Врата Мертвого Дома - Стивен Эриксон

Телохранитель, не убирая руки с тальвара, шагнул вперёд.

— Отставить! — заревел капитан. Полдюжины матросов мгновенно оказались между усатым телохранителем и Салком Эланом. В руках у моряков угрожающе покачивались заточки и ножи. Телохранитель замешкался, а затем попятился.

Капитан улыбнулся и упёр руки в бока.

— А теперь, — проговорил он спокойным и практичным тоном, — мы со счетоводом продолжим беседу у меня в каюте. Моя команда тем временем поможет этим двум слугам снять Худом деланные доспехи и спрячет их в надёжном месте. Указанные слуги затем должны помыться, и корабельный врач осмотрит их на предмет паразитов — которых я не терплю на борту «Затычки», — а когда осмотр будет закончен, они помогут погрузить остаток вещей своего хозяина, не считая скамьи свинцового дерева, которую мы подарим таможеннику, чтобы не затягивать отплытие. И, наконец, впредь сквернословить на моём корабле — сколь угодно изобретательно — позволено только мне и никому больше. Это всё, господа.

Если казначей и собирался возмутиться, то не успел, поскольку внезапно рухнул на палубу. Оба телохранителя обернулись, услышав глухой удар, и уставились на своего бесчувственного хозяина. Через мгновение снова заговорил капитан:

— Нет, похоже, не всё. Отнесите счетовода вниз и снимите с него тюленью шкуру. У корабельного врача прибавилось работы, а мы ещё даже якорь не подняли. — Он обернулся к Салку Элану и Каламу. — А вы, господа, можете присоединиться ко мне в каюте.

Каюта оказалась не намного больше той, что отвели убийце, вещей в ней почти не было. Только через несколько минут капитан сумел отыскать три кружки, в которые и налил местного кислого эля из глиняного кувшина. Не удосужившись провозгласить тост, он одним глотком ополовинил свою кружку и вытер губы тыльной стороной ладони. Глаза его постоянно бегали, ни разу не остановившись на обоих гостях.

— Правила, — сказал он, поморщившись. — Всё просто: держитесь подальше от казначея. Ситуация… запутанная. Поскольку адмирал арестован…

Калам поперхнулся элем и прохрипел:

— Что? По чьему приказу?

Капитан нахмурился, глядя на туфли Элана.

— Первого Кулака, разумеется. Никак иначе флот в бухте бы не удержали.

— Императрица…

— Вероятно, не знает. В городе уже много месяцев не было ни одного Когтя — никто не знает почему.

— Их отсутствие, — проговорил Элан, — придаёт безусловную силу решениям Пормкваля, как я понимаю.

— Более или менее, — согласился капитан, который теперь перевёл взгляд на потолочную балку. Он добил свой эль и налил ещё. — В любом случае, личный казначей Первого Кулака явился сюда с рескриптом, который делает его командующим на время плавания, а значит, ему дарована привилегия отменять мои приказы, если он того пожелает. Однако, хоть у меня и есть имперский патент, ни я сам, ни мой корабль и команда, по сути, не входим в Имперский флот, поэтому, как я уже сказал, ситуация запутанная.

Калам поставил кружку на единственный стол в каюте.

— Прямо напротив нас стоит имперский транспортник, который собирается отплыть в самом скором времени. Какого Худа Пормкваль не погрузил на него этого казначея и свои трофеи? Вдобавок тот корабль больше и лучше защищён…

— Точно. И его тоже реквизировал Первый Кулак. Транспорт отправится в Унту вскоре после нас, повезёт домочадцев и драгоценных племенных жеребцов Пормкваля, так что места там будет мало, а вони много. — Он пожал плечами так, будто невидимые руки вздёрнули его плечи вверх. Нервно взглянул на дверь, прежде чем перевести немного отчаянный взгляд обратно на балки над головой. — «Затычка» быстрая, когда нужно. Вот теперь — всё. Допивайте. В любую минуту погрузятся морпехи, и я хочу, чтоб мы отчалили в течение часа.

В коридоре за дверью капитанской каюты Салк Элан покачал головой и пробормотал:

— Не мог же он это сказать всерьёз.

Убийца взглянул на него.

— О чём ты?

— Эль был отвратительный. «Допивайте» — скажешь тоже.

Калам нахмурился.

— Ни одного Когтя в городе — это, интересно, ещё почему?

Элан легко пожал плечами.

— Арэн, увы, изменился. Толпы монахов, жрецов и солдат, тюрьмы забиты невиновными, а фанатичные сторонники Ша’ик — в живых остались только самые хитрые, разумеется, — творят беззакония и убивают. Также говорят, что и Пути изменились, хотя, полагаю, об этом ты знаешь больше моего. — Элан улыбнулся.

— Это был ответ на мой вопрос?

— А я похож на знатока дел и приёмов Когтей? Я не только никогда не сталкивался с этими ужасными головорезами, но и принял за привычку не слишком интересоваться ими. — Он внезапно развеселился. — Может, казначей не переживёт теплового удара? Какая приятная перспектива!

Калам отвернулся и пошёл в свою каюту. Он услышал, как Салк Элан вздохнул, а затем двинулся в противоположном направлении и поднялся по лестнице на верхнюю палубу.

Убийца закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной. Лучше войти в ловушку, которую видишь, чем в ту, о которой не догадываешься. Особого утешения эта мысль не принесла. Калам не был даже уверен, что это ловушка. Паутина Мебры раскинулась широко — это Калам всегда знал и сам частенько дёргал её ниточки. Более того, эрлитанец, кажется, не выдал его, когда дело дошло до вручения Книги Дриджны — Калам ведь передал её в руки Ша’ик.

Салк Элан, скорее всего, был магом и выглядел человеком, который отыщет себе применение в драке. Даже не вздрогнул, когда телохранитель казначея пошёл к нему.

И то и другое меня не радует.

Убийца вздохнул. И он привык пить хороший эль, судя по вкусам…

Когда племенных жеребцов Первого Кулака провели через ворота к имперской пристани, поднялся переполох. Всхрапывающие, нервные кони брыкались и толкались среди конюхов, портовых рабочих, солдат и чиновников всех мастей. Главный Конюший вопил и бегал туда-сюда, пытаясь навести порядок, но в итоге только усиливал хаос в толпе.

Женщина, которая держала в руках поводья великолепного жеребца, отличалась от остальных только внимательным спокойствием, и когда Конюший наконец сумел организовать погрузку, она среди первых повела своего подопечного по широкому трапу на имперский транспорт. И хотя Конюший знал каждого из своих работников и жеребцов, его внимание рассеялось из-за необходимости принимать несколько решений одновременно, поэтому он даже не задумался над тем, что эту женщину и коня видит впервые в жизни.

Минала заметила, как «Затычка» отчалила два часа назад, сразу после того, как на борт поднялись два взвода морпехов со своим снаряжением. Торговый корабль отбуксировали из внутренней гавани, прежде чем позволили поставить паруса. По бокам от него шли две имперские галеры — эскорт, который проводит судно через Арэнскую бухту. Четыре таких же военных корабля ожидали транспорт в четверти лиги от порта.