Дикая птица - Елена Анатольевна Кондрацкая

– Но тогда почему? – Дарен коснулся её руки, и Рогнеда, не в силах сопротивляться чувствам, прильнула к нему всем телом и уткнулась носом в шею.

– Потому что твоё место здесь, а моё… Моё я ещё не нашла. И я должна сделать это сама.

Его тёплые губы коснулись макушки, и по спине Рогнеды пробежали мурашки. Она почти была готова остаться. Почти.

Впрочем, она могла бы задержаться. Всего на пару часов.

Они покинули Царские Палаты до окончания пира и до того, как кто-то обнаружил мёртвое тело у подножия башни.

Пустой дом на окраине Даргорода встретил их тишиной, стал ночным убежищем и последним пристанищем их любви.

А когда за окнами забрезжил рассвет, Рогнеда запустила пальцы в волосы и вытянула гребень. Он был ещё тёплый, будто живой. Она вложила его в такую же тёплую руку Дарена.

– Пусть он станет моим обещанием, – прошептала она. – Что когда-нибудь я обязательно вернусь к тебе. Знаю, моим обещаниям сложно верить, но это я обязательно сдержу.

Рогнеда поцеловала Дарена нежно и искренне, со всей живой, новой любовью, которую отыскала в себе и которая теперь придавала ей сил.

– Присмотри за Есенией, – сказала она уже у ворот. – Для меня уже слишком поздно быть доброй, но у неё ещё может быть шанс. И ты можешь помочь ей не упустить его. Она заслужила. Обещаешь?

– Обещаю, – Дарен снова поцеловал её. И целовал ещё и ещё, не в силах оторваться и попрощаться, и Рогнеда тоже с трудом находила в себе эти силы, но знала, что должна уехать. Уехать далеко-далеко, чтобы отыскать давным-давно потерянную дорогу к самой себе.

Поцеловав Дарена в последний раз, она взобралась в седло.

– Куда ты поедешь? – спросил Дарен, отпуская её руку.

– На восток, – улыбнулась Рогнеда и тронула поводья.

И когда она покинула городские стены, то наконец увидела, как вдалеке, над лесом, восходит первое зимнее солнце.