"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард

– Эй, кошёлка! – рявкнул он, глядя на пьяное лицо стукачки. – Мне не нравится, как ты на меня смотришь.

Ей не требовалось быть трезвой на своей работе. Она справилась бы с ней и в полной отключке. По всей вероятности, Билл предложил этой проститутке совместить прослушивание с выполнением её профессиональных обязанностей.

В тело женщины вживили электронную начинку, а взамен позволили ей бесплатно напиваться в барах и крутить динамо с посетителями, которые думали, что за стаканчик-другой она усладит их по-любому в разных позах.

Напуганная криком Энгуса, она попыталась сфокусировать на нём взгляд, но не смогла. Один из её кавалеров храбро ответил:

– Вали отсюда, задница.

Энгус облегчённо вздохнул – теперь он знал, куда выплеснуть часть своей ярости. Ударив каждого из спутников женщины, он поднял их за шиворот, встряхнул, как нашкодивших котят, затем швырнул на пол и гневно закричал:

– Я сказал, мне не нравится, как она на меня смотрит! Это привело их в чувство. Они были маленькими

никчёмными людьми – возможно, младшими механиками или инструментальщиками, работавшими в мастерских космопорта.

Слишком пьяные, чтобы что-то предпринять, они лишь хотели спасти свою компанию. Но сила Энгуса напугала их до потери разума. Один из мужчин едва не упал в обморок от страха. Другой, заикаясь, выпалил:

– Что ты к нам привязался?

Майлс застыл возле стойки, изумлённо глядя на Термопайла. Оба бармена застыли, как изваяния. Энгус видел, как их пальцы зависли над кнопками для вызова охраны. Стукач-мужчина спал, положив голову на протезы рук. Все остальные посетители смотрели на Термопайла.

Он ещё раз встряхнул портовых механиков. И, указав на пустой столик в другом конце бара, тихо произнёс:

– Я хочу, чтобы вы увели свою телку туда. Потом подпустил в голос громкости и гнева, он грозно добавил:

– Марш отсюда!

– Я на тебя не смотрела, – возмутилась женщина. – Я тебя вообще не видела.

Она не стала сопротивляться, когда два побитых кавалера подняли её на ноги и, пьяно натыкаясь на столы, потащили по проходу в дальнюю часть бара. Похоже, они не догадывались, чем занималась их пассия.

Майлс с обеспокоенным видом приблизился к Энгусу, но тот, не обратив на него внимания, вернулся за столик к Саккорсо.

– К чему всё это, чёрт возьми? – с усмешкой спросил Ник. – Тебе захотелось смерти, и ты решил уговорить кого-то пристрелить тебя?

Энгус пропустил его слова мимо ушей. Сев на стул, он продолжил прерванную беседу:

– Пока мы были на Рудной станции, я не сидел без дела.

Его ярость стала более явной, как будто, излив небольшую её часть, он сделал её сильнее. Кровь пульсировала в венах, но, несмотря на внутреннюю напряжённость, дыхание было медленным и ровным.

– Мне не хватило ума, чтобы удержать тебя от предательства. Однако ты зря считаешь меня глупым. Пока вы с Майлсом тёрлись друг о друга, я просмотрел все твои файлы.

Он вывел пальцем на грязной столешнице корявые буквы: «Стукач». Ник выпучил глаза – то ли от последних слов Энгуса, то ли от того, что он написал.

– Я подкрался к твоему кораблю и установил на кабели электромагнитный сенсор, – продолжал Термопайл. – Одна из линий шла прямиком к компьютерной сети Рудной станции. Используя магнитную индукцию, я записывал флуктуации в твоём информационном потоке и передавал эти сигналы на «Красотку». У меня имелись записи всех сообщений, которые вы с Майлсом посылали друг другу.

Тэвернер подошёл к столу и замер, будто разбитый параличом. Он слышал это объяснение впервые, но скрывал удивление, боясь выдать Энгуса и, следовательно, Хэши Лебуола. Уловив насторожённость Саккорсо, Термопайл почувствовал мрачное удовлетворение. А Ник второй раз за день понял, что не может доверять приоритетным кодам бортового компьютера.

– Я не мог взломать твой шифр, но для доказательств этого и не требовалось.

Голос Энгуса напоминал хруст костей. Никаких слов не хватило бы для того, чтобы выразить его ярость, но он старался как мог.

– Каждое сообщение имело адреса отправителя и получателя Так уж заведено в человеческом космосе. Все мои записи копировались в программное ядро «Красотки». И эти доказательства по-прежнему там. Мне лишь требовалось убедить кого-нибудь взглянуть на них. Тогда Майлсу пришёл бы конец. Вы сделали ошибку, посчитав, что можете шельмовать за моей спиной. Впредь будьте осторожнее. Ты, Ник, здорово нагадил мне. Поэтому предупреждаю: ты больше никогда не обманешь меня. Если Майлс необходим тебе для какой-то цели, то она должна включать и меня! Иначе забудь о нём!

«Записывай это, Билл. Используй мои слова как хочешь».

Ник взглянул на Энгуса и, запрокинув голову, захохотал. Он хотел показать, что угроза Термопайла не испугала его, что его самоуверенность была брешью, которую никто не мог преодолеть. Но Энгус услышал в смехе Ника сдерживаемую панику. Он уловил в его хохоте нервную нерешительность человека, которого глодали тысячи сомнений.

«Ты мой, капитан Траходав, – пообещал ему Энгус – Запомни это. Когда-нибудь и где-нибудь я доберусь до тебя. Можешь поверить мне на слово».

Пожав плечами, Майлс поставил напитки на стол. Дрожащей рукой он достал из кармана смятую пачку, вытащил ник и сунул его в рот. После чего, стараясь выглядеть спокойным, шутливо сказал:

– Теперь я буду знать, как оставлять таких головорезов без присмотра. В следующий раз, когда я отвернусь, вы, наверное, убьёте друг друга.

– Заткнись, придурок, – буркнул Энгус. – В следующий раз, когда ты отвернёшься, мы убьём тебя.

Взгляд Майлса затуманился от предвкушения сложного и изощрённого возмездия. Но он промолчал, пуская кольца дыма. Саккорсо взял бокал и осушил его, совершенно не распробовав содержимое.

– Не слушай его, Майлс, – посоветовал он. – Энгус настолько зол на нас, что просто не может думать. Он не понимает, что наша ситуация слишком сложна для обоюдной ненависти. Мы все оказались в сложном положении, и оно гораздо опаснее, чем представляет себе Энгус.

Термопайл пригубил напиток. Поначалу он вообще не хотел пить, но потом решил, что бокал спиртного ему не помешает. Ситуация действительно сложилась непростая. Как и Майлс, Саккорсо был марионеткой штаб-квартиры полиции Концерна. Ник удивился признанию Энгуса, но не забеспокоился. Термопайл почувствовал это с безошибочной чёткостью, словно увидел в спектре электромагнитных волн. Причина волнения Ника имела другое происхождение.

Возможно, он знал о связи Лебуола и Майлса или догадывался, что заявленное старшинство Энгуса над Тэвернером было фикцией. Или он понял, что Термопайла и Майлса направили сюда по приказу БСИ. Но Энгуса это не беспокоило. Он доверял своим суждениям. Под прицелом видеокамер никто из них не стал бы выдавать того, что они хотели, думали или предполагали.

– Я не нуждаюсь в его помощи, – продолжил Саккорсо, обращаясь к Майлсу. – Мне нужен ты.

Вспышки света со сцены послужили сигналом к началу очередного представления. Энгус удовлетворённо хмыкнул. Он был готов воспользоваться светомузыкальными эффектами шоу, чтобы отключить видеокамеру в стене.

– Я в бегах и нахожусь в компании героя, – возразил Тэвернер сквозь облако дыма. – Я не в том положении, чтобы помогать кому-то.

Повернувшись к Энгусу, он примирительно добавил:

– У нас обоих не то положение.

Ник усмехнулся, как маньяк, впавший в депрессию.

– Не пори ерунду, Майлс. Я кое-что знаю о твоих ресурсах.

Акцентируя последнее слово, он явно намекал на Бюро по сбору информации.

– Если бы ты нуждался в средствах, то Билл не позволил бы тебе оказаться здесь. И если он решил перетерпеть своё недоверие к вашему дуэту, то у тебя, должно быть, много денег. Кроме того, ты наверняка имеешь на продажу несколько секретов – для страховки. Мы работали с тобой долгое время. Это я создал твой капитал.

Саккорсо не боялся камер, но выбирал слова тщательно и осторожно.

– Не отказывай мне в помощи, пока не узнаешь, чего я хочу.