Альбаррасин (СИ) - Кармон Карин "Merely Melpomene / Carmonka"

— Конец? — Кэйсси удивлённо вскинула брови. — Вейл всё-таки нашла рецепт от вечности?

— Не в Вейл дело. — Ренна покачала головой. — Понимаешь, я ведь хотела измениться сама. Хотела вернуть себе и другим альба выбор. Хотела отдать долг Флэю, — она смотрела мимо неё: в окно, будто могла там что-то увидеть. А может, и могла. — Знаешь, на что меня в своё время поймала Блэйк?

Кэйсси не знала.

— Мой отец умер до моего рождения, и мне его чертовски не хватало. А потом пришла Блэйк и… Безграничные возможности с вечной жизнью шли бонусом. Флэй не знал о моём существовании. Блэйк не рассказывала ему до последнего. Запретила мне. Ждала, пока я изменюсь. Боялась, что не выйдет, ведь такого никогда не было, чтобы кровные родственники обладали равным даром. Переживала, что тогда Флэй не выкарабкается, что она потеряет его. Блэйк, наверное, никогда ни за кого так не боялась, как за него. И я не знаю, хватило ли у неё смелости посчитать. У меня — хватило. Флэй приходил к моей матери за день или два до того, как в его ДНК не осталось ничего человеческого. А потом на свет появилась я.

— Почему-то меня это не удивляет? — хмыкнула Кэйсси, вспоминая красивую девушку из памяти Блэйк. Значит, она и есть мать Ренны. — Вы с ним говорили после того, как я?..

— О тебе?

— О том, как он собирается жить дальше вечно.

— Он-то как раз и не собирается, — Ренна усмехнулась. — Флэй в курсе, чем происходящее грозит всем альба.

Кэйсси вздохнула, размышляя, стоит ли произносить вслух, что она на самом деле думает про Флэя и о том, какой выбор он сделал, как сделал. Не потому что опасалась реакции Ренны. Просто не была уверена, нужно ли ей это сейчас. Казалось, Ренна хочет выговориться, а не выслушивать её мнение по каждому пункту. В конце концов, что Кэйсси понимает? У неё никогда не было семьи и родных, ей не пришлось делать выбор между вечной жизнью и смертью, за неё всё решили другие.

— Не мне его судить.

— Не тебе. Но ты судишь, — Ренна вдруг засмеялась. — Флэй лучше меня. Когда-нибудь ты это поймёшь. Я никогда его не винила. У меня было чудесное детство. До тринадцати лет я, вообще, вела себя, как избалованная маменькина сволочь. Смерть отца неожиданно принесла успех его последней книге. Моя семья и раньше не испытывала стеснения в средствах, но к моему рождению пришёл именно успех. Невероятный. Я ни в чём не знала отказа. Могла делать, что хочу, как хочу и где хочу. И я та, кто я есть теперь, потому что тогда всё сложилось именно так.

— Я тоже его не виню. Просто считаю, что он виноват, — ухмыльнулась Кэйсси. Сменила тему. — Так что у вас там стряслось, пока я валялась в отключке?

Ренна, не выпуская её объятий, устроилась поудобнее.

— Как я уже сказала, Альбаррасин возвращает себе естественное состояние. Море истока беснуется, солнце идёт пятнами, воздух становится ледяным, потом раскаляется и снова промерзает. Очень похоже на агонию, а значит, скоро сдохнет.

— Что ты имеешь в виду?

— Альбаррасин — искусственный мир. Точнее, изменённый для того, чтобы альба могли там жить. Лесные просторы вокруг, многомерный замок и всё остальное не возникли сами по себе. Не спрашивай меня, как и откуда. Я не знаю. Может быть, если бы знала, смогла бы починить. Ломать — не строить.

Кэйсси нахмурилась.

— Хочешь сказать, что альба больше не смогут жить в Альбаррасине?

— Именно. Но и без Альбаррасина не смогут. Нам останется или перестать быть альба, что пока невозможно, или найти другой источник питательной энергии вместо солнца Альбаррасина, что тоже вряд ли исполнимо. Вейл пытается разобраться, что можно сделать. Полагаю, ей нравится мысль получить несколько тысяч обречённых на смерть альба для опытов. Но пока у неё есть только я и Нара. Если она ошибётся, я могу подохнуть гораздо раньше, чем хотела бы.

Кэйсси растерялась. Замерла, вцепившись в плечи Ренны, сбивчиво зашептала:

— Ты… ты не можешь умереть. Я не хочу… не надо.

— Я тоже не спешу умирать, — улыбнулась Ренна. — Я — идиотка, но не… — наверное, она хотела сказать «самоубийца», но прозвучало бы двусмысленно.

Кэйсси вскочила, несколько раз нервно прошлась от окна к двери и обратно, понимая свою беспомощность и одновременно не желая её признавать. Остановилась, глядя на Ренну. Упрямо мотнула головой. Нет. Она ни за что не позволит ей умереть, пусть ещё не знает, каким образом. Она найдёт выход.

Они найдут его все вместе.

Глава 23. Преступление и наказание

Оказалось, в замке есть спортзал. Напичканный всем, чем только можно, из каких угодно миров. В одном из боковых тренировочных помещений даже была установлена проекционная спарринг-система тирканов, единственной расы, устройства которой не требовали для работы электричества, а потому могли функционировать в Альбаррасине. Бассейн имел несколько режимов, позволяя не только наматывать круги, но и устроить плавание с препятствиями.

Блэйк знала, что найдёт Флэя именно там.

Она старалась незаметно проскользнуть внутрь, хотя понимала, что он всё равно почувствует и собьётся с ритма. Его приятель, взявшийся помогать Флэю полноценно встать на ноги, говорил, что помехи — это даже хорошо, помогают развивать концентрацию и умение отсекать ненужное, поэтому попросил её приходить каждый раз в новое время, иногда — не приходить вовсе. Сбивать с толку, злить, мешать… Мол, Флэй — не новичок, пусть не расслабляется. А ей нравилось наблюдать за его тренировками, да и ошибался он не так уж часто, чтобы её присутствие действительно могло помешать.

Сегодня она пришла пораньше. Из-за двери доносился звон стали — фехтование тоже было частью программы восстановления.

— Вы оба рехнулись?! — Блэйк застыла от неожиданности. Наверное, закричала очень громко, потому что они мгновенно остановились, опустили клинки.

— Мы полностью себя контролировали, — сказал Флэй.

— Ага, я вижу.

Его рубашка в нескольких местах была порвана и пропиталась кровью, друг выглядел не лучше. Неуязвимым альба не было необходимости использовать защитное снаряжение, порезы никого не беспокоили, шрамы не оставались, риска смерти или даже более-менее серьёзной травмы не существовало, но раньше Блэйк никогда не видела, чтобы они шли друг на друга с боевым оружием.

— Согласись, поединок получился шикарный, — Флэй довольно ухмыльнулся.

— Я не… — Блэйк шумно выпустила воздух, потом несколько раз раскрыла и закрыла рот.

Она не могла понять, что именно её так напугало, а потом — разозлило. Ведь они в безопасности. Альба мог пострадать, только если в нём почти не осталось энергии, а эти два красавца были, как сытые коты, обожравшиеся сметаны. Никакой объективной угрозы. Кэйсси поставила Флэя на ноги, над болью в отвыкших мышцах он работал. И финал «танца со шпагами» подтверждал, что справлялся Флэй отлично. Былая лёгкость и кошачья грация вернулись почти полностью, ну а раны… Не страшно, заживут. И всё-таки Блэйк была в ярости.

— Вы степень шикарности по лужам крови устанавливаете? Теперь я понимаю, почему ты просил меня не приходить на тренировки! Ты хочешь… ты…

— Нет, — Флэй не дал ей договорить. Но она и не смогла бы сказать этого вслух: на миг испугалась, что настроение у него не просто хорошее, а истеричное, и за этим скрывается желание ещё раз попробовать со всем покончить. — Приятно контролировать своё тело. Приятно ощущать силу. А фехтование, — шпага со свистом рассекла воздух, — мне всегда нравилось.

— Сегодня у меня нет на это времени! — Блэйк и не думала успокаиваться. Раздражённо вскинула руки и зашагала прочь.

— Лэй, стой! Чёрт, подержи. — Звякнул металл, наверное, Флэй всучил шпагу другу. — Лэй! — Он догнал её уже в коридоре. Поймал за плечи, заставил остановиться и обернуться. — Ну что ты?

— Ну что я?! Ну что ты! Вы двое… вы как дети!

— Ага, — просто ответил он, улыбаясь.

— У вас в голове ветер.

— Ага. Всегда ты была ветром, теперь мой черед. И это здорово, это очень… живое ощущение. Светлое.