Космические волки: Омнибус - Уильям Кинг

Приказ командира услышала и поняла его Волчья гвардия, составленная из наиболее неистовых воинов роты. Если не считать Королевской гвардии Старого Волка, элитный отряд Драконьего Взора был самым большим среди всех великих рот. Бойцы быстро стекались к Крому, вдохновленные его личным примером в битвах.

Выскочив из десантной капсулы сразу за своим господином, воины рассредоточились и начали окружать врагов, паля из грохочущих болт-пистолетов и штурмболтеров.

— Держите дистанцию, — предостерег их по вокс-сети вожак стаи. — Такая штуковина может одним ударом расколоть силовую броню, но за нами преимущество в скорости и ловкости. Лучше ослабить защиту БСК огнем издали, а затем сблизиться для убийства.

Это был Беорик Клык Зимы, вечно спокойный голос разума. Кое-кто указывал, что его года и мудрость стали полезным противовесом вспыльчивости Драконьего Взора, но воин оставался последователем Крома, таким же верным, как и все прочие.

— Иногда мне кажется, что в тебе вообще нет волчьей крови, — буркнул себе под нос Волчий лорд, и уже не в первый раз. Впрочем, он обязан был выказывать уважение Беорику, имевшему за плечами столетия превосходной службы.

Хотя боескафандр содрогался и отступал под сосредоточенными залпами Волчьей гвардии, он был далеко не беззащитен. Вскинув огромную руку, — точнее, многоствольную пушку, укрепленную в плечевом суставе, — он обрушил на противников шквал ослепительных сгустков плазмы.

Укрытий вокруг почти не имелось, поэтому Космические Волки практически не могли уйти от раскаленного добела пламени, что охватило их. Воинам оставалось только превозмогать атаку ксеноса, пока символы и украшения на силовых доспехах шли пузырями и выгорали.

Йормунд Громовой Коготь, бывший на голову выше остальных космодесантников в своей более прочной терминаторской броне, растолкал боевых братьев. Оказавшись впереди всех, он уперся ногой в землю и навел на БСК установку «Циклон». Несколько бронебойных ракет с воем пронеслись над плечами фенрисийца и, пылая огнем, устремились по подсвеченному лазером пути к могучей цели. С грохотом врезавшись в энергетический щит боескафандра, они окутали машину ксеносов облаком дыма и огня. Враг продолжал стрелять, но уже почти вслепую.

Многие воины из ударного отряда Ульрика тем временем пришли в себя, и уцелевшие тау начали поспешно отступать, видя, что им не под силу одолеть неприятеля. Остальные Убийцы Змиев, «кровавые когти», «серые охотники» и «длинные клыки» Крома, гнались за врагами по пятам, ускоряя их бегство. Сам верховный жрец, несмотря на раны, вернулся в сражение.

Сощурившись, Драконий Взор вгляделся в БСК через муть, окружавшую противника. Ноздри фенрисийца подергивались от запаха горящей проводки. Орудие боескафандра умолкло; как решил Кром, теперь пилот в любой момент мог попытаться удрать, пробиться через сжимающееся серо-синее кольцо. Увидев в этом свой шанс, Волчий лорд воспользовался им.

Не прислушавшись к мудрому совету Беорика — на что он имел полное право — Драконий Взор бросился в атаку, оскалив клыки и вращая топором над головой.

По лезвиям Лапы Змея шел ряд нижних когтей фенрисийского ледяного змея, и клинок резал лучше алмаза; дополнительную силу оружию придавали таинственные резные руны. Кром рубанул топором по правому колену боескафандра, куда до этого попадала ракета. На мгновение лезвие застряло там, исторгнув новые клубы дыма и фонтаны яростных искр. Но этого было недостаточно.

Пилот, сидевший в грудной полости БСК, пристально смотрел на космодесантника черными, нечеловечески холодными глазами. Драконий Взор изо всех сил, всей массой тела, облаченного в полный доспех, навалился плечом на правую опору боевой машины. Противник, уже потерявший равновесие, наконец-то упал. Пока боескафандр валился навзничь, Кром с хрустом вырвал топор.

Тут же к нему присоединилась Волчья гвардия под командованием Беорика. Фенрисийцы, окружив рухнувшую машину, начали прорубаться через потрескивающие щиты ударами инеевых и силовых клинков. Выдернув беспомощного пилота из кабины, они щелкали клыками и завывали, оспаривая друг у друга честь вырвать ему глотку.

Через несколько минут после прибытия Крома Драконьего Взора битва была выиграна. Гордо выпятив грудь колесом, Волчий лорд повернулся к Ульрику.

— К вашим услугам, — ухмыльнулся Кром.

— Я тебе сказал оставаться на Клыке! — рявкнул Убийца.

— У меня возникло ощущение, что я понадоблюсь здесь, — довольно нагло ответил Драконий Взор.

Ульрик хорошенько посмотрел на него из-под жуткого шлема. Большинство людей, даже фенрисийцев, вздрогнули бы в страхе перед осуждающей личиной — но не Кром. Его не просто так называли Драконьим Взором или Свирепым Глазом.

Воин стоял с обнаженной головой, и светлые красновато-коричневые волосы, заплетенные в косы, как и борода того же цвета, ниспадали на горжет. Волчий лорд встретил опаляющий взгляд Убийцы столь же неистовыми красными глазами; судя по легкому подергиванию губ, он наслаждался противостоянием. Тотем с черепом волка, закрепленный на спине космодесантника, нависал у него над головой. Казалось, что мертвый зверь тоже с ухмылкой посматривает на волчьего жреца глазницами, полными высокомерия.

— Мы слишком долго бездельничали в Клыке, — сказал Кром. — Мои Убийцы Змиев жаждут вновь обагриться кровью после того, как пропустили Великую Охоту.

В глотке Ульрика начал зарождаться рык, но он решил закрыть тему. Волчий жрец отдал ясный приказ, — к добру или к худу, невзирая на последствия, — и неповиновение Драконьего Взора, как-никак, спасло Убийцу. Его смерть нанесла бы сынам Русса тяжелейшую рану, особенно учитывая пропажу Великого Волка.

К Ульрику неслышно подошел Олав Бранн.

— Верховный жрец, хотя сейчас тау зализывают раны, они, несомненно, перегруппируются и атакуют снова. Если мы хотим найти здесь Великого Волка…

— Гримнар прибыл сюда, на эту планету? — перебил Кром.

— Чтобы, как мы считаем, исследовать развалины здешнего города, — подтвердил лорд Убийца. — И Олав прав, у нас, возможно, немного времени на его поиски.

Кивнув, Драконий Взор резко отвернулся. Он впился глазами в заплесневелые стены зданий, разбросанных по плато, словно ждал, что строения расступятся перед его пылающим взглядом, как делало большинство людей. Одновременно с этим, Кром гаркнул приказ в комм-бусину, подтолкнув великую роту к действию.

Ульрик отдал те же распоряжения своему небольшому отряду. Убийцы Змиев, впрочем, были более голодными до дела и менее уставшими, чем боевые братья верховного жреца, и, подстегиваемые Волчьим лордом, возглавили продвижение.

Скомандовав Волчьей гвардии построиться вокруг него, Драконий Взор и сам помчался к осыпающимся городским воротам. Он с запасом опередил верховного волчьего жреца.

От запаха пыли и разложения, стоявшего в городе, у Крома засвербело в носу. Улицы, обрамленные каркасами полуразрушенных зданий, оказались узкими и извилистыми. Космодесантнику было тесно на них; серое небо казалось далеким, а угрюмая тишина быстро заполняла пустоту, возникшую после окончания битвы. Этот город покинули задолго до того, как катастрофа на Дактиле привела к планетарной эвакуации. Он ощущался безжизненным, бездушным, стерильным. Плохим местом для охоты. Мало кто, осознавал Драконий Взор, ходил по этим улицам на протяжении последних десятилетий, даже столетий.

«Мало кто, — подумал он, — но всё же ходил…»

Кто-то потревожил пыль, и не так давно. Следов оказалось слишком много, чтобы отличить один от другого, поэтому Кром отбросил попытки разобраться в них. Его рота рассредоточилась среди развалин, и, если здесь можно было найти что-либо, — подсказку о местонахождении Великого Волка или самого Гримнара, возможно, раненого и нуждающегося в помощи — то Убийцы Змиев отыщут это или будут иметь дело с Драконьим Взором.

Кром обошел кругом огромный ветхий купол, давно подкосившийся из-за шипастых корней, что разрослись под ним и победно вырвались в разбитые двери и окна, лишь затем, чтобы самим сгинуть под тяжестью времени и болезней.

Впереди виднелся перекресток, от которого расходились по спирали пять узких дорог. Разбив Волчью гвардию на стаи, Драконий Взор выбрал для себя центральную улицу: по его мнению, она с наименьшей вероятностью могла завернуть обратно к стенам.

Однако же, считанные минуты спустя ветерок принес знакомые запахи, и фенрисиец столкнулся лицом к лицу с шестью боевыми братьями, шагавшими по той же дороге, что и он, только в противоположном направлении.

«Настоящий лабиринт», — кисло подумал космодесантник. Человек, лишенный волчьих инстинктов Крома, — и, что менее важно, авточувств его доспеха, — уже заблудился бы здесь.