Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Дэн Абнетт

Отдельно от остальных собравшихся с высокой платформы за церемонией наблюдали четыре золотых воина. Аквилон и его братья великолепно выглядели в своих доспехах, и золотая броня отбрасывала многочисленные блики, отражая бушующий снаружи шторм.

Примарх, облаченный в тонкую серебряную кольчужную рубашку, поднял руки, призывая к тишине. Все перешептывания мгновенно стихли.

— Я увел эту экспедиционную флотилию далеко от сердца империи моего отца. И точно так же поступила каждая флотилия, где присутствуют Несущие Слово: они удалились от возлюбленной Терры в холодную бездну, вдаль от колыбели нашей расы. Мы находимся далеко от своих братьев и в свое время услышим рассказы об их странствиях и завоеваниях. Но я с полной уверенностью могу сказать, что никому из моего легиона не довелось пережить того, что выпало на вашу долю. Никому не приходилось смотреть в безумный шторм на краю Вселенной, как смотрели вы. И вы остались в живых. Вы вернулись.

Прежде чем продолжить, Лоргар склонил голову к своим воинам.

— Этот легион в большей степени, чем все остальные, с самого момента своего основания подвергался изменениям и преобразованиям. Но каждая ступень возвышает нас, делает нас лучше и приближает к достижению нашего предназначения. Император создал этот легион в генетических казармах далекой Терры, и долгие годы его ряды пополнялись только терранцами. В ту невинную эпоху легион носил другое имя, и сегодня мы начинаем избавляться от пережитков далекого прошлого. Имперские Герольды стали Несущими Слово, и Несущим Слово указали на ошибочность преклонения перед Императором. Одно изменение следовало за другим, и все они привели нас к этому моменту.

Примарх поднял закрытую перчаткой руку по направлению к двери в ближайшей стене и произнес одно-единственное слово:

— Войдите.

Дверь отошла в сторону, открыв две фигуры — обе облаченные в алый керамит. Два воина направились к примарху. Шлем одного из них был черным, с хрустально-синими линзами. Вокруг правой линзы сиял символ Зубчатого Солнца, силовая броня поблескивала серебряной отделкой. Второй воин нес знакомый всем крозиус из черного железа, а отделка его доспехов была выполнена из бронзы и кости. При каждом шаге на поясах и запястьях воинов звенели массивные декоративные цепи, на голенях и наплечниках колыхались молитвенные свитки, написанные плавным почерком самого примарха.

— Воины Зубчатого Солнца. — Примарх улыбнулся. — Преклоните колени перед вашими новыми лидерами.

Все Несущие Слово опустились на колени. Инкарнадину, чтобы при помощи заскрежетавшей гидравлики выполнить этот приказ, потребовалось несколько секунд.

Первый воин в алой броне снял свой шлем. Аргел Тал окинул взглядом собравшийся легион и обратился к братьям:

— Те, кто выжил на «Песни Орфея», поднимитесь и сделайте шаг вперед.

Они выполнили приказ. Стоявший позади Аргел Тала Ксафен снял свой шлем в виде черепа, но остался рядом с примархом.

Новый магистр ордена все еще оставался худым и изможденным, как и те воины, на кого он устремил спокойный взгляд.

— Наш повелитель приказал восстановить Зубчатое Солнце и увеличить его мощь. Мы повинуемся его приказу, как повиновались всегда. Но он предложил не только это. Вы, кому удалось остаться в живых на «Песни Орфея», за ваши жертвы удостоены награды.

Аргел Тал кивнул Ксафену, и тот, взяв у Кирены свиток, протянул его магистру ордена.

— На этом пергаменте записаны всего два имени. Мое собственное и капеллана Ксафена. Если вы принимаете почетное предложение присоединиться к избранной элите примарха, преклоните колени перед Блаженной Леди в этом самом ангаре и назовите ей свое имя. Оно будет записано на пергаменте, и свиток сохранится в архиве «Де Профундис».

Аргел Тал поочередно заглянул в глаза каждому из выживших.

— Мы будем называться Гал Ворбак, носить красно-черную броню и станем элитой Зубчатого Солнца и избранными воинами Лоргара Аврелиана.

Лоргар удовлетворенно и весело усмехнулся, шагнул вперед и положил руку на наплечник Аргел Тала.

Наверху, на платформе, Калхин позволил себе подмигнуть Аквилону. Несмотря на то что он был в шлеме и никто не смог бы подслушать их разговор по внутреннему вокс-каналу, кустодий понизил голос.

— Гал Ворбак. Я не так хорошо знаком с их культурой, как ты. Это колхидский?

Аквилон кивнул:

— В переводе с колхидского это означает «Благословенные сыны».

— Я рад за Аргел Тала. Он быстро поправляется, и после этого безумия неплохо будет вернуться на более благоприятные территории. А Деймос всегда вредничал, и я не собираюсь проливать слезы по поводу окончания его командования.

Его заявление вызвало одобрительное ворчание остальных.

— А мы будем сопровождать Лоргара, когда он вернется в Сорок седьмую флотилию?

Аквилон и сам над этим задумался.

— Нам приказано вести наблюдение за легионом. Четыре группы Кустодес направлены в четыре флотилии. Як уже работает в Сорок седьмой, и я доверяю ему, как любому из вас. Пусть он на некоторое время станет сторожевым псом при этом слабовольном примархе. Наш долг продолжать службу в Тысяча триста первой и следить за будущими приведениями к Согласию.

Калхин протяжно вздохнул:

— Дорого бы я заплатил, чтобы еще раз увидеть небеса Терры.

— Еще увидишь, — заверил его Аквилон.

— Через сорок семь лет, — с усмешкой добавил другой кустодий. — Вспомни условия нашей клятвы. Пять десятилетий среди звезд. Пять десятков долгих и скучных лет вдали от Терры.

— Это ничем не хуже, чем бесконечные кровавые игры, — пожал плечами Ниралл.

— Ты так говоришь, — заметил Калхин, — потому что не силен в них.

Аквилон заметил напряженность в голосах братьев.

— Несущие Слово не навечно останутся под подозрением. Видели ли вы за три прошедших года, чтобы они преклонялись перед Императором? И сейчас только взгляните: их обряды все больше напоминают ритуалы других легионов. Это похоже на то, как Сигизмунд посвящает в рыцари своих храмовников на собрании Имперских Кулаков.

Калхин пожал плечами:

— Возможно, они далеко ушли от тех фанатиков, к которым мы присоединились, но их боевые кличи по-прежнему попахивают безумием. Я все еще не доверяю им.

«Оккули Император» не сводил глаз с фигуры воина в красном, говорившего с новыми воинами, преклонившими колени перед слепой девушкой из мертвого мира.

— Да, — сказал он. — Я тоже им не доверяю.

— Даже Аргел Талу?

— Один воин на целый легион. — Аквилон, отвернувшись от поручней, встал лицом к своим Кустодес. — Он единственный, кому я верю. В этом-то и проблема.

Разумеется, это была ложь.

Благословенный Лоргар не сразу вернулся на территорию Империума. Для того чтобы доставить примарха обратно к главной флотилии, был выбран один из кораблей-разведчиков, и на каждой палубе «Де Профундис» в честь отбывающего Уризена прошли торжественные мероприятия.

И все это было ложью.

Я присутствовала при прощании примарха с его сыновьями, Аргел Талом и Ксафеном, и вместе с новыми лидерами Гал Ворбак отправилась в более безопасные просторы.

Тем временем Лоргар странствовал той дорогой, что Ингетель избрал для своих детей.

Лоргар постарался ввести в заблуждение Кустодес, а сам направился в Око.

Его последние слова, обращенные к Аргел Талу, никогда не изгладятся из моей памяти — не только из-за событий, которые они за собой повлекли, но из-за того, что они сделали с моим другом, из-за того, как они его изменили.

— Донеси истину до Кор Фаэрона и Эреба. Они будут править легионом в мое отсутствие, и им предстоит распространять истинную веру во тьме империи моего отца. Я скоро вернусь к ним.

Ксафен поклялся, что не подведет своего примарха.

Аргел Тал этого не сделал. Он заговорил таким мягким голосом, что от него разрывалось сердце:

— Мы еретики, отец.

Лоргар мелодично рассмеялся:

— Нет, мы спасители. Все ли готово?

— Да.

— Странствуйте без меня повсюду, только держите Кустодес подальше от имперских ушей. Стоит вам вернуться в стабильный космос, как они восстановят астропатические контакты с Террой. Если мой отец узнает, что мы так близко подобрались к краю Галактики, он может заподозрить нас в том, что мы отыскали правду, и одного лишь подозрения будет достаточно, чтобы погубить легион. Я не могу оставаться здесь и блокировать голос их излюбленного астропата. Найди выход, Ксафен. Загляни в обнаруженные на Кадии тексты. Описанные в них ритуалы должны содержать ответ.

— Как прикажешь, мой лорд.

— Аргел Тал, сторожевые псы должны остаться в живых. Они могут стать шансом выиграть эту войну без кровопролития. Но заставь их молчать.