Миры - Диана Борисовна Кудинова

Это была необычная красивая мелодия, но в ней был какой-то надлом. Эта музыка казалась то весёлой и радостной, то поистине печальной… И оборвалась на самой высокой ноте. Фейн выдержал паузу несколько мгновений и продолжил играть… Все смолкли вокруг и погрузились в воспоминания. Катя почему-то вспомнила детство и какие-то мечты… она ощущала дрожь внутри и, глядя на других, поняла, что каждый проживает свою собственную историю. Музыка всё продолжалась, затрагивая что-то важное в глубине души, звуки нарастали и нарастали. А через пару минут мелодия закончилась и вновь словно оборвалась.

Фейн театрально поклонился и, усмехнувшись, отложил инструмент в сторону. Публика молчала какое-то время. Катя захлопала в ладоши в немом восхищении, ей хотелось что-то сказать, но слова иссякли сами собой.

Эндра перестала улыбаться.

–Я помню эту мелодию, – сказала она отрешённо.

–Разве?

Женщина потупила взор.

–Ты играл её тогда, когда я впервые была "в гостях".

Катя знала, что имелось ввиду. В тот день несколько лет назад Эндра оказалась в лагере, устроила пожар, выпустила захваченных бандитов и скрылась в неизвестном направлении. Тогда мужчина пообещал себе, что поймает её и отдаст под суд. Это был день их "знакомства".

–Меня злила эта музыка, – сказала она. – Меня злило всё, что связано с тобой.

Несколько мгновений все молчали. Эндра осторожно взглянула на него:

–Скажи, ты простил меня?

Мужчина зачарованно провел рукой по струнам инструмента.

–Это было давно.

–Разве? – она чуть улыбнулась, откинула волосы назад. Пару мгновений они молчали. И женщина заговорила снова – уже более холодно и решительно.

–И, правда, как будто в другой жизни… Может, это глупо, но я хотела прославиться любым путём. Чтобы люди меня запомнили. Пусть лучше осуждают и боятся, чем отношение свысока… Знаешь, раньше я ненавидела тебя и знала, что ты также относишься ко мне – и это была та цепь, что привязала меня к тебе. И в самый трудный момент жизни, когда я хотела умереть, я пришла к тебе. И позже могла бы уйти сотню раз – но что-то не отпускало меня.

Фейн усмехнулся горько. Ему нравилось видеть, как догорает камин, как свет отражается в её волосах, как она ёжится и кутается в плед. За окном смолкали звуки большого города.

–Да, неважно, какие чувства ты испытываешь к человеку – тёмные или светлые. Это привязывает тебя, и ты думаешь о нём постоянно. Или о ней.

Эндра устало обвела взором присутствующих и ещё больше закуталась в плед…

–И всё же. Ты не ответил на мой вопрос.

–Как я могу ненавидеть тебя? В тебе столько боли.

Эндра опустила глаза и погрузилась в молчаливую задумчивость.

Становилось страшно. Болезнь и правда напоминала паутину. Всё больше и больше людей начинало болеть. Врачи не понимали, что с этим делать и как бороться с невидимым врагом. Любая информация будто ускользала из рук. Начиналась паника, город погрузился в смутное испуганное состояние. Дети не играли на улицах. Не проходили свадьбы и другие праздники. Люди боязливо шли от своего дома до соседнего и обратно. Многие не выходили на работу, так как были слишком напуганы.

Половина магазинов и лавок были заперты, а таблички на дверях гласили, что не известно, когда они откроются вновь, если конечно откроются. Улицы становились всё более пустынными с каждым днём. Люди либо отсиживались дома, либо спешно покидали город, прихватив лишь самое ценное…

Катя и Олег иногда вспоминали фразу гадалки: «Беда опустится на город, когда он станет белым. И многие исчезнут». Это стало правдой. После праздника болезнь охватила город…

Утром Кате было тяжело вставать. В последнее время она частенько не высыпалась, по ночам снились тревожные сны.

Её разбудила Эндра и долго трясла, пока девочка не проснулась.

–Катя, собирайся быстро, – сказала она. – Надо кое-что сделать. Возможно, твоя способность болтать и строить глазки – пригодится нам.

Катю смутило такое определение, но дважды её просить не пришлось. Она собралась быстро, как никогда.

Через несколько минут Фейн, Катя и ещё пара человек двинулись в горы. Ехать пришлось часа четыре, путь был довольно трудным, но Катя ни разу не пожаловалась. Она понимала, что происходит что-то важное.

К тому же, она успела соскучиться по поездкам и новым местам… Никогда раньше Катя не думала, что полюбит путешествия так сильно. Она к ним привыкла за последнее время и, не смотря на многочисленные трудности, уже не могла без них. Ей нравилось то состояние, когда ты поднимаешься на холм и видишь новый для себя город, залитый солнцем, или касаешься босыми ступнями прохладной воды чистейшего озера. Или входишь в бесподобные храмы…

В полдень они оказались в живописной деревушке в горах у реки. Здесь жил человек по имени Кварр – известный специалист по лекарствам и противоядиям. Он решил уехать подальше, уединиться в горах, но поток заказчиков не иссякал. Люди сами приезжали к нему. Так было и в этот раз. Катя не могла определить возраст этого человека – его волосы были уже седыми, но лицо смотрелось лет на сорок, не больше. Взгляд был строгим и внимательным. Мужчина хромал на одну ногу, а потому держал костыль и двигался медленно, осторожно, словно боялся споткнуться. Белоснежные перчатки выделялись на фоне серой мешковатой одежды.

Кварр неохотно впустил гостей, сел в кресло и пристально оглядел присутствующих.

–Нам нужна Ваша помощь, – заговорила Эндра. – В городе началась эпидемия, люди гибнут. Говорят, только вы можете помочь.

Мужчина помолчал пару мгновений, налил себе крепкого вина и уставился на неё почти раздражённо.

–Дамочка, я рад светской беседе с вами, но приезжайте лучше, когда вам понадобится любовник. Я отошёл от дел.

Эндра нахмурилась и сделала шаг назад, прожигая его взглядом. Она опасалась сказать что-нибудь лишнее. Тогда заговорил Фейн.

–Это дело государственной важности. Король призывает вас. – Он говорил спокойно и уверенно, делая паузу после каждой фразы. Подошёл чуть ближе и улыбнулся. – Говорят, что вы лучший по изготовлению противоядий.

Кате нравилась прямая осанка Фейна, открытый сильный взгляд, ровный голос, и девочка подумала, что многому училась у него… Но Кварр не разделял её умиления, он неохотно встал, опираясь на палку, и ответил почти безразлично:

–Я уже не такой, каким был раньше. Я устал. Моя жена ушла, и жизнь потеряла смысл.

Он вздохнул, а путники тревожно переглянулись.

–Гибнут люди. Ваша помощь действительно нужна, – сказал Фейн, стараясь сохранить спокойствие.