Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малинин Евгений Николаевич

Я проехал пять-шесть километров по практически пустому шоссе, обсаженному с обеих сторон высокими деревьями, напоминающими южные пирамидальные тополя, и вдруг почувствовал… голод. Хотя, почему «вдруг» – завтракал я довольно давно, а время обеда уже безусловно подошло, вот только есть мне захотелось как-то неожиданно сильно!.. Я огляделся. По обеим сторонам дороги за стоящими довольно редко деревьями лежали небольшие, разделенные ровными рядами кустов поля… а может быть огороды. Жилых построек не было, хотя кое-где под кустами виднелись крошечные сарайчики.

А есть хотелось все сильнее!

Я привстал на стременах и глянул вперед по дороге. Примерно в полукилометре, укрытое камнем полотно тракта поворачивало вправо, и за поворотом, над верхушками деревьев вился синеватый, вполне различимый дымок.

«Вот там мы и пообедаем!» – С неизвестно откуда взявшейся, но абсолютной уверенностью подумал я.

И действительно, сразу за поворотом справа от дороги стоял довольно большой, приземистый одноэтажный дом, над широкими дверями которого красовалась вывеска «У кузнечика». Позади харчевни располагался широкий, обнесенный редким частоколом двор, в глубине которого я заметил конюшню.

– Вот здесь мы и пообедаем!.. – Произнес я вслух, и Пурпурная Дымка тут же свернула к гостеприимным дверям харчевни.

Стоило нам подъехать, как из дверей выскочил маленький, чернявенький молодец, босой, в широких холщевых штанах, такой же широкой и длиной рубахе, подпоясанной завязками передника. Быстро поклонившись, он стрельнул в меня острым взглядом удивительно косых глаз и быстро произнес:

– Что будет угодно господину сияющему дану?!

Я соскочил с лошади и бросил ему поводья.

– Лошадку мою поставь в конюшню, в холодок, – небрежно приказал я и быстрым шагом двинулся к дверям харчевни – голод мой стал просто невыносимым!

За бесшумно распахнувшимися от моего толчка дверями располагалась довольно большая, сумеречная зала, заставленная небольшими, грубо сколоченными столами и столь же грубыми стульями с высокими прямыми спинками. Посетителей было немного и все они сидели склонившись над своими тарелками и как-то лениво ковыряли в них вилками. Ни разговоров, ни смеха слышно не было.

Пока я разглядывал зал и посетителей, ко мне неторопливо приблизился невысокий, толстый, совершенно лысый мужичок в распахнутой на волосатой груди рубахе и огромном, не слишком чистом переднике. Уставившись на меня совершенно бессмысленными, пустыми глазами, он спросил странным, тусклым голосом:

– Чего желает господин сияющий дан?..

Я, усилием воли смирив до некоторой степени свой зверский голод, поинтересовался:

– У вас, милейший, есть отдельная комната, где я мог бы спокойно пообедать?..

– Есть… – все тем же безжизненным голосом проговорил мужичок, не делая ни малейшей попытки показать мне, где эта комната располагается.

– Так проводи меня в нее!.. – Раздраженно потребовал я.

– Прошу пройти за мной… – предложил мужичок, не обращая ни малейшего внимания на мое раздражение.

Развернувшись на каблуках, он неторопливо потопал в дальний угол. Пройдя следом за ним до середины общего зала, я увидел в том самом углу, в который направлялся мой проводник, две одинаковые двери. Рассудив, что они ведут в отдельные обеденные комнаты, я не мудрствуя лукаво, обогнал своего неторопливого проводника и открыл ближайшую дверь. Как я и ожидал, за дверью оказалась небольшая комната с одним окном, под которым стоял крошечный комодик, небольшим обеденным столом, уже застеленным скатертью, двумя стульями и странным натюрмортом на стене. Однако картины, даже самые странные, волновали меня сейчас крайне мало. Усевшись за стол, я огляделся в поисках какого-нибудь официанта, полового, боя или кого-нибудь еще, кто мог бы немедленно подать мне обед!

В этот момент в дверях показался тот самый лысый мужик в переднике, что провожал меня по залу. Остановившись в дверях и упершись в меня бессмысленными глазами он прежним безразличным тоном произнес:

– Вот малая обеденная зала… Вы можете располагаться в ней.

– Если бы ты пошире разул глаза, то увидел бы, что я уже расположился! – Возмущенно рявкнул я, – быстро подавай мой обед, а не то я сам отправлюсь на вашу кухню и… горе будет вашему шеф-повару!!

– Вам подавать дежурные блюда, или господин сияющий дан желает заказать что-то порционное?.. – Индифферентно поинтересовался мужичок.

– Все, что угодно, только побыстрей!!

– Будет исполнено… – пробурчал мужичок, развернулся и, не до конца прикрыв за собой дверь, неторопливо потопал в другой конец зала, где, по всей видимости располагалась кухня.

Я скрипнул зубами и прислушался к немузыкальным звукам, раздававшимся из… моего живота.

Есть хотелось ужасно!

В этот момент в комнату вплыл молодой парень, одетый примерно так же, как и провожавший меня мужичок. С точно такими же остановившимися глазами, он принялся выдвигать ящики комода и расставлять на столе посуду и приборы.

В общем, не смотря на внешнюю, я бы сказал, вызывающую неторопливость обслуживающего персонала этого странного заведения, минут через двадцать на столе передо мной стоял обед. Двое пареньков встали по бокам от меня, приготовившись, видимо, наливать вино в мой бокал и подкладывать кушанья в мою тарелку, однако я совсем не собирался открывать перед ними свое лицо.

– Пошли все вон!!! – Гаркнул я, в душе сам поражаясь своему хамству.

– Мы не можем оставить господина сияющего дана одного. – Раздался слева от меня совершенно безразличный голос.

– Мы отвечаем за обслуживание господина сияющего дана. – Добавили с точно таким же безразличием справа.

– Если вы не уберетесь через две секунды, я вышвырну вас вот этой рукой!! – Я грохнул по столу закованным в сталь кулаком, так что на столе подскочила даже тяжелая супница.

Два молодых человека с ничего не выражающими лицами спокойно вышли из комнаты.

Я встал из-за стола, плотно прикрыл за ними дверь, подпер ее свободным стулом, после чего снова уселся на свое место и поднял забрало!

В следующую секунду я уже прихлебывал чудесный супчик прямо из придвинутой супницы и запихивал в рот куски свежей пшеничной лепешки!

Поел я отменно, но когда, приподнявшись со стула, потянулся к блюду с фруктами, голова моя вдруг закружилась, а на глаза стала наползать фиолетовая муть. Я ухватился за стол и тряхнул головой, пытаясь отогнать эту муть, и тут меня потянуло в сторону. Я вдруг понял, что ничего не слышу, что медленно, но неотвратимо падаю в какую-то разверзшуюся за спиной бездну. Последним, судорожным усилием воли я вернул на место забрало, отгораживаясь от окружающего мира, и… потерял сознание…

Глава 8

И тысяча человек могут быть стадом,

И три человека могут быть армией…

Сознание возвращалось ко мне короткими болезненными рывками. Сначала я ощутил свое тело размягченное словно кисель, не способное ни к какому действию. Потом до меня дошло, что я лежу навзничь, раскинув руки и ноги, словно выброшенная на помойку кукла. Я попробовал приоткрыть глаза и тут же снова закрыл их – смотреть было не на что, меня окружала полная темнота. Спустя мгновение, где-то совсем рядом принялись зло царапать железом по железу, звук был совершенно чудовищным, но и он обрадовал меня – значит моя способность слышать еще сохранилась. Затем раздался короткий лязг и долгий с двумя секундными перерывами скрежет. Больше всего эти звуки напоминали повороты ключа в замке, вот только замок, который открывали, должен был быть, на мой взгляд, размером с дом! На секунду воцарилась тишина, а затем злобно и протяжно завизжали никогда не мазаные петли.

Я снова приоткрыл глаза и увидел расширяющуюся полоску красноватого колеблющегося света. Металлический визг продолжал терзать мои уши, и освещенное пространство постепенно расширялось. Мое сознание быстро приходило в норму, словно злобный металлический визг вымывал из него некую черную отраву. К тому моменту, когда тяжелая дверь распахнулась и визг замер на едва доступной человеческому слуху высоте, я мог уже вполне разумно оценить свое положение. Вот только время для каких-либо оценок еще не наступило.