезинфицирующим раствором, который он выливал из склянки на марлю, а затем присыпал раны заживляющим порошком и замотал мои руки новой чистой марлей. Он делал это так заботливо, словно я был его маленьким сыном.

Чикату проводил нас к тому месту, где вчера горел большой костёр и отправился по своим делам. Мы с Кастом весь день тренировались над созданием атмосферы. Мы также сидели, скрестив ноги, друг напротив друга. Каст сначала показывал мне определённые движения, которые требовали хорошей ловкости пальцев, затем я повторял.

До мастерства старика мне было ещё очень далеко. Он выпускал из своих рук десятки струй воздуха, а мне за сегодня удалось создать не больше трёх. Мы сидели так весь долгий день, несколько раз делая перерывы и возвращаясь в лачугу Каста. В один из перерывов старец угостил меня странной похлёбкой.

Я помнил, на какой планете нахожусь, поэтому спросил у него, скрывая свою брезгливость и всматриваясь в глиняную тарелку:

— Из чего это?

— Из бобов и корня фунги. Сварено на огне, — ответил старик, видя мою неловкость. — Ты не бойся, я не ем человечину и тебе не советую.

— Откуда растения, если на этой планете ничего не растёт?

— Мальчик мой, ты, правда, о себе ничего не знаешь? — Каст положил руку мне на плечо. — Хотя, видимо, так оно и есть, раз ты спрашивал про звёзды.

В который раз говоря о светилах, Каст возвёл глаза к небу, хотя мы и сидели в доме.

— Если честно, я больше догадываюсь о том, кто я, чем знаю наверняка, — сказал я и опасливо попробовал суп.

На вкус он был, как обычный овощной суп без соли.

— Мы — планетотворцы, — старик показал рукой сначала на себя, потом на меня. — И мы способны управлять энергией звёзд. Мы можем собирать воедино расходящиеся атомы вокруг планеты, образовывать из них молекулярные соединения, что мы и делаем, плетя атмосферу. Из атмосферы мы уже формируем облака, которые приносят дожди на землю, и мы образуем на ней реки и моря. И из этой воды мы уже можем создавать органические соединения, которые преобразуются в растения.

— А мы можем оживлять растения или людей? — спросил я о том, что всегда не оставляло меня в покое.

— Растения точно можем, а вот про людей не знаю. Мои учителя ещё тысячелетия назад рассказывали, что людей можно лечить, если на то будет воля самих звёзд.

— Так получается звёзды живые?

— Они не состоят из органики, как ты знаешь, но у них есть душа. Звёзды в ночи перешёптываются между собой. Ты не слышал их шёпот?

— Слышал, — задумчиво ответил я. — Этот шёпот привёл меня к порталу.

— Звёзды могут нас направлять, если на то их воля, — старик улыбнулся.

— А вы научите меня выращивать растения?

— Конечно! Моих сил хватает только на поддержание атмосферы, но с твоей помощью, мы сможем снова вырастить леса на Ардентальте.

— Снова? — переспросил я.

— Да, опять же лесам нужен углекислый газ из атмосферы, и, если его нет, они погибают. Цепочка рушится. Последние, сотворённые мною деревья погибли два тысячелетия назад. Я составил полную цепочку, но атмосфера рушится, если её не поддерживать ежедневно.

— А нельзя составить так, чтобы цепочка работала без вас? — я допивал остатки супа.

— Эта планета не пригодна для жизни ещё и по своему расположению. Все газы, собранные мной из космических просторов, притягивает соседний газовый гигант дальше от звезды, орбита которого располагается параллельно Ардентальту. Но и на ней жизнь невозможна. Температура там гораздо ниже нормы.

— То есть, вторая планета движется с большей скоростью, чем Ардентальт, и постоянно нагоняет нас, верно?

— Да, ты правильно заметил.

— А нет ли способа убрать эту планету?

— Я об этом не задумывался. Но это, скорее всего, невозможно.

Каст задумался.

— Если у королевской обороны есть ракеты, способные погасить пламя звезды, то должно быть что-то, способное разрушить и планету из газа, — предположил я, глядя на него.

— Возможно. Но наш король точно не будет об этом спрашивать. Ты же знаешь, людоеды — изгои. Вся Вселенная мечтает, чтобы они поскорее вымерли, а они всё никак не умирают, чтобы ни произошло, — с усмешкой ответил старец.

Меня порадовало отсутствие связи с остальной Вселенной. Уж тут-то моя семья точно не будет меня искать!

Чтобы достичь результата Каста по сотворению десяти воздушных потоков у меня ушла неделя времени Ардентальта. А чтобы превзойти его результат и создавать параллельно сто потоков, у меня ушёл ещё месяц. Все дни были похожи один на другой, ничего не менялось. Мои раны быстро затянулись.

Стало гораздо легче дышать. На горизонте показались небольшие скопления юных облаков. С каждым наступлением ночи мы показывали местным жителям наши умения, которыми они восхищались. Несомненно, планетотворцы были самыми почитаемыми людьми, или не совсем людьми, на Ардентальте. Каст объяснил, что раз я достиг хороших успехов в создании атмосферы, мы должны двигаться дальше.

Чикату вызвался сопровождать меня и Каста на пути к городу, который должен занять дней пять по местным меркам.

Мы погрузили палатки, запас еды и немного своих вещей на примитивную старую деревянную тележку, которую повёз людоед. Выдвинулись от деревни в сторону, противоположную той, откуда я пришёл по времени Ардентальта больше месяца назад. В километре от деревни мы вышли к водяной колонке. Она качала воду из подземных источников, и вся деревня приходила с вёдрами и кувшинами сюда, пополнить запасы. Как я понял, деревня располагалась здесь именно по причине обнаружения грунтовых вод.

Ещё через час нашего пути я наблюдал то, что больше всего не хотел тут увидеть. С неба плавно спустилась прозрачная яйцевидная капсула, в которой находились два человека, обречённых на казнь. Она автоматически открылась, как только коснулась земли. Десяток краснолицых людоедов уже предвкушённо ждали её. Они окружили место приземления капсулы. Обречённый человек вылетел из кабины, попытался прорваться через толпу местных, но те были в разы сильнее его. Людоеды повалили белого татуированного человека на каменистую серую землю и быстро связали веревками, которые они делали из кишок убитых.