Шёпот звёзд (СИ) - Яманов Виктор

Я сел на кровати и принялся жадно есть. У супа был непонятный искусственный привкус, но в тот момент и он казался чем-то божественным. На подносе пометилось несколько блюд, и закончив есть суп, я тут же приступил к следующему.

Люциус активировал переносной антигравитационный стул и сел на него напротив меня. Он сначала поинтересовался о моём самочувствии. Я с набитым ртом пробормотал, что уже всё хорошо. Тогда Люциус рассказал, что день после происшествия я лежал под автокапельницами в медицинском пункте корабля, потом меня перенесли сюда. Он объяснил, что у меня два сердца, которые почему-то на время замедлили свой ход.

Я очень удивился факту наличия двух сердец в моём организме, раньше об этом никто не говорил. Хотя после корабля Гемилиона я больше никогда не давался на полные обследования, а покойный доктор говорил, что я сильно отличаюсь от других детей.

Еды на подносе больше не осталось, — и чувства голода, как не бывало. У меня не нашлось слов, чтобы что-то ответить на рассказ Люциуса. Он, видя моё смятение, подошёл к белой стене и открыл такой же огромный иллюминатор, как в прошлой каюте.

Люциус посмотрел на освещаемый звёздами космос с виднеющимися планетами вдали и вдохновленно сказал:

— Это Лоракс.

Он указал на большую планету, которая с каждой секундой становилась всё больше. Я замер. Это была настолько величественная планета, что звёзды на её фоне казались мелкими пучками света. Её усеивали туманы и облака разных цветов: от ярко-голубого до зеленовато-жёлтого. Ещё через пару минут я увидел океаны планеты тёмно-голубого цвета, которые составляли малую её часть.

Две звезды освещали Лоракс на равном расстоянии так, что между двумя полушариями света скрывалась темень. Но самое удивительное, что это были не обыкновенные одиночные светила, а целые звёздные системы. На их орбитах кружились другие планеты разных цветов и размеров. Вокруг планеты вращалось множество искусственных спутников, отливающих блеском в космической мгле. По истине завораживающее зрелище.

Мой новый друг сказал, что мы прибудем в резиденцию нашей семьи в течение часа, и мне нужно переодеваться. Он вышел из каюты, и чуть позже другой член команды принёс новый костюм, созданный из незнакомой мне ткани — гладкой и приятной на ощупь. Верх состоял из пышной рубахи тёмно-синего цвета, а низ — из объёмных брюк. К одежде полагалась невиданная блестящая обувь чёрного цвета, но я увидел, что в углу комнаты всё ещё стояли мои кеды, которые уцелели после выхода в открытый космос, и я предпочёл их. Поверх костюма полагалось надеть длинную чёрную мантию с капюшоном, а волосы я привычно стянул в хвост.

Космос остался далеко позади, и из иллюминатора виднелась поверхность Лоракса со своими туманностями. Перед нами открылось окно защитного электромагнитного поля, подобное тому, что я видел на Домироне в детстве. Только вот поле Лоракса оказалось в несколько раз толще. Ещё через пару минут мы спустились к облакам, и в иллюминатор можно было наблюдать красивую белую дымку.

Люциус пришёл за мной, и мы последовали к главному шлюзу с трапами. Как я понял, мы выходили последними с корабля. Космическое судно приземлилось в огромном космодроме под землёй, на потолке закрывались шлюзы. А за ними я успел увидеть светлое небо и очертания зелёной планеты вдали.

Экипаж корабля расходился по сторонам, Химера не попалась мне на глаза. Множество людей в чёрной и синей форме с нашивкой в форме буквы «G» на груди, разбегались, вынося с судна огромный багаж. Большая часть грузов выносилась на антигравитационных подушках, которыми уже и управляли члены экипажа. Мне хотелось всё рассмотреть, но Люциус торопил, приговаривая, что моего прибытия ждут. Только вот непонятно, кто ждёт…

Мы вышли из космодрома в небольшой коридор, ведущий к гравитационному лифту. И за минуту поднялись на поверхность.

Из пункта перемещений мы последовали по длинной аллее, ведущей к замку неописуемых размеров. Конца и края стен с земли не было видно. А сверкающие в дневном свете звёзд башни вздымались в небо. По обеим сторонам аллеи росли высокие деревья, напоминавшие земную японскую вишню, только цветы их были не нежно-розовые, а ярко-голубые. Они источали приятный сладковатый аромат, который разливался повсюду. Да и бабочки тут были совсем необычные: в несколько раз больше своих земных сородичей, их крылья переливались всеми цветами: от светло-оранжевого до пурпурно-чёрного. Они кружили вокруг красочных бутонов. Яркими цветами был усыпан весь сад по обе стороны аллеи.

Мы приближались всё ближе к нашему родовому замку. Подобных построек я не видел никогда, даже на самых отдалённых планетах. Он был выстроен из серо-чёрного камня и ярусами, башнями вздымался ввысь, так, что даже за облаками виднелись ещё парящие башни замка. Огромные стрельчатые окна окаймляли рамы из чёрного металла. И даже под светом двух солнц они казались необычайно мрачными. Но цветные витражи, резные розетки в стенах, множество барельефов и колонн придавали замку невероятную притягательность и гармонию.

Я насчитал двадцать башен, все они были разной высоты и заострялись к верху. А от угла каждой верхушки устремлялась в небеса другая — на силе обратной искусственной гравитации. Башни отзеркаливали друг друга и уходили всё выше — к самым небесам, так что нельзя было сказать, что таится там, в вышине. Верхушки и основания строений замка были вылиты словно из чистого золота, но это точно было не оно: в металле было много красного оттенка. На макушках башен сверкали камни, словно рубины.

Казалось, что для создания эффекта полного восхищения у всякого посетителя замку не хватало одного рва с крокодилами. Хотя, может, у моей матери имелось и что-то подобное. Мрачный облик дворца говорил о том, что его основали тысячи лет назад. Это была поистине величественная постройка. Пугающая.

Аллея невиданных растений привела нас к огромным воротам, которые мгновенно поднялись наверх при нашем приближении, и мы поспешили войти. Замок поражал изнутри тоже. Пол был сделан из камня, напоминавшего чистый мрамор молочного цвета. Потолок походил на одну сплошную лампу, но его свет не резал глаза. Винтажные лестницы располагались рядом с гравитационными лифтами в углах большого помещения. Гармонично смотрелась и мозаика из осколков драгоценных металлов на стенах главного холла. Она была создана с такой точностью, что изображение пейзажа из далёкой древности выглядело и по сей день реалистично.

Мы прошли к одному из лифтов. Люциус объяснил, что подъёмники в замке сделаны так, чтобы доставлять членов королевской семьи в любое место резиденции всего за несколько минут. Он работает, как звено в огромном лабиринте, и нужно указать конечный выход. Люциус набрал команду на голо-мониторе у стены шахты, и лифт понёс нас вверх, влево, вправо, снова вверх и дальше. Как только он остановился, Люциус вежливо попросил меня выйти. Я так и сделал, а мой друг поехал дальше.

Огромная комната напоминала библиотеку, все стены были обставлены высоченными шкафами с книгами. Словно я попал в далёкое прошлое. А мне навстречу уже тихонько шла высокая худая черноволосая женщина. На лице её виднелись маленькие морщинки. Ей было не больше сорока стандартных лет. Она была похожа на Химеру, с такой же горбинкой на носу. Женщина вежливо назвала меня по имени и предложила пройти за ней, чтобы поговорить.

Мы сидели друг напротив друга посреди большого гулкого зала, между нами стоял антикварный столик без применения обратной искусственной гравитации. Служители дворца предложили мне чай из залитовых листьев с Косвена. Они оставили нам чашки с багряным напитком на столике и поспешили удалиться. От женщины веяло холодом, а её лицо не выражало никаких эмоций. Я не решался начать разговор, и она, понимая моё смущение, заговорила первой:

— Знаешь ли ты, Маркус, для чего ты здесь?

— Не знаю. Я, если честно, уже давно перестал что-либо понимать.